В Израиле очень серьезно воспринимают угрозы со стороны Ирана. Об этом в интервью Minval.az заявил израильский эксперт в области мировой политики и международных отношений Леонид Пастернак, отвечая на вопрос о том, насколько велика вероятность того, что Иран может ударить по Израилю так, что начнется большая война на Ближнем Востоке.
— Тот режим, который складывался на протяжении десятилетий в иранском государстве, никогда не скрывал агрессивный курс по отношению к еврейскому государству в своей внешней политике. Однако существует несколько факторов, которые не позволяют однозначно утверждать, что большая война на Ближнем Востоке действительно может начаться с атаки Тегерана. Напротив, у Израиля есть множество союзников, которые готовы оказывать помощь на военном и политико-дипломатическом уровнях. Речь, прежде всего, идет о США, Великобритании, Франции, Италии, Канаде и других странах Запада. При этом не стоит недооценивать и помощь от других партнеров – Азербайджана, Иордании, Австралии. Мы видим, как американские друзья пытаются добиться урегулирования ближневосточного кризиса дипломатическим путем, в этом же направлении работают европейские союзники Израиля. Не думаю, что вероятность масштабной войны, которая станет триггером для противостояния за пределами региона, столь высока. Шансы на мир есть, и они довольно велики.
— Как будут развиваться дальнейшие события между Израилем и Ираном, и как это отразится на мировой политике и экономике?
— Нужно понимать, что Иран находится в жесткой изоляции из-за санкционного режима. Эскалация конфликта с Израилем, пускай и на политико-дипломатическом уровне (14 апреля была неудачная попытка Тегерана вывести противостояние из политической сферы в военную), рано или поздно приведет к дестабилизации региональных экономических связей и деловых цепочек. Международная торговля и политика слишком взаимосвязаны, а учитывая, что израильская экономика полностью интегрирована в мировые процессы (по данным Всемирного Банка, ВВП Израиля — около $510 млрд), можно представить, как скажется на финансовых связях ребалансировка национальной экономики в связи с войной.
— Как иранская военная мощь сопоставима с израильской?
— Скорее, Израиль выглядит несколько мощнее Ирана. У Армии обороны страны (ЦАХАЛ) более современная техника, модернизированные типы вооружений, модифицированные тактические и стратегические планы действий. ЦАХАЛ тесно сотрудничает с американской армией, британским флотом, французскими инструкторами. Все эти факторы позволяют говорить о том, что любая атака со стороны Тегерана будет отражена, а ответ не заставит себя ждать.
— Заинтересован ли Израиль в активизации контактов с Россией в свете эскалации напряженности с Ираном?
— Израиль всегда учитывал роль России в ближневосточной политике. Теоретически Москва могла бы активизировать усилия по деэскалации напряженности и умиротворению Ирана. Однако, к сожалению, этого не происходит. Мы хорошо видим, как налаживаются поставки военной техники иранской армии из РФ, замечаем, какая риторика у российских дипломатов в отношении Израиля. Но есть надежда, что активизация контактов с Россией сможет привести нас к тому, что Иран начнет вести себя умеренно, без радикализма и агрессии.
— Если начнется война на Ближнем Востоке, как это повлияет на Азербайджан? Как будут складываться в таком случае отношения Баку с Израилем и Ираном? Какие шаги ожидаются со стороны Анкары?
— Война на Ближнем Востоке уже идет. Израиль борется с боевиками ХАМАС и “Хезболлы” – прокси Ирана. Израильско-азербайджанские отношения находятся на подъеме. Текущая обстановка вокруг еврейского государства не влияет негативным образом на связи наших стран. Напротив, финансово-экономические связи крепнут, дипломатические контакты развиваются в позитивном ключе. Только за 2022 год торговля между Израилем и Азербайджаном выросла на 85%, за первое полугодие 2024 года израильские показатели во внешнеторговом обороте Баку – $1,15 млрд.
С Турцией все не так просто. Израильско-турецкие отношения находятся на низшем уровне, посла в Анкаре сейчас нет. Ожидаю, что турецкое правительство вряд ли будет предпринимать шаги по нормализации контактов с Израилем.
— Как считаете, в этом конфликте возможна ядерная составляющая? Например, со стороны Израиля?
— Нет, очень и очень маловероятно, что конфликт на Ближнем Востоке закончится ядерной войной.
— Насколько может осложнить отношения США и некоторых стран Ближнего Востока американская поддержка Израиля? Считаете ли вы, что политика США по отношению к Ближнему Востоку может измениться?
— При любой администрации, кроме совсем уж леворадикальной, которая, к счастью, в ближайшие десятилетия вряд ли придет к власти в Белом доме, США будут поддерживать Израиль. Кроме того, у Вашингтона есть и другие союзники на Ближнем Востоке из числа арабских государств – Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар, Иордания. Кардинальных изменений в американской дипломатии точно не будет.
Если в Белый дом вернется администрация Дональда Трампа, тогда стоит ожидать усиления поддержки Израиля и более воинственную риторику Вашингтона в отношении Ирана, Сирии, Ливана и других враждебно настроенных по отношению к израильтянам стран.
— Американские издания пишут, что в конце этой неделе Иран может объявить себя ядерной державой. Каковы ваши соображения на этот счет?
— В Израиле об этом говорят многие политические лидеры. В частности, тревогу бьет глава оппозиционной национально-либеральной партии НДИ Авигдор Либерман, который считает, что правительство страны делает недостаточно для того, чтобы предотвратить появление у Тегерана ядерного оружия. Такое мощное оружие в руках столь непредсказуемого режима вызывает опасения, но не только у Израиля, но и у наших союзников – США, Британии, Франции, Австралии, Японии, Кореи. Нельзя допустить, чтобы иранские власти добились своей цели, это нанесет огромный урон системе международной безопасности и поставит под угрозу дальнейшие мирные инициативы.
— Масштабная война в Украине, конфликт в Израиле — это можно рассматривать как цепь событий, которая ведет неизбежно к расконсервированию замороженных конфликтов в мире? И если да, то что дальше? Китай и Тайвань? Северная и Южная Кореи?
— Безусловно. Региональные войны такого характера неизбежно сказываются на замороженных конфликтах по всему миру. Многие государства, которые не решались демонстрировать свои экспансионистские планы до последних лет, сейчас чувствуют себя вполне вольготно. Это же касается “Хезболлы” и Ирана, если мы говорим об угрозах Израилю и другим демократическим странам.
Китай в этом смысле более мудрый, игрок международной политики с долгосрочными планами по всесторонней модернизации на уровне политики, экономики, дипломатии и обороны. Председатель Си Цзиньпин не будет нападать на Тайвань, просто потому что это противоречит тем ценностям и целям, которые были заложены в китайскую государственность еще во время реформ Дэн Сяопина. Коммунисты в КНР не будут вести якобы “освободительную” войну против своего же, как они считают, народа, потому что сразу же уничтожат собственную репутацию, экономику и имидж.
Корейский полуостров – возможно, мина замедленного действия. Но знаете, соглашение между Севером и Югом от 1953 года дало обеим сторонам конфликта довольно прочные гарантии, которые были поддержаны как Западом, так и СССР, а также отчасти КНР. Думаю, что ждать новой горячей точки в этом регионе не следует.
Ясмин Мамедова
