На Южном Кавказе обсуждают очередную «военную новость», точнее, «военную инициативу» — размещение в Армении еще одной российской военной базы. На сей раз в качестве возможной ее «локации» называют Зангезур, или, по-армянски, «Сюник». Подобно инициативу, напомним, озвучил лидер парламентской оппозиционной партии «Просвещенная Армения» Эдмон Марукян. Изрядно перепугавшись, что Азербайджан нарастил свой военный бюджет на следующий год на 2,7 миллиардов USD, господин Марукян озвучил инициативу: «Чтобы противостоять этим вызовам нужно начать переговоры по подписанию нового соглашения с Россией об установке новой «103» базы в «Сюнике» (Зангезуре — Minval.az). Есть такой опыт – 102-ая база, обеспечивавшая безопасность долгие годы». И вообще, по его словам, даже если сейчас весь бюджет Армении направить на оборону, его не хватит, чтобы самостоятельно решить этот вопрос.
Можно, конечно, поинтересоваться, не лучше ли было бы для Армении решить этот вопрос другим способом — подписать с Азербайджаном мирный договор, признать границы и выстраивать нормальные отношения. Но обратим внимание на другое. Идею эту господин Манукян высказал после возвращения из Москвы. Куда отправился на фоне бушующего в Армении политического кризиса. Страсти бушуют и вокруг процесса демаркации границ в Зангезуре. Где, как выяснилось, за время оккупации Армения «прирезала» себе изрядные территории, которые теперь приходится возвращать. И как минимум не исключено, что озвучивал в Армении ровно то, что уже предлагал своим московским собеседникам: вы помогите нам прийти к власти в Армении, а мы взамен предоставим вам возможность разместить в Зангезуре еще одну свою базу. Такой вот «ход конем по-армянски», ну не конем, а другим непарнокопытным, но это уже частности: защиту интересов Армении в Зангезуре, по расчетам господина Марукяна, теперь возьмет на себя Россия. И она же, добавим по секрету, должна помочь прийти к власти «просвещенным армянам» во главе с Марукяном. Который, вполне возможно, озвучивает это не только от своего имени: в те же дни в Москве побывал второй президент Армении Роберт Кочарян.
Намеренно оставим в стороне домыслы, как возможное появление такой базы или даже разговоры о ней повлияют на процесс демаркации границ. В котором, кстати, роль «третейского судьи» играет как раз Россия. Важно другое: какова вероятность, что такая перспектива заинтересует Москву?
А вот тут не все так просто. Военная база — удовольствие дорогое. Особенно если ее собираются создавать «с нуля». Тут нужно возводить капитальный «военный городок», перебрасывать личный состав, разворачивать серьезное вооружение. Все это требует затрат, причем во всех смыслах капитальных. Так ли уж это необходимо при наличии «действующей» базы в Гюмри — вопрос как минимум открытый. Более того, на своей ежегодной пресс-конференции президент РФ Владимир Путин отметил: «У нас две-три базы базирования, причём на террористически опасных направлениях: в Кыргызстане, в Таджикистане, в Сирии. У другой стороны, я имею в виду Соединённые Штаты, – по всему миру огромная сеть». Базу в Гюмри не упомянул вообще. Что тоже дает информацию к размышлению, на какое место по важности ставят свою военную инфраструктуру в Армении в Кремле. Особенно с учетом той «логистической уязвимости», в которой она находится. Трехстороннее заявление по Карабаху дает, конечно, шанс изменить ситуацию и разблокировать коммуникации, но шанс — это еще не свершившийся факт. На фоне продолжающейся в Армении реваншистской истерики — тем более.
Наконец, есть и политические риски. Военная база по определению предполагает размещение серьезного военного «кулака». Она создается с учетом военно-политических рисков и на наиболее важных направлениях. Это не миротворческий контингент с четко определенными задачами, оговоренной численностью и жестко ограниченным вооружением, где нет ни одного танка, нет тяжелой артиллерии, РСЗО и военной авиации. Тем более это не российские пограничники, которые будут обеспечивать безопасность транспортных коридоров. И здесь уже неизбежны вопросы: а против кого она создается? Тем более если Марукян открыто увязывает свою инициативу с ростом военного бюджета Азербайджана? Предполагаемое появление второй базы в Армении по понятным причинам встревожит еще и Турцию, где любое усиление военного присутствия РФ в этой стране по понятным причинам воспринимают на свой счет. И уж тем более задавать вопросы начнут в Иране, к границе с которым как раз и «выходит» Зангезур: почему РФ вдруг усиливает военную инфраструктуру на границе с ИРИ? Насколько это увязано с усилением боевого потенциала еще и на Каспии? Словом, выигрыш весьма условен, а вот затрат и головной боли слишком много. И с учетом всего вышеизложенного, шансов, что «зангезурская приманка» сработает, прямо сказать, немного.
И, наконец, эта инициатива Марукяна — это еще и наглядная демонстрация «национальных особенностей политики» в Армении. Где, во-первых, пребывают в полной уверенности, что Россия ну просто обязана обеспечивать безопасность Армении, которая даже после проигранной войны не желает мириться с соседями. А во-вторых, превратили отношения с РФ, включая «военно-стратегическую повестку дня», точнее, в разменную монету во внутриполитической игре, где по-прежнему на первом месте — конфликты с соседями и попытки удержать захваченные территории. Где ради реализации своих планов Россию рассчитывают «столкнуть лбами» и с Азербайджаном, и с Турцией.
Только вот вряд ли это входит в планы самой России.
Нурани
