Экс-глава МИД Азербайджана Тофик Зульфугаров на своей странице в «Фейсбук» написал пост, как нельзя более четко повествующий о реалиях отношений между Москвой и Ереваном, а также о том, что очередной визит сопредседателей не вызывает ни у кого интереса, так как не оказывает абсолютно никакого воздействия на процессы, происходящие в регионе.
«Сегодня понятно всем, что визиты Сопредседателей превратились в некий ритуал, который не оказывает никакого воздействия на те процессы, которые происходят в регионе. А то, что что-то серьезное происходит в регионе – ясно всем. И это, в первую очередь, связано с ситуацией в Армении. До появления информации о готовности России продать истребители Армении, многие аналитики, в том числе и я, говорили о нарастающем кризисе в отношениях между Россией и Арменией. Однако, новость о поставке самолетов, пусть не новых, пусть не очень скоро, все же создала иллюзию того, что армяно-российские отношения выходят из кризисного состояния. Но так ли это на самом деле?
Я уверен, что это не так. И в качестве доказательства хочу привести в пример ситуацию с продолжающимся заключением в тюрьме Р. Кочаряна. Хотя усиленно распространяется мнение о наличии каких-то личных дружественных отношений между В. Путиным и Р. Кочаряном, все таки следует уверенно утверждать, что дело тут не в личных взаимоотношениях, а в том, что Кочарян был «профессиональным» проводником российской политики в Армении.
Говоря о профессионализме, имеется в виду то, что Р. Кочарян никогда особенно не скрывал, что имел особые взаимоотношения со спецслужбами Советского Союза и России. Например, он часто публично говорил о своем увлечении дайвингом, упоминая при этом, что научился навыкам подводного плавания в Новороссийске, где, как многие знают, в советское время находился центр подготовки подводных пловцов. Поэтому, «забота Путина о Кочаряне» в чем-то очень сильно напоминает «заботу» ,которая в свое время была проявлена в отношении Георгадзе и которую отверг М. Саакашвили. Эта история, известная из мемуаров Саакашвили, стала поводом, а может быть и причиной отдаления Грузии от России в начале 2000-х. И сегодня, уже Никол Пашинян практически в ответ на публичную просьбу Путина отпустить Кочаряна хотя бы под домашний арест, продолжает удерживать его в тюрьме, периодически угрожая арестовать еще и С. Саркисяна. Конечно, такое демонстративное неподчинение не может не остаться без соответствующей реакции, а все, что наносит ущерб политическому имиджу В. Путина, как показывает практика, не забывается.
Нечто подобное произошло несколько дней назад , когда министр иностранных дел Армении фактически отказался от трехсторонней российско-армяно-азербайджанской встречи на полях Мюнхенской конференции.
Российская дипломатия традиционно, во время больших многосторонних политических мероприятий, бывает инициатором встреч в таком формате с целью создать информационный повод для акцентирования своей особой роли в конфликтах на Южном Кавказе и в частности в армяно-азербайджанском конфликте. А в условиях нынешней Мюнхенской конференции, которая в основном была посвящена критики роли России, проведение такой встречи, несущей некий «позитивный информационный импульс», было бы очень своевременным. И вот С. Лавров, который привык общаться со своими коллегами на уровне реплик «Эдик, подписывай!», вдруг получает отказ.
Можно уверенно утверждать, что Мнацаканян во время своей двусторонней встречи с Лавровым был достаточно искренним, чтобы сказать, что….. «Это Пашинян мне не разрешил….».
И так мы видим, что приведенные примеры, а их список можно расширить, показывают, что и Пашинян и российские руководители однозначно понимают, что партнерами им не быть, а следовательно, говорить о том, что б/у-шные истребители и посылка армянского военного контингента в Сирию решили все проблемы российско-армянских отношений – преждевременно.
И поэтому, возвращаясь к визиту сопредседателей, можно уверенно утверждать о том, что главным маркером событий в регионе на ближайшие месяцы, будут вышеперечисленные тенденции, а не многозначительная и порой загадочная риторика Сопредседателей», — написал дипломат (орфография и пунктуация автора сохранены – прим. «Минвала»).
