Дмитрий Медведев вновь затянул песнь о возможности присоединения Абхазии и Южной Осетии к России. И если осетины «почти согласны», абхазы категорически против: от Москвы они желают только денег и защиты от «грузинской агрессии», но не распространения «русского духа».
В конце августа частично признанные Абхазия и Южная Осетия праздновали 15-ю годовщину признания Россией своей так называемой независимости. Напомним, Москва признала суверенитет отколовшихся от Грузии территорий после августовской войны 2008 года. Вслед за ней «республики» в сентябре того же года признали Никарагуа, спустя год – Венесуэла; затем Науру и Сирия. Тувалу и Вануату пошли по тому же пути, но позже независимость Абхазии и ЮО отозвали. Ну и в составе «признавших» числятся Приднестровье и «Нагорно-Карабахская Республика» (последняя — 17 ноября 2006 г.). То есть она опередила и другие непризнанные образования. Всего в период с 2008 года оба самопровозглашенных государства признаны пятью странами-членами ООН и пятью непризнанными и частично признанными образованиями. Грузия считает свои территории оккупированными Россией: на них дислоцированы военные базы РФ. Аналогичного мнения придерживается и значительная часть мирового сообщества.
Словом, в самый разгар торжеств замглавы Совбеза РФ Дмитрий Медведев, который встретился в Москве с «президентами» Абхазии и Южной Осетии – Асланом Бжания и Аланом Гаглоевым соответственно и поздравил их с «малым юбилеем» независимости, испортил настроение «абхазским братьям», тиснув в российской прессе свои откровения о возможности присоединения Абхазии и Южной Осетии к России. А ведь Медведев числился президентом РФ в тот период, когда она признала «независимость» Абхазии и Южной Осетии. Так в чем дело?
Отвечаем со ссылкой на самого Медведева: эти две «республики» (кавычки автора), пишет он в «Аргументах и фактах», могут быть присоединены к России, если на это будут причины. «Нам (России), — заверяет он, — не нужно повторения истории 2008 года. Мы по-прежнему готовы решать проблемы за столом переговоров в духе Устава ООН. Но если у нашей обеспокоенности возникнут реальные очертания — медлить не станем. В Абхазии и Южной Осетии идея присоединения к России по-прежнему популярна. И вполне может быть реализована, если на то возникнут веские причины». Под причинами замглавы Совбеза подразумевает «накаливание» Западом ситуации в Грузии – он призвал его этого не делать, то есть не влиять на политику Грузии.
Что же до войны 2008-го года, экс-президент отметил, что Москва 15 лет назад действовала в соответствии с Уставом ООН, и «режим одиозного Саакашвили получил жесткий и быстрый отпор». По мнению Медведева, войны бы не было, если б не решение Саакашвили решить проблему с Южной Осетией военным путем.
Медведев отметил, что «большинству жителей Грузии гораздо комфортнее жить» в мире с Россией, поскольку она рядом, а США — «за океаном». Он также провел параллель между нынешней ситуацией в Украине и пятнадцатилетней давности в Грузии. И выразил уверенность в том, что украинского президента Владимира Зеленского ждет та же судьба, что и Саакашвили. Последний, напомним, арестован в Грузии и находится в больнице.
Далее: по Медведеву, Западу стоит усвоить, что в 2008 году Россия остановила наступление на Тбилиси, когда добилась устранения возникших угроз и гарантий безопасности. «Но сейчас обстановку активно нагнетают вновь — видимо, чтобы создать около наших границ очередной очаг напряженности в дополнение к украинскому флангу. Опять идут разговоры о возможном приеме Грузии в НАТО. Как по заказу, начались всплески русофобии в этой стране».
Но не будем о войне и НАТО, поговорим о возможности присоединения Абхазии и Южной Осетии к России и вокруг нее. В этом сюжете от Медведева интересны несколько видимых и невидимых проколов российского политика: 1. Несуществующая в Абхазии «популярность» ее присоединения к России. 2. Своим заявлением Медведев дал еще одну пищу грузинской оппозиции для обвинения властей в пророссийском курсе и подхлестнул антироссийские настроения в обществе. 3. Удобрил почву для свершения очередной революции в Абхазии. 4. Подогрел антироссийские настроения в «Стране души» — так называют абхазы свою «республику». 5. Вызвал ассоциацию с Никитой Хрущевым, который захотел — и «подарил Крым». Осталось постучать башмаком по столу в ООН. Ну и еще раз показать «кузькину мать» грузинам, Западу и абхазам – последним непременно, но доколе возможно – аккуратно. Поскольку Абхазия хоть и «черная дыра», как и любая другая непризнанная или мизерно признанная территория, а все ж двигаться в ней надо как в тесной посудной лавке – не разбить бы вдребезги хрупкий товар.
В общем, речь сейчас о том, что Медведев сильно испортил праздничное настроение абхазам и в гораздо меньшей степени – южным осетинам (о не праздничном в Грузии – разговор отдельный). Потому как, в отличие от Южной Осетии, Абхазия очень дорожит своим «суверенитетом», которого в реальности нет, и не хочет делить его ни с Россией, ни с Грузией. И любые разговоры на этот счет пресекает. Как, например, в прошлом году это было с непонятной инициативой «президента» Бжания присоединения Апсны к Союзу России и Беларуси. «Пробный шар» вызвал тогда в Абхазии настоящий взрыв, о чем еще будет сказано.
В Апсны возможность присоединения к РФ прокомментировали довольно жестко: МИД частично признанной «республики» заявил, что «тысячелетняя государственность» Абхазии не является предметом для дискуссии, а отношения с Россией регулируются обширной договорно-правовой базой. «Безальтернативный путь развития в качестве суверенного независимого правового государства избран народом и охраняется Основным законом — Конституцией Республики Абхазия», — цитирует ведомство Sputnik.
А ТАСС распространил заявление секретаря т.н. «Совета безопасности» Абхазии Сергея Шамба, сообщившего, что Сухуми выступает за близкие и союзнические отношения с Россией, но в то же время в «республике» нет никаких политических сил, желающих ее вхождения в состав РФ. Что же касается Южной Осетии, Шамба напомнил, что в ней референдумы по вхождению в РФ проходили неоднократно – путем объединения с Северной Осетией, и путь этот «естественный», потому как речь идет об одном разделенном народе. Так что это «… вполне соответствует тому, что сказал Дмитрий Анатольевич. Я надеюсь, что возникнут в свое время соответствующие обстоятельства, и Южная Осетия объединится с Северной». У Абхазии же «свой путь, отличный от этого. У нас не было таких обращений (о вхождении в состав РФ)».
И если политики сохраняют дипломатический тон и сдержанность, население «суверенной» мандариновой республики совершенно иначе выпускает пар. Более всего оно опасается «русификации Абхазии» и того, что под «соусом» защиты от Грузии, которая не устает повторять, что не намерена возвращать Абхазию силой, попробует затащить Апсны в состав РФ. «Мы проливали кровь не для того, чтобы стать россиянами», — говорят абхазы, едва ли не поголовно имеющие, помимо «абхазского паспорта», и гражданство РФ. «За свободу», говорят абхазы, они будут «бороться до последней капли крови».
Люди требуют от «президента» твердого «нет» инициативе Медведева, но «президент» молчит: он не смеет. «Президент» только дает понять, что Грузия может открыть второй фронт против России посредством Абхазии и Южной Осетии. «Там (в Грузии) все не так просто. В апреле этого года … там была попытка государственного переворота. Но власти грузинские устояли. Смогут дальше или нет, я не могу с уверенностью по этому поводу сделать какие-либо выводы», — говорит Бжания. И резюмирует: «Надо быть готовыми к любому развороту событий». Содержится ли в этом намек, что единственное спасение Абхазии – во вхождении в состав России?
Тем временем абхазская оппозиция настаивает на том, что Бжания – это «человек, который четвертый год продвигает только интересы иностранных (читай – российских) олигархов, готов делиться суверенитетом, вести многоуровневые переговоры с Грузией, не способен достойно представлять и защищать народ Абхазии». Интересно, каким образом, когда непризнанная республика с одобрямс тех же абхазов стала буферной зоной между Россией и Грузией на случай, если в последней появятся войска НАТО.
Бедные грузинские власти! Подбить на открытие «второго фронта» против России не удалось ни изнутри, ни извне, как ни старались это сделать разные силы. И сколько плевков они получили за то, что не поддались на провокации, стараясь удержать мир в стране, в регионе, спасти собственное население от украинизации Грузии, прошедшей уже через не одну войну. В ответ власти получают от оппозиции и «зарубежных партнеров» открытым текстом обвинения в «пособничестве Кремлю», «проведении в Грузии политики Путина, сворачивании с пути евроатлантической и европейской интеграции».
На откровения Медведева МИД Грузии заявил о продолжении политики России по оккупации грузинских территорий, очередной попытке посягательства на суверенитет и территориальную целостность страны. Тбилиси призвал Москву к уважению основополагающих принципов и норм международного права и выполнению соглашения о прекращении огня от 12 августа 2008 года.
Грузинское внешнеполитическое ведомство также подчеркивает приверженность Тбилиси политике мирного разрешения конфликта с отколовшимися территориями, примирения и бесконфликтного сосуществования людей, разобщенных в результате войны.
А пока в Тбилиси говорят о мирном объединении страны, Москва устами председателя Совета Федерации РФ по международным делам Григория Карасина заявляет об усилиях России по расширению признания Абхазии и Южной Осетии другими странами, в том числе, Китаем и Индией. Карасин, однако, высоко замахнулся – Пекин и Нью-Дели вряд ли похвалят его за отсебятину.
«Вопрос этот непростой, потому что Запад давит в обратном направлении. Однако я абсолютно убежден, что рано или поздно это признание придет», — сказал Карасин в интервью «Sputnik Южная Осетия». И заверил: работа в продвижении международного признания Южной Осетии и Абхазии будет продолжена.
В общем, Медведев говорит одно, Карасин – другое, что, собственно, не новость. Но абхазов, конечно, устроит вариант Карасина – «расширение международного признания». И никакого вхождения в состав России, несмотря на то, что она ее кормит, поит, «защищает». Впрочем, «расширение признания» еще не означает отказ от идеи пристегнуть к РФ «независимые республики».
Тут стоит вспомнить прошлогодний прокол Бжания, заявившего (видимо, для задабривания Москвы после серии ее скандалов с Сухуми), что «Страна души» готова присоединиться к Союзному государству России и Беларуси. Абхазы взвились: «нашим мнением никто не поинтересовался; вопрос этот даже не поднимался в парламенте; мы намерены развивать собственное независимое государство», и т.д. Последняя идея столь же бредовая, как и присоединение Апсны и ЮО к Союзу России и Беларуси – ведь последняя не признала суверенитет отколовшихся от Грузии территорий, хотя президент РБ Александр Лукашенко периодически сомневался в правильности своего решения, не вызвавшего одобрения Москвы.
Но тогда он опасался, что Евросоюз, в случае признания Минском Сухуми, «перекроет кислород» Беларуси. А отношения с Грузией будут безнадежно испорчены. Сейчас же ЕС и так «чморит» вотчину Лукашенко, поэтому очень сложно сказать, какие результаты, в контексте расширения признания Абхазии и ЮО на фоне украинских событий, еще могут появиться.
Для Москвы союзное государство с Абхазией либо вхождение последней в состав РФ решило бы актуальную для россиян проблему — получения ими права собственности на недвижимое имущество в «Стране души», этой жемчужине Черного моря (ЮО не рассматривается), где, напомним, дислоцированы военные базы РФ. Москва лоббирует положительное решение этого вопроса годами, но абхазы против отчуждения недвижимости россиянам. И на этой почве часты скандалы – например, абхазы легли костьми, чтобы государственная дача «Пицунда» (еще советского происхождения) не уплыла с концами россиянам, раскатавшим губу на дачу со всей ее инфраструктурой (плюс 180 га заповедника на берегу Черного моря и 115 га «морского пространства») — в знак протеста люди вышли на улицы.
Президент Бжания стал пугать население за его излишнюю принципиальность «российскими карами», что в ходу у него и определенной части политиков и сейчас: абхазам вдалбливают, что без России им не прожить, что она может осерчать и люди останутся без пенсий и зарплат; экономика (ее следует взять в кавычки) – без инвестиций, которые, заметим, носят со стороны России исключительно государственный характер, поскольку предприниматели не рискуют вкладываться в частично признанное (реально же – не признанное образование), в котором законы не работают вообще, инвестиции не защищены, права собственности отсутствуют, уровень преступности зашкаливает. В общем, полная незащищенность, плюс, мягко говоря, неоднозначное отношение к россиянам.
И еще в пользу нежелательности для Абхазии присоединения к России: последняя и без него требует унификации своего законодательства с абхазским, что для «вольных горцев» неприемлемо. И ситуация часто раскручивается, на этой почве, в сторону уже привычной – революционной: «Защитим родину от чиновников, проводящих российскую политику».
В общем, становиться частью «российского мира» (как и грузинского) Абхазия не хочет, но быть на содержании у Москвы – не просто желает, но и требует все больше денег: ведь она дислоцировала в Абхазии свои военные базы, так что пусть платит за это удовольствие, однако без претензий на русификацию и ущемление «независимости» этой «душевной страны».
Но вместе с тем абхазы лукавят: ухода российских военных из «республики» они опасаются из-за «грузинской агрессии», то есть возвращения Абхазии в состав Грузии военным путем. А он, заметим, невозможен ни для Сухуми, ни для Тбилиси в самостоятельном режиме, то есть без помощи извне. Так что абхазы боятся как Россию, так и Грузию, и неизвестно – кого больше. О «любви – ненависти» умолчим.
Что же до Медведева, он оказал властям Грузии поистине «медвежью услугу», поскольку его заявление послужило очередным поводом для нападок. Обвинения типа «правящая партия «Грузинская мечта» укрепляет Москву в убежденности, что та может воздействовать на Грузию; отклонение от европейского курса дает карты в руки России для превращения страны в ее губернию» и прочее в том же духе с единственной целью – свержения действующей власти, — совершенно несправедливы. И вредны для грузино-российских отношений (между странами даже нет дипотношений, но мир, так или иначе, сохранен).
Так к чему эти угрозы, озвученные высокопоставленным чином российского Совбеза? Предупреждение, что если Грузия «дернется не в ту сторону» — ей крышка по украинскому сценарию? И намек на то, что значение Абхазии для России может возрасти в зависимости от исхода войны в Украине? И что так напрягло Медведева – отдаленная, и только на словах, перспектива интеграции Грузии в европейские и евроатлантические структуры?
В общем, господин Медведев игнорирует мнение как абхазов, так и грузин: первым для присоединения к России необходимо провести референдум, который провалится, и во все еще не восстановленной Апсны, лежащей, по большей части, в руинах, камня на камне не останется. О Южной Осетии говорить излишне: эта полностью депрессивная территория, не годная даже для туристов низкого пошиба, поступит, в итоге, так, как велит Москва, хотя настроения осетин тоже неоднозначны.
Словом, с Цхинвали «русские справятся». А с Сухуми будут большие проблемы – Медведев, видимо, полностью оторван от реальности. В том числе и потому, что любые заявления, несовместимые с приоритетом территориальной целостности Грузии, категорически неприемлемы и нелегитимны – в том числе, на международном уровне. Правда, «уровень» этот не шевельнул и пальцем, когда Абхазия и Южная Осетия отчалили от метрополии (то же было и в случае с Карабахом, который Азербайджан, в итоге, сумел вернуть не благодаря «цивилизованному миру», а себе самому, Турции и отчасти России, имеющей эгоистичный политический интерес в этом деле).
Как видим, покоя на Южном Кавказе нет, и вряд ли он наступит в отдаленной перспективе. Карабах, Абхазия, Южная Осетия (кто следующий?), интересы России, НАТО, коллективного Запада в целом и иных сил, борющихся за геополитическое влияние преимущественно нелегитимными средствами в стратегически важном регионе еще долго останутся в силе. И единственное, что поможет выжить государствам Южного Кавказа в имеющихся условиях – сплоченность, дипломатическая изворотливость и дальновидность. И непременно – чувство собственного достоинства, способность отвечать на вызовы не склоненной головой, а силой политической логики и единства. Иначе распил региона, при помощи изнутри, будет продолжаться.
Терпение, как считается, мать учения. А в контексте Южного Кавказа – сохранения территорий, в хорошем варианте – их реинтеграции и относительного мира.
Ирина Джорбенадзе, автор Minval.az
