На минувшей неделе президент Ирана Хасан Рухани внезапно озаботился как проблемами азербайджанского языка в Иране, так и финансовыми проблемами футбольного клуба «Тракторсази», представляющего в чемпионате страны как весь остан Восточный Азербайджан, так и город Тебриз в частности.
Выступая перед общественностью провинции, президент Ирана, он же — капитан команды «профессионалов и прагматиков», был щедр на обещания и обращения. «Я призываю чиновников продвигать центры обучения тюркского языка и литературы. Я призываю опубликовать необходимые книги», — говорил он с трибуны. «Мы обязательно поможем «Тракторсази» решить его затруднения», — обещал иранский президент в кулуарах встречи.
Ну а кульминацией поездки Хасана Рухани в Тебриз стало его обещание возродить высыхающее озеро Урмия, во всяком случае — выделить на это достаточно денег. Пусть, по большому счету, никто из ученых, даже с мировым именем, и не знает, с какой стороны подойти к практическому решению данной задачи — но поскольку проблема из экологической давно уже стала политической, то президент Ирана обозначил свою озабоченность ею.
Выступая в Тебризе, Рухани, безусловно, рассчитывал, что его услышат и в провинции Западный Азербайджан, и в Ардебиле, и в Зинджане — то есть там, где большинство населения составляют азербайджанцы. Обещая Тебризу — иранский президент обращался и к ним: «Смотрите, центральная власть знает о ваших проблемах и готова их решать. Так что ни у кого не должно возникнуть сомнений, что Тегеран как-то игнорирует ваши беды и чаяния».
Ни у кого не возникло сомнений, что поездка Рухани и раздаваемые им обещания были своеобразной формой извинения президента за высказывание своего помощника, Али Юнуси, который буквально на днях в интервью одному из иранских изданий назвал всех жителей Иранского (Южного, как еще называют) Азербайджана «персами, говорящими на тюркском языке».
Если сказанным Юнуси хотел произвести общественный резонанс — то это ему вполне удалось. Причем, вплоть до скандала в Маджлисе Исламской республики, о некоторых деталях которого уже рассказывал Minval.az. И дело здесь даже не в том, что было сказано — ну, мало ли заявлений на грани адекватности делают чиновники и депутаты по всему миру. А то — кто и когда это сказал.
Али Юнуси — это не просто один из многочисленных помощников Рухани. Это еще и один из влиятельнейших деятелей «закулисья» иранской политики, член Высшего совета национальной безопасности, в прошлом — глава Министерства информации/разведки (VAJA), человек, которого Верховный лидер Али Хаменеи в 2016 году лично просил участвовать в работе администрации Хасана Рухани.
Вполне понятно, что вес у слова, произнесенного столь влиятельной фигурой иранского политического Олимпа — совсем иной, чем у простого чиновника президентской администрации. И относиться к сказанному, и реагировать на него будут совершенно по-иному. Тем более, что у депутатов тюркского происхождения, которых в иранском парламенте чуть ли не пятая часть, еще с 2016 года существует один более чем неприятный вопрос к Юнеси: «Как обстоит дело с организации учебного процесса на национальных языках?». Ведь еще тогда, только вступив в должность помощника Рухани, экс-глава VAJA заявил правительственному информационному агентству IRNA, что соответствующее решение принято.
Как выяснилось из сказанного Рухани в Тебризе — в действительности данное решение не только не принято, его попросту нет, и иранскому президенту остается только «призывать» чиновников хоть что-то сделать в интересах тюркоязычного населения страны.
Но эта история с заявлениями Юнеси и извинениями Рухани — лишь эпизод в веренице событий, лишь один из звонков «взбесившегося будильника», сигнализирующего о том, что национальная политика нынешней президентской администрации Ирана сталкивается со все большими трудностями.
Скандальное заявление Юнеси, всколыхнувшее местных тюркоговорящих, прозвучало менее чем через месяц после того, как волна протестов, начавшись в Ахвазе, прокатилась по Хузестану, одной из трех провинций компактного проживания арабского меньшинства. И началось там все, казалось бы, с пустяка — с детской передачи по телевидению, авторы которой, перечисляя населяющие Иран народности, «не нашли» места в этом списке для арабов-ахвази. Пропустили, видите ли, около 8 миллионов человек, чуть не 10% населения Исламской республики.
Но даже это не самое главное. Скандальное заявление чиновника, пусть и самого высокопоставленного, некомпетентность телевизионщиков — все это не имело бы такого резонанса, если бы не одно обстоятельство. А именно — нарастающий социально-экономический кризис в стране. Где тонко — там и рвется, и в полном соответствии с этой истиной первыми наиболее остро начинают реагировать на проблемы именно национальные отношения.
Те же выступления в Ахвазе проходили практически параллельно протестам рабочих-нефтяников в близлежащем Абадане, скандировавших на улицах «Мы голодны!». И в таких условиях любое неосторожное слово или непродуманное действие чревато общественным взрывом. Но Юнеси и связанная с ним часть иранского истеблишмента этого явно не понимают, из событий «горячего января» выводы делать не хотят. Что очевидно — слишком уж много неприятного нужно будет признать нынешней президентской администрации.
А ведь провинции с преимущественно азербайджанским населением вполне можно отнести к достаточно, по иранским меркам, экономически благополучным. Только за минувший год тот же Западный Азербайджан экспортировал за границу — в Ирак, Турцию и даже Афганистан с Пакистаном — товаров на сумму более 11 млн. манат (кстати, почти в два раза больше всего товарооборота Ирана с Арменией в прошлом году). Но в Хузестане, Бушере и Хормозгане ситуация сложнее. А об экономической ситуации в провинции Систан-Белуджистан, в этом «конце географии», можно сказать только одно — кризис.
И судя по всему, ни Хасана Рухани, ни у его команды «профессионалов и прагматиков», рецептов по преодолению этого кризиса пока и близко нет. Только обещания. Не только конкретным национальным меньшинствам — всему населению страны.
Игорь Панкратенко
