Предложение президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева о возможном участии России в Организации тюркских государств (ОТГ) вызвало закономерный интерес к перспективам расширения формата объединения. Москва, в свою очередь, отреагировала на эту инициативу через заявление пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова. Однако за дипломатическим жестом Астаны может стоять не столько реальная перспектива изменения состава организации, сколько определенная политическая тактика.
Как отметил в беседе с Minval Politika заместитель председателя правления Центра анализа международных отношений и мультикультурализма, глава Центра исследований Южного Кавказа, политолог Фархад Мамедов, заявление Токаева следует рассматривать в контексте избранного им дипломатического подхода, который предполагает публичное озвучивание инициатив, адресованных Москве.
«Ну, я бы назвал данное заявление господина Токаева частью той формы дипломатии, которую он выбрал. Мы были свидетелями того, что президент Токаев в Омске на встрече с Путиным откровенно говорил ему о том, что на Западе к нему обращаются как к союзнику России, чтобы он также посодействовал в урегулировании или в завершении войны в Украине. И он передавал этот месседж открыто, делал заявления в присутствии президента России. Тот же метод был выбран и в рамках этого саммита. Российская Федерация, желая получить статус в Организации тюркских государств, обращается к президенту Токаеву, чтобы именно он озвучил эту идею. В принципе, президент Казахстана это и реализовал на саммите. Но если посмотреть на украинский кейс, то война до сих пор не завершилась. Соответственно, нужно понимать, что далеко не каждое заявление или инициатива находят положительный отклик. Поэтому я расцениваю заявление президента Токаева как просьбу, которую попросили его озвучить. То же самое он делал в Омске относительно войны в Украине, и тот же метод был использован в Анкаре», — считает политолог.
Говоря о том, в каком качестве Россия в принципе могла бы участвовать в ОТГ, эксперт подчеркнул, что ее полноценное членство исключено уже в силу самого характера организации:
«Понятно, что Российская Федерация не может считаться тюркским государством, но на территории России проживают миллионы тюрков. Соответственно, если брать объективную картину, то Россия может претендовать на получение статуса наблюдателя в этой организации».
При этом сам факт интереса Москвы к ОТГ собеседник считает показательным. По его словам, это свидетельствует о том, что объединение постепенно превращается в полноценную политико-экономическую организацию:
«То, что Российская Федерация заинтересовалась этим, — показатель того, что ОТГ трансформировалась в полноценную политико-экономическую организацию, что организация крепнет. В принципе, это можно считать показателем созревания ОТГ и привлечения внимания к этой организации со стороны достаточно сильных внешних акторов».
Вместе с тем перспектива предоставления России статуса наблюдателя вызывает отдельные вопросы с учетом уже сложившейся конфигурации объединения. На сегодняшний день таким статусом обладают Венгрия, Туркменистан и Турецкая Республика Северного Кипра. При этом взаимодействие с этими участниками осуществляется в разных форматах.
По оценке эксперта, расширение круга наблюдателей в ближайшей перспективе вряд ли отвечает интересам Баку и Анкары.
«На сегодня в качестве наблюдателей в организации числятся Венгрия и Туркменистан. С этими странами уже налажен диалог. Правда, в разных форматах они участвуют по-разному. Есть также Турецкая Республика Северного Кипра, которая тоже имеет статус наблюдателя. Однако я не думаю, что в ближайшей перспективе расширение списка участников со статусом наблюдателя в какой-либо форме может укладываться в интересы Азербайджана и Турции», — указал Мамедов.
В этой связи эксперт отдельно обратил внимание на различия между статусом наблюдателя и форматом ОТГ плюс, которые не следует смешивать.
«Формат ОТГ плюс — это совершенно иной формат. Он подразумевает разовые мероприятия, саммиты, обсуждения в какой-то форме. А статус наблюдателя — это уже участие в определенных форматах взаимодействия в рамках ОТГ. На сегодня я не вижу какой-либо заинтересованности Азербайджана и Турции в расширении списка наблюдателей ОТГ», — заключил Мамедов.
