На первый взгляд информация, опубликованная в The Wall Street Journal о том, что президент Владимир Зеленский отправил группу спецназа Государственного управления разведки Украины в Судан, где она провела ряд успешных операций, выглядит лишь как локальное действие, проведенное на африканском континенте воинским подразделением одной из европейских стран. И это действительно было бы так, если бы речь не шла о действиях украинских военных в стране, где весьма активны российские воинские подразделения типа бывшего ЧВК «Вагнер». И здесь даже не столь важно, что Судан отправлял в Украину оружие, как и то, кто именно виноват или прав в споре между председателем Суверенного совета Судана и командующим армией этой страны Абдель Фаттахом аль-Бурханом и главой сил быстрого реагирования Мухаммедом Хамданом Дагало — это все частности, и в геополитическом плане большого интереса не представляет. Для мирового сообщества должен быть интересен тот факт, что крупнейшее со времени Второй мировой войны военное противостояние в Европе реально переходит в Африку, являющуюся одной из составных частей Глобального Юга. Так же стоит расценивать успешную операцию украинского ГУР в Судане.
Почему мы смотрим на происходящее именно в этом ключе? Несмотря на то, что основные фронты и боевые действия во Второй мировой войне находились в Европе, довольно интенсивные бои шли и на африканском континенте. Более того, страны Африки служили как источником людских ресурсов, то есть солдат, которые принимали участие в европейских сражениях, так и сырья, потому как из 56 стран — участниц антигитлеровской коалиции 33 являлись тогда колониями и полуколониями и их народы внесли большой вклад в разгром фашизма. К примеру, в своих владениях на африканском континенте Англия и Франция мобилизовали на военную службу примерно 3 млн человек. Особенно большое значение имела военная помощь африканских народов для Франции, так как в армии «сражающейся Франции» африканцев было больше, чем французов вплоть до освобождения Парижа. Один только алжирский народ на завершающем этапе войны дал армии де Голля около 300 тыс. солдат. В борьбе за освобождение Эфиопии пало более 400 тыс. ее жителей, из них 35 тыс. погибли в концлагерях. В Индонезии за время оккупации погибло около 4 млн человек. Плюс, конечно же, минеральные и другие сырьевые ресурсы. За 1940-1944 гг. только из маленькой колонии Сьерра-Леоне союзники вывезли свыше 3 млн тонн железной руды. Либерия и Цейлон оказались единственно доступными для США и Англии источниками получения натурального каучука.
Так, могло ли быть так, чтобы в нынешней Европейской войне богатейшая ресурсами Африка, обладающая большим человеческим ресурсом, большая часть населения которой проживает в нищете, осталась теперь в стороне? Нет, конечно. И когда Россия посредством прокси-сил выбила Францию из Нигера, лишив ее источника поставок урана, — это были первые видимые ласточки противостояния Россия – НАТО в Африке.
Да, понятие «Глобальный Юг» слишком емкое и включает такие страны, как Китай и Индия, которые уже выразили отношение к войне между Украиной и Россией своим нейтральным отношением во время голосования на Генассамблее ООН в 2022 году за резолюции, предусматривающие санкции против России. Более того, 136 стран Глобального Юга, хоть и занимали различную позицию, однако большинством осудили агрессию России против Украины. И не считаться с этой силой невозможно.
Собственно, происходящие после начала войны в Украине события в Африке уже свидетельствовали о том, какое внимание странам этого континента, как и всего Глобального Юга, уделяет та же Россия. Продажа пусть даже по санкционным ценам российской нефти Китаю и Индии, вернее согласие этих стран покупать ее — тоже пример из того же разряда. Здесь также можно вспомнить турне главы МИД России Лаврова по Африке, которое периодически в той или иной форме проводится чуть ли не ежегодно после начала войны или, наоборот, приезд в Россию в 2003 году глав семи африканских государств — Египта, Замбии, Коморских Островов, Сенегала, Республики Конго, Уганды и ЮАР, которые планируют совершить поездки в Украину и Россию и летом 2024 года. И, конечно, нельзя забывать интерес Китая к Африке, который собирается провести форум сотрудничества «Китай – Африка» осенью этого года.
Все это, несомненно, является свидетельством того, что по мере ужесточения противостояния между Западом в лице Украины и Россией африканские страны неминуемо будут все больше вовлекаться в этот конфликт. Пока еще мы видим стычки украинского ГУР с российскими наемниками в Судане, но, скорее всего, такого рода столкновений будет больше. Украина понимает, что борьбу за Глобальный Юг она России проиграла. Во всяком случае на нынешнем этапе противостояния. В то время, как Лавров ездил по Африке, президент Украины отдавал предпочтение странам Европы из-за поставок оружия. И отправка военных в Судан свидетельствует о попытке изменить положение и переориентировать страны Африки с России на Украину.
При всем этом есть и более конкретный, так сказать, частный подход к участию военных украинского ГУР в операции в Судане. Дело в том, что эта страна омывается водами Красного моря, того самого, где из-за хуситов заторможено судоходство и фактически блокирована транспортировка грузов из Китая и Индии в Европу. Таким образом, отправкой воинского подразделения в Судан и успех украинской военной миссии – это, в некотором роде, услуга, которую оказал президент Владимир Зеленский европейским государствам. Ведь присутствие военной базы любой страны в тех государствах Африки, которые омываются Красным морем, — стратегический успех и возможность влиять на ситуацию с морской торговлей. Это понимают все государства, способными создавать такие базы. И не зря, к примеру, 4 марта нынешнего года официальному представителю МИД Ирана Насеру Канани пришлось оправдываться и опровергать информацию о том, что Иран собирается создать военную базу в Судане. Откуда-то эта информация весь появилась, правда? И не зря в феврале этого года Турция подписала соглашение с правительством Сомали об охране территориальных вод этой африканской страны в течение 10 лет. А ведь территориальные воды Сомали – это Баб-эль-Мандебский пролив – то есть вход в то же Красное море. Конечно, Турция делает это не с целью влиять на торговлю Востока с Европой, а, наоборот, чтоб обезопасить этот путь от сомалийских пиратов. Но военное присутствие остается таковым, как бы мы это не назвали.
«А какова роль во всей возне вокруг Африки того самого ООН?» — спросите вы. Неужели международная организация, ответственная, что называется, за мир во всем мире, не может справиться с ситуацией на континенте? Не может. По Судану, к примеру, в конце февраля нынешнего года представитель генсека этой всемирной организации, Стефан Дюжаррик, сообщил, что миссия ООН по поддержке переходного периода в Судане завершила вывод своего контингента из страны, что следует расценивать следующим образом: Судан отдан на откуп заинтересованным лицам и будет решать свои проблемы, привлекая посторонние силы. Что касается других вооруженных конфликтов, которых, по словам верховного комиссара ООН по правам человека Фолькера Тюрка, в мире насчитывается 55 (Ближний Восток, страны африканского рога, Судан, страны Сахеля и т.д.), то в некоторых из них пока присутствуют голубые каски ООН, но из-за безынициативности организации эти страны тоже скоро превратятся в очаги противостояния сил, делящих сегодня между собой будущее планеты. Почему бы и нет, если не менее 80% жителей стран Африки, расположенных к югу от Сахары, не могут позволить себе полноценно питаться. Чем не готовые солдаты?
Подведем итоги. Как было сказано выше, не исключено, что в ближайшие годы мы станем свидетелями конкретных боестолкновений между непосредственно украинскими воинскими подразделениями в малом составе и российскими наемниками на территории африканских стран. Так же высока вероятность того, что эти столкновения будут происходить между прокси силами, создаваемыми Украиной и Россией на территории Африки, где прямого столкновения между украинцами и россиянами может и не быть. В любом случае это будет означать, что Африка уже на силовом уровне станет все больше вовлекаться в тот передел мира, который мы сегодня наблюдаем.
Рауф Насиров
