На «Азербайджанском Нюрнбергском процессе» обвиняемые продолжают давать показания и выбалтывают все более шокирующие подробности. Так, в частности, Араик Арутюнян, который возглавлял оккупационную хунту в период 44-дневной Отечественной войны, сообщил, что в 2020 году находился в достаточно тесном контакте с «батальоном «Арабо»», командира которого звали Манвел.
Напомним, о ком и о чем речь. Откровения Араика Арутюняна — это красноречивая иллюстрация к недавнему заявлению помощника президента Азербайджана Хикмета Гаджиева: «Вместо ведения ненужной пропаганды против суда армянское правительство должно сотрудничать с судебным процессом для восстановления переходного правосудия и установления прочного мира в регионе. Искреннее стремление к миру и обновлению отношений с Азербайджаном будет подтверждено готовностью Армении признать свою ответственность и передать лиц, обвиняемых в военных преступлениях, особенно тех, кто скрывается на территории Армении».
Одним из военных преступников, кто сегодня скрывается на территории Армении, точнее, кому власти Армении оказывают покровительство, как раз и является Манвел Егиазарян, бывший командир батальона «Арабо».
Этот батальон, что уже само по себе очень примечательно, был создан ещё в 1989 году, когда конфликт только разгорался. Точнее, когда его старательно раздували — и из Еревана, и из Москвы, и из армянской диаспоры. Причём это был не очередной отряд «бородачей», которые тогда плодились как грибы после дождя. В состав батальона «Арабо» вошли в основном этнические армяне — выходцы из Ливана и Сирии. Те самые, о которых ещё в 1989 году писала французская пресса: по сведениям СМИ Пятой республики, в Армению уже тогда в массовом порядке перебирались армянские боевики с Ближнего Востока, в большинстве своем имеющие солидный боевой опыт. Первоначально батальон хотели назвать «Гарегин Нжде» в честь одного из «авторов» этнических чисток азербайджанцев в Зангезуре ещё в 1920-е годы и будущего гитлеровского пособника. Но отрядов, носивших имя этого персонажа, в Армении уже было предостаточно, и поэтому батальон назвали «Арабо» — с прямым намёком на то, что входят в него в основном этнические армяне из арабских стран.
Напомним: в 1989 году на карте ещё существовал СССР. Пограничный контроль осуществлялся в полной мере и со всеми «советскими» строгостями. В такой ситуации профессиональные боевики с Ближнего Востока даже теоретически не могли попасть в Армению без ведома и молчаливого согласия Москвы, а точнее говоря, Лубянки, в чьём подчинении находились не только спецслужбы, но и пограничные войска. Батальон «Арабо» считался в начале 1990-х одним из самых боеспособных подразделений армянской армии. Правда, в те годы «боевую работу» для армянских агрессоров выполняли в основном российские регулярные военные подразделения — от 366-го мотострелкового полка до Псковской дивизии ВДВ. Поэтому «доблестный батальон «Арабо»» предпочитал «воевать» с безоружными. С мирным населением, например, как это было во время оккупации и массовой бойни мирных жителей в селе Гарадаглы 17 февраля 1992 года. Любили в «Арабо» устраивать расправы и над пленными.
Причём Манвел Егиазарян, командир батальона, не отказывал себе в удовольствии лично принимать в этом участие. Как отмечается, батальон «Арабо» понёс тяжелые потери летом 1992 года во время наступления азербайджанской армии на Агдере. Его командир Манвел Егиазарян, однако, уцелел — то есть, бросив своих головорезов, предпочёл бежать. И успешно добежал аж до Еревана. Некоторое время предпочитал «не высовываться». А когда подробности боёв под Агдере были надёжно забыты, принялся бойко продавать на политической арене свой имидж «успешного полевого командира». В 2010 году сей персонаж выступал с громкими заявлениями: «Если есть люди, которые сегодня согласны без определения статуса Нагорного Карабаха пойти на территориальные уступки, то мы не смиримся с этим. Мы готовимся к войне. Мы ясно говорим, что пока не будет признан статус Арцаха, никто не имеет права на сдачу даже пяди земли». Он создал собственную вооружённую группировку с претенциозным названием «Боевое братство». И теперь, уже после разгрома Армении в 44-дневной Отечественной войне, этот военный преступник продолжает жить под трогательной защитой властей Армении и выступать с реваншистскими лозунгами.
А теперь серьёзно. Какие в Армении существуют внутриполитические планы на персон типа Егиазаряна — внутреннее дело самой Армении. Но ответственность за военные преступления и преступления против человечности никто не отменял. Вряд ли имеет смысл напоминать: расправы над мирным населением и расстрелы военнопленных — это тягчайшие военные преступления, за которые предусмотрена международная правовая ответственность. Точно так же есть ответственность, причём на уровне государства, и за поощрение наёмничества, и тем более за поддержку международного терроризма. То есть как раз за всё то, что проявилось в истории батальона «Арабо». Чей командир Манвел Егиазарян должен ответить за свои преступления. На этот случай в мире есть непреложное правило: военных преступников или выдают для суда тем странам, где они «накуролесили», или судят у себя. И если этого не происходит, то это уже ответственность не лично Манвела Егиазаряна и подобных ему персон, а Армении как государства. Власти же, к слову говоря, опять строят планы переселения в страну этнических армян из Сирии. И нет сомнений: прибудут в Армению не только перепуганные дети, плачущие женщины и бедные старушки, но и вполне боеспособные мужчины, причём с боевым опытом, полученным в ходе недавней гражданской войны. И всё это делается на фоне открытой подготовки Армении к реваншу, причём в этой подготовке присутствует и «террористический компонент». Судя по всему, в Ереване не прочь повторить историю «Арабо».
Ну что же, в этом случае вынуждены напомнить, что Азербайджан на подобные игры отвечает, и отвечает жёстко.
