16 июля исполняется очередная, 83-я годовщина мятежа в Испании, положившему там конец республиканскому строю. Последовавшая за этим гражданская война 1936-1939 годах была в центре внимания Европы. Несмотря на то, что Лигой Наций был в миротворческих целях создан «Комитет невмешательства в испанские дела», в конфликт ввязались как СССР с поддерживающим его Коммунистическим Интернационалом, так и Германия с Италией.
Между «республиканцами» и «националистами» завязались ожесточенные бои, в том числе в воздухе, где проходило соревнование современных образцов авиации с участием как испанцев, так и асов-иностранцев.
Как известно, после поражения Германии в Первой Мировой войне ей было запрещено развивать авиацию и танкостроение. Обойти запрет удалось с помощью СССР, в котором немцев охотно обучали и помогали в испытаниях новой техники. Небескорыстно, конечно. После прихода к власти Гитлера эти программы свернули. Зато появились испанские курсанты. Как результат, в небе над Испанией с обеих сторон встречались выпускники одной и той же авиашколы.
В этой битве за испанское небо был и малоизвестный, но существенный вклад нашего Азербайджана. Среди тех авиашкол, которые готовили пилотов для поставлявшихся республиканцам советских самолетов, заметную роль играла Кировабадская школа особого назначения (20-я военная школа пилотов), специально для этого созданная в январе 1937 года в Кировабаде (ныне Гянджа). Смета на ее содержание, даже без учета стоимости авиационной техники, автотранспорта и других расходов составила немалую по тем временам сумму в 4.022.300 рублей или 800 тыс. долларов.
До поражения республиканцев в апреле 1939 года школой были подготовлены 5 выпусков, общей численностью около 500 пилотов, из них 413 — для ВВС Испании. Более 300 подготовленных в Кировабаде пилотов приняли участие в боях в Испании. Ветеран Второй мировой войны Тофик Гусейнов впоследствии вспоминал, что испанцы дружили с местным населением и «некоторые из них даже могли говорить на азербайджанском».
Долгое время в СМИ даже гулял миф о том, что среди «испанских гянджинцев» якобы был и Рубен Ибаррури — сын главы испанских коммунистов Д.Ибаррури. Иногда даже писали, что он погиб в воздушном бою. Увы, это не так. Он действительно учился в советской авиационной школе, но в Сталинграде в 1935-1936, когда еще Кировабадской школы не было. Затем он вернулся в Испанию и воевал там. Повторно вернувшись в СССР в 1939 году, когда авиашкола уже не функционировала, он пошел в военное училище, стал командиром пулеметной роты и в 1942 году погиб под Сталинградом в наземном бою…
185 курсантов, не доучившись, вынужденно остались в СССР. Судьба этого последнего выпуска испанских пилотов решалась на самом высоком уровне — в Политбюро ЦК ВКП(б). 10 июня 1939 года оно приняло постановление № П3/159-ОП «Об испанцах, находящихся в летных школах Кировабаде и Липецка, в количестве 192-х человек». Предполагалось, что для 79 человек, изъявивших желание остаться в СССР, подберут работу. Еще 63 испанцам разрешили выехать в Мексику. Оставшиеся 50 человек решили использовать «для спецработы», то есть шпионажа (30 по линии Разведупра Наркомата обороны, 20 — по линии Наркомата внутренних дел).
Приказ НКО от 24.08.1940 еще упоминал Кировабадскую школу, но летчиков там уже не готовили. А вскоре материальную часть и персонал школы распределили по другим авиашколам.
Впоследствии в СССР была эвакуирована через Францию и «группа испанских летчиков и активистов в количестве 39 человек», включая и некоторых выпускников Кировабадской школы (например, Хосе Мариа Браво). На это тоже потребовалось постановление Политбюро № П4/58-ОП от 21 июня 1939 года «О въезде в СССР интернированных во Франции испанцев».
Испанцы вернулись в СССР не в лучшее время. В стране царило недоверие к иностранным эмигрантам, многих советских военных специалистов по возвращении из Испании арестовали и репрессировали как троцкистов. Обученных летчиков-испанцев с боевым опытом послали на заводы рабочими. С началом Великой Отечественной войны испанцы просились на фронт. Опять же, вместо авиации их посылали в партизанские отряды.
Лишь в 1942-м около 75 испанских летчиков по просьбе участника испанской войны генерала Осипенко, который командовал истребительной авиацией ПВО, вернули в авиацию. У испанских летчиков не было единой военной части, наподобие французской эскадрильи «Нормандии-Неман», и поэтому информация о них рассеяна по множеству архивов.
По данным СМИ, среди них были и 44 испанских летчика, подготовленных в Гяндже. Известно, что в начале 1942 года шестеро испанцев служили в составе 481-го истребительного авиационного полка в районе Баку, включая того же Х.Браво, который оставался в Баку до 1947 года, командуя здесь эскадрильей.
Тем временем наступили времена «Холодной войны», и бывшие союзники по антигитлеровской коалиции превратились во врагов. С другой стороны, и диктатор Франко стал интересен Кремлю как возможный экономический партнер. Известно, что в августе 1948 года И.Сталин потребовал от Д.Ибаррури и других руководителей Компартии Испании прекратить партизанскую войну против Франко. Партизанское движение свернули и партизан вывели во Францию. Как говорится, в политике нет вечных друзей и вечных врагов, а есть вечные интересы…
Возможно, с этой сменой советской политики было связано неприятное для испанской эмиграции событие. В 1948 году один из летчиков-испанцев сбежал в Турцию на угнанном самолете. Это привело к тому, что летчиков-испанцев уволили с военной службы.
Многие антифашисты-испанцы стали лишними и небезопасными для Кремля и подверглись репрессиям. В 1948 году в Париже, который был центром испанской антифашистской эмиграции, появились публикации о том, что в Караганде (Казахстан) содержатся в лагере и принуждаются к труду 59 испанских беженцев-антифашистов, из которых 25 были пилотами. Долгие попытки советской стороны отрицать этот факт прекратились лишь после смерти И.Сталина, когда Международный Красный Крест получил подтверждение и предложение помочь с репатриацией.
В 1954 году по меньшей мере 15 «карагандинцев» были репатриированы в Испанию на корабле «Семирамис». Можно себе представить, каково было этим антифашистам вынести долгую дорогу на корабле вместе с бывшими военно-пленными фашистами из печально знаменитой фашистской «Голубой дивизии». Тем не менее, когда на корабль поступило предложение остаться во Франции, никто на это не согласился.
В 1957 году диктатор Франко объявил политическую амнистию, после которой в Испанию вернулись многие эмигранты, включая летчиков. В 1984 году, уже после смерти Франко, они добились признания своих воинских званий. Например, Х.Браво, который был подполковником Советской Армии, стал также полковником и Испанской Армии.
Азербайджану же на память от испанцев остались могилы на гянджинском кладбище «Ени Себискар», где похоронены Хуан Баусиста, Кассас Кальво, Мануэль Гонсалес, Ибарра Пларса, Франциско Фернандес Фонс, погибшие во время тренировочных полетов в 1937-39 годах. Еще на 14 надгробьях — русские имена и фамилии, но есть версия, что и там лежат испанцы, в целях конспирации скрывавшие свои имена. Так же, кстати, в то время поступали и советские военные специалисты в Испании. Так, есть мнение, что под «русским» (и добавлю, нетипичным) именем Григория Синорина похоронен испанец Франциско Фернандес.
Сейчас, когда по прошествии 75-летнего срока Азербайджан и Россия рассекретили часть своих архивов, посвященных помощи Испании со стороны СССР, можно было бы раскрыть секреты и этой страницы нашей истории, соединяющей Азербайджан с далекой Испанией.
Эльдар Зейналов
