В истории мирового кинематографа наберется не так много фильмов и сериалов, которые производили бы переворот в общественном сознании. «Звездные войны» Лукаса, «Властелин колец», «Игра престолов» — примеры классические. Но теперь сериал НВО «Чернобыль», который уже получил самые высокие оценки в истории рейтинга IMDB и даже затмил сериал «Игра престолов», имеет все шансы побить еще один рекорд — по масштабу политических последствий. «Коммунисты России» уже требуют ограничить к нему доступ на территории России, обвиняя авторов в превращении трагедии в «идеологическую манипуляцию». «Роскомнадзор» подтвердил, что эту жалобу рассматривает — таков порядок. А телеканал НТВ уже готовится снимать свой сериал о «Чернобыле», где страшная авария на АЭС будет представлена результатом диверсии ЦРУ.
Понятна и причина. Сериал «Чернобыль» прежде всего показывает зрителям реальный СССР —тот, где об аварии на АЭС просто не сообщают никому до тех пор, пока о ней не становится известно за рубежом, где, несмотря на чудовищный уровень радиации, не торопятся эвакуировать людей, где ключевые решения принимают партийные чиновники, а не специалисты, и где дешевле всего ценится человеческая жизнь…
И самое главное, вышел этот сериал в эфир как раз в то время, когда на «ностальгию по СССР», по всей видимости, Кремль делал серьезную политическую ставку.
Эта ностальгия становится все более «модным» трендом на постсоветском пространстве, и Азербайджан — не исключение. Интернет-сайты в стиле «Рожденные в СССР», Фейсбук-страницы аналогичного содержания — все это не может пожаловаться на недостаток аудитории, «кликов» и «лайков» под рассказами, какими «демократичными» были в СССР цены на все, от спичек и ботинок до авиабилетов и путевок на курорты, про то, что «тогда люди были добрее» и т.д.
Наслушавшись этого «совьет-ностальжи», можно нарисовать в своем воображении благостную картину: магазины, как сегодня, полны товаров на любой вкус, но строго по «демократичным» ценам, нуждающимся тут же, без проволочек, предоставляются квартиры, нет преступности, нет коррупции, и можно выбирать, куда поехать летом, и тоже по демократичным ценам, Интернет и сотовые телефоны, правда, еще не изобрели, ну да ладно. Одно плохо: в этой благостной картинке нет места реальному СССР, с политическими репрессиями, с тотальной ложью, с пустыми прилавками и длинными очередями, без легальных «олигархов», но зато со спецмагазинами, спецбольницами, спецсанаториями для партийных чиновников…Сегодня уже немодно вспоминать, что в СССР не существовало слова «купить» — было только «достать». Что цены были демократичными, но вот приобрести что-то по этим самым демократичным ценам было весьма и весьма затруднительно. Что не только импортный ширпотреб, которым сегодня завалены прилавки, но даже консервированный зеленый горошек уже надо было «доставать». Что за все годы своего существования Госплан, Госкомстат и т.д.. так и не удосужились определить для базовые социальные показатели: минимальную потребительскую корзину, черту бедности и т.д., в том числе и потому, что не знали, по каким ценам ее считать: государственным, по которым невозможно было ничего купить, или тем, которые сложились на «черном рынке». Что мясо и масло получали по талонам — килограмм в месяц на человека. И да, это не была вырезка Black Angus — по талонам вполне могли выдать консервы «Завтрак туриста». Что для того, чтобы получить бесплатную квартиру, сначала надо было встать на квартирный учет, а для этого требовалось, чтобы в квартире приходилось менее 5 квадратных метров на человека. Что после этого ждать бесплатные квартиры приходилось лет по 10-15, а то и 20. Что для выезда за границу, даже в страны-сателлиты СССР, требовалось собрать целый ворох справок, характеристик и пройти множество «собеседований». Что, наконец, при официальном «пролетарском интернационализме» существовали репрессированные народы.
А для Азербайджана все это имеет свое прочтение. Нас, если кто забыл, никто не спрашивал, хотим мы в этот социалистический рай или нет. 28 апреля 1920 года независимая Азербайджанская Демократическая республика была оккупирована и аннексирована силой. На момент этой аннексии в состав Азербайджана входили Зангезур и восточный берег озера Гейча, которые затем были подарены Армении.
По горячим следам аннексии — первая волна репрессий. Затем — вторая, уже в 1937-1938 годах. И, конечно же, после аннексии Азербайджана в 1920 году начались 70 с лишним лет грабежа. Стоимость одной только нефти, выкачанной из наших недр, многократно перекрывает все, что было построено в нашей стране за годы существования СССР. Выступая на церемонии открытия памятника на месте первой в мире нефтяной скважины в Биби-Эйбате, президент Азербайджана Ильхам Алиев напомнил: «Представьте, что если бы Азербайджан был независимым государством, то сегодня был бы одной из самых богатых стран мира».
Можно возразить: для тех, «кому за», СССР — это прежде всего время детства и юности, это лучшие годы, когда «и солнце было ярче, и трава зеленее, и вода мокрее». Это просто воспоминания, и не стоит искать здесь двойное дно. В конце концов, не так давно на постсоветском пространстве била рекорды популярности песня «Плач по коммунальной квартире» на проникновенные стихи Евгения Евтушенко.
Но вот в чем дело. С теплотой о коммунальных квартирах вспоминали многие, особенно из поколения «шестидесятых», но никто из них не попытался превратить свою изолированную квартиру в столь любимую «коммуналку». А вот СССР пытаются возродить всерьез. Проводят соцопросы, которые должны выявить «индекс ностальгии по СССР». Как правило, исследуют его в России, но в 2016 году многочисленные «дочки» российского медиахолдинга «Спутник» провели опросы и в странах бывшего СССР, в том числе в Азербайджане. Где, если верить результатам, 69% опрошенных из тех, кто еще помнил СССР, заявили, что качество их жизни в Советском Союзе было выше, чем сейчас.
Стоит ли всецело доверять этим результатам — вопрос открытый. Соцопрос — это не референдум. История с рейтингом Путина, который в недавних опросах российского ВЦИОМ рухнул до пугающих 30% с «хвостиком», а затем, после того, как из Кремля последовал окрик, а ВЦИОМ изменил методику, этот самый рейтинг взлетел более чем вдвое и составил уже 72% опрошенных — пример классический. Если бы ностальгия по социализму была бы столь сильной, то по крайней мере на протестно-оппозиционном фланге коммунисты должны были бы играть серьезную, если не лидирующую роль. А вот этого уже не происходит. Но если результаты опроса «подправляют», значит, это кому-нибудь нужно.
А теперь серьезно. В «лихие девяностые», со всей их бедностью и неустроенностью, мало кому приходило в голову так уж ностальгировать по СССР — просто потому, что тогда мы еще слишком хорошо помнили настоящий, не приглаженный и не «лакированный» СССР. А сегодня советская ностальгия не входит в моду — она «вдавливается» при помощи самых разных инструментов, от передач российских федеральных каналов до активности интернет-троллей. И самое главное, все эти рассказы про «вкусный пломбир» хлынули в Интернет как раз после нашумевших заявлений Владимира Путина в стиле «распад СССР — это величайшая геополитическая катастрофа ХХ века», «Россия встала с колен» и, наконец, «границы России нигде не заканчиваются». То есть после того, как — назовем вещи своими именами — в Москве, судя по всему, всерьез вознамерились воссоздать СССР. А вот кампания ностальгических прихлюпываний должна, как планируется, подготовить общественное мнение. Судя по всему, в Москве делают ставку на старое правило: если человеку 20 раз сказать, что он свинья, на 21 раз он хрюкнет, — и не сомневаются: если тому же «хрюкнувшему человеку» 20 раз сказать, что в СССР была райская жизнь, на двадцать первый он встанет по стойке «смирно» перед портретом Ленина и споет «Интернационал».
Только вот в Кремле в очередной раз не задумались, что в Азербайджане не станут отказываться от своей независимости ради воспоминаний о вкусном пломбире и дешевой колбасе. И самое главное, понимают: вернется Советский Союз вовсе не на тележках с «вкусным пломбиром». Сегодня трудно найти свидетелей, как входила в Азербайджан XI Красная армия 28 апреля 1920 года, но 20 января 1990 года — это уже поближе. Когда нас при помощи танков и огня на поражение по безоружным людям пытались удержать в СССР. И когда мы в отношениях с Кремлем прошли «точку невозврата».
Нурани, политический обозреватель
