Эксперты и аналитики многих стран еще долго будут обсуждать итоги Давосского форума. Тем более что тема эта многогранная: кто с кем встретился, кто и на какое место переместился в составляемых рейтингах, чему были посвящены панельные дискуссии…Регулярно появляются здесь даже свои «городские сумасшедшие» — не так давно в этой роли выступал вожак сегодня уже почти забытых «антиглобалистов» фермер Жозе Бове, сегодня — экоактивистка Грета Тунберг, движение в поддержку которой уже едко окрестили «гретинизмом». Но, возможно, главную политическую новость нынешнего форума обозначило панельное заседание «Стратегический взгляд: Евразия», где модератор задал президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву каверзный вопрос: «Как президент Азербайджана, куда Вы позвоните в первую очередь — в Москву или Пекин?» На что глава государства дал блестящий ответ: «В Баку». И пояснил: «Да, мы проводим дружелюбную политику в отношении наших соседей, однако в то же время национальные интересы всегда находятся на первом месте».
То, что Азербайджан под руководством президента Ильхама Алиева проводит действительно независимую внешнюю политику, в Баку подчеркивают регулярно, и эти слова неоднократно подтверждены на практике. «Сенсационный посыл» был в другом: Давосский форум обозначил возросший интерес к региону не только России, Запада и Турции, но и Китая. Того самого Китая, который явно претендует на роль по крайней мере второй «сверхдержавы мира», вышел, потеснив Россию, на второе место в мировом экспорте оружия и уверенно наращивает свое влияние и в Азии, и в Африке, и в других регионах. А теперь вот проявляет интерес и к Каспийскому региону. Во всяком случае, в последние дни ушедшего 2019 года появилась информация, что командующий ВМС Ирана контр-адмирал Хоссейн Ханзади заявил, что его страна «намеревается организовать совместные военные учения в Каспийском море и с региональными странами — по итогам недавних успешных учений с Россией и Китаем в Индийском океане и в Оманском заливе». И, честно говоря, трудно представить себе, что иранский контр-адмирал озвучил идею о совместных учениях ВМС трех стран на Каспии без предварительных консультаций с Москвой и Пекином.
Это, конечно, хороший повод вновь вспомнить предостережения экспертов из российских оппозиционных и либеральных СМИ, что влияние Китая в РФ растет опасными темпами, что Россия превращается едва ли не в сателлита «Поднебесной» и отметить, что теперь «на плечах» России Китай приходит и на Каспий. Но…зачем? Членство Азербайджана в инициативе «Один пояс — один путь»? Вопрос безопасности проходящих по акватории Каспия торговых путей, в том числе и транскаспийской паромной переправы, которую все активнее с выходом на железную дорогу Баку-Тбилиси-Карс используют китайские перевозчики? Но…требует ли логистика такого инструмента, как совместные учения ВМФ с Россией и Ираном — как минимум тема для дискуссий. Тем более что Каспий — водоем закрытый, доплыть сюда из Китая проблематично.
Только вот в чем дело. Каспий, точнее, «транскаспийский» транспортный хаб — это еще и не контролируемая ни Россией, ни Ираном дорога в Казахстан и Центральную Азию для Запада, то есть для США и НАТО, которые уже перевозят из Азербайджана в Казахстан грузы для натовского контингента в Афганистане. А вот это уже меняет для Пекина весь расклад, особенно на фоне растущего внимания Запада к «уйгурскому фактору».
Излишне напоминать: отношения КНР с теми же США далеко не безоблачны. Здесь наличествуют не только споры о торговом соглашении, но и, к примеру, вопрос Южно-Китайского моря. И если на этом фоне США начнут «работать» с теми же лидерами уйгурского национального движения куда «плотнее», чем сейчас — Пекину мало не покажется. В результате в КНР по-настоящему опасаются усиления влияния Запада в тюркоязычных государствах Центральной Азии. А для Запада в этот регион ведут две не контролируете ни Россией, ни Ираном, ни самим Китаем дороги: или через Пакистан и неспокойный Афганистан, или…через Каспий. И если Китай уже строит свою военную базу на границе единственной нетюркоязычной страны региона — Таджикистана — с Афганистаном, рядом с Ваханским коридором, по которому Афганистан как раз и «выходит» к своему короткому участку границы с Китаем, то следующей «точкой приложения сил», вполне логично, должен был бы стать Каспий. А в своем успехе Пекин, похоже, не сомневается.
Но не все так просто. Да, Китай в последние годы активно наращивает свое влияние во многих регионах мира, и этого вполне могло хватить для этакого «головокружения от успехов». Правда, в основном очарованию Поднебесной поддались или «страны-изгои» типа Ирана или Венесуэлы, или «забытые государства» в Африке, то есть те страны, где КНР попросту не сталкивается с конкуренцией и может вести себя примерно как герои мультфильма про деревню Простоквашино, увидевшие в деревне дом с надписью «Дом пустой, живите кто хотите». А вот Каспий — это не Венесуэла и не Сенегал. Хоронить транскаспийские проекты и сотрудничество с Западом ради благосклонности Пекина — не та идея, которая будет иметь здесь успех. Станут ли Москва и Тегеран делать для Пекина «грязную работу» — вопрос как минимум открытый. Особенно на фоне всех нынешних «неприятностей» и РФ, и ИРИ. А действовать самостоятельно Китай здесь в силу понятных причин не сможет. И это не считая нарастающих проблем на собственном «заднем дворе»: «размороженные» Пекином территориальные притязания к соседям, напряженность внутри самого Китая — все это как минимум снижает шансы на повторение древнеримского «пришел, увидел, победил» в переводе на китайский.
Наконец, есть еще одна сторона вопроса. Новая география интересов Китая еще раз подтвердила: Каспийское море — это уже давно не «запертая в центре континента» геополитическая провинция, а точка пересечения силовых векторов. Отсюда еще в самом начале сирийского конфликта российские ВМС били «Калибрами» по целям в Сирии, над Каспием пролетали сначала в Сирию, а затем в Южную Африку российские стратегические бомбардировщики…И если теперь интерес к региону проявляет уже и Пекин, да еще в «связке» с Россией и Ираном, то результатом «китайской игры на Каспии» вполне может стать укрепление в этом регионе позиций Запада. Хотя, возможно, в штабе контр-адмирала Ханзади на это совсем и не рассчитывали
Нурани, политический обозреватель
