У армянской дипломатии появилась своя «легенда о потерянном рае». На эту роль вполне может претендовать «Казанский документ» — тот самый, который президент Азербайджана Ильхам Алиев отказался подписать на встрече в Казани в 2011 году. Теперь об этом самом «Казанском документе» решил высказаться военный преступник, соучастник Ходжалинского геноцида и экс-президент Армении Сержик Саргсян. И нечаянно выболтал главный секрет и самое уязвимое место армянской национальной стратегии.
Расскажем по порядку. Ереванский «Спутник» публикует его пространную статью, где бывший глава государства со слезой и придыханием рассказывает, какой замечательный документ предлагалось тогда подписать Армении и насколько он был выгоднее Еревану по сравнению с мадридскими предложениями 2007 года, что в Казани впервые подчёркивалось, что «окончательный правовой статус Нагорного Карабаха будет определён путём проведения под эгидой ООН или ОБСЕ всенародного голосования, выражающего свободное волеизъявление населения Нагорного Карабаха и имеющего юридически обязательный характер», и, по мнению Саргсяна, «такая формулировка практически предопределяла, что Нагорный Карабах не может остаться в составе Азербайджана», и какую колоссальную работу проделала, оказывается, армянская дипломатия во время его президентства, и т.д. Но вот беда: к власти в Армении пришли «безответственные популисты», и в результате «из-за грубейших дипломатических просчётов, опрометчивых заявлений и действий нового армянского руководства ситуация начала меняться не в пользу Еревана, который оказался в глазах международного сообщества неконструктивной стороной в переговорном процессе. Баку получил то, что ему не удавалось на протяжении десятилетий- в качестве casus belli обвинить Армению в отказе от переговоров». А теперь эти зловредные популисты обвиняют во всем «бывших».
Здесь бы, конечно, поинтересоваться: а была ли готова сама Армения при Саргсяне вывести войска из окружающих бывшую НКАО районов Азербайджана, как того требовало мировое сообщество? И готов ли он сегодня заявить, что да, надо было из этих районов уйти, но у него, Сержа Азатовича Саргсяна, за 10 лет президентства на это не хватило не будем уточнять чего именно? Наконец, стоило ли быть такими уверенными в результатах референдума, если в нем, как настаивал Азербайджан, участвовали бы и вынужденные переселенцы из Карабаха, что, с учетом миграции, лишало Армению шансов на вожделенное «армянское большинство»?
Впрочем, все эти рассуждения сегодня имеют лишь теоретический смысл. Во-первых, уже в 2011 году президент Азербайджана отказался подписывать Казанский документ. А во-вторых, и «в-главных», после 44-дневной войны все эти «мадридские», «киуэстские» и тем более отвергнутые «казанские» принципы отправились, подберем самый деликатный эпитет, в мусорную корзину без шансов оттуда выбраться.
Но даже не это главное. Как уверяет Серж Азатович, «специалисты-конфликтологи знают, что сецессионные конфликты в абсолютном большинстве случаев заканчиваются легитимизацией нового независимого государства не потому, что бывшая метрополия даёт на это согласие, а скорее потому, что консенсус по этому поводу достигается на уровне международного сообщества».
Не станем спрашивать, рассказали ли Саргсяну эти специалисты-конфликтологи о судьбе Сербской Краины в Хорватии, и напомнили ли, чем закончились «игры в самоопределение» судетских немцев. Важно другое. Серж Саргсян по сути проговорился: в Ереване на полном серьезе рассчитывали, что азербайджанский Карабах Армении преподнесёт на блюдечке «международное сообщество».
Более того, от этих иллюзий здесь не избавились и поныне. Заканчивается его опус громким манифестом: «Нагорно-карабахский конфликт невозможно урегулировать без разрешения краеугольного вопроса о статусе Нагорного Карабаха — вопроса о реализации права народа на самоопределение. Нагорный Карабах не может быть в составе Азербайджана. Заявление сопредседателей, которые являются единственным международно признанным форматом посредничества для урегулирования, от 3 декабря 2020 года – очень важный сигнал в правильном направлении». И самое главное, «международное сообщество не должно признавать итоги азербайджано-турецкой агрессии, а должно продолжить усилия для выхода на подлинное, всеобъемлющее, долгосрочное урегулирование». Старательно умалчивая при этом, что агрессором в регионе была как раз Армения. И что в заявлении сопредседателей МГ ОБСЕ от 3 декабря нет никакого намека на возвращение к вопросу о статусе Карабаха. Эта тема закрыта, о чем президент Азербайджана высказался весьма четко и недвусмысленно. И вряд ли Сержу Саргсяну здесь требовались услуги переводчика. Понятно, что пытается Саргсян в очередной раз продать армянским избирателям идею реванша: верните меня во власть — и я, в отличие от «безответственных популистов», тут же реанимирую вопрос «статуса», заставлю мировое сообщество «зачеркнуть» результаты войны и так далее и тому подобное. Но даже в этой ситуации он не рискует обещать ни восстановление экономики, ни усиление разгромленной армии — ставка делается на «заграница нам поможет». В ситуации, когда чуть больше полугода назад эта самая «заграница» не выказала ни малейшего желания воевать за армянские территориальные аппетиты.
И если в Армении, наслушавшись Саргсяна, решат повторить опыт, это будет означать лишь одно: в ближайшем будущем с такими же вздохами придётся вспоминать о трехстороннем заявлении от 10 ноября. И горевать о тех возможностях, которые оно несло для Армении и которые там бездарно упустили.
И такой вариант не исключён. Причём не только в исполнении Сержа Саргсяна.
Нурани, обозреватель
