Этим вопросом философы задаются издревле, и однозначного ответа на него нет. Но век глобализации, стремительной смены политических и экономических формаций, борьбы разных сил за мировое господство, повлекшие за собой территориальные, межэтнические и ментальные столкновения, говорят, в итоге, об исключительной роли личности в изменении, как минимум, развития и стабилизации целого региона: речь о Южном Кавказе.
Азербайджан отмечает вторую годовщину Победы в 44-дневной второй Карабахской войне, положившей конец тридцатилетней оккупации Арменией территорий АР. Решить вопрос исключительно мирным путем не удалось, хотя место имело множество попыток избежать человеческих жертв. Однако априори было ясно – необходимость применения силы нарастает с каждым днем ввиду недоговороспособности армянской стороны не без торможения развития мирного процесса различными центрами силы, лоббирующими исключительно армянские интересы и фактически игнорирующими право Азербайджана на восстановление своей территориальной целостности. Собственно, «почему-то» в их планы установление мира на Южном Кавказе, упрочение азербайджанской государственности не входило.
О хронике войны со всеми ее ужасами, армяно-азербайджанских отношениях, карабахской проблематике сказано и написано много, и эта тема вряд ли скоро будет закрыта – боли и слез много с обеих сторон. А предстоящее (хорошо бы не запоздалое) подписание мирного договора между противными сторонами еще не будет означать полного затишья и окончательного добрососедства армян и азербайджанцев – как по субъективным, так и по объективным причинам, включая и то обстоятельство, что далеко не все государства и центры силы того или иного масштаба готовы поддержать Азербайджан в его победе. Но это — тема отдельного и довольно углубленного рассуждения. Автор этих строк, далекий от практики написания панегириков на кого бы то ни было, од величия и прочего в том же жанре, попытался объективно оценить ситуацию с победой Азербайджана, и в этой связи – вольно или невольно – возникла старая, как мир, мысль: о роли личности в истории. Поскольку победу Азербайджана в карабахской войне все же обусловила личность его президента и главнокомандующего Ильхама Алиева. Естественно, не мановением волшебной палочки в его руках, а долгой и упорной работой самого президента, руководства страны и всего азербайджанского народа на эту победу.
Досталась она очень тяжело, но могло быть гораздо тяжелее, если бы страна не была к ней подготовлена; если бы авторитет Алиева был пустым звуком в международной политике – после войны он стал еще весомее. Если б у Азербайджана не было прагматичных партнеров и верных союзников. И таких «если бы» — достаточно много. В реальности же место имело главное — сбалансированная политика Алиева на внешнем и внутреннем военно-политическом и экономическом треке, фактически положившая начало фундаментальным изменениям в развитии и стабилизации Южного Кавказа, многие беды которого порождены его спонтанностью и непредсказуемостью, в которые вносят свой «посильный» вклад как некоторые внерегиональные, так и региональные игроки.
Но Алиев пока ухитряется гасить их деструктивное вмешательство в региональные проблемы, создавая на Южном Кавказе новую реальность, открывая перспективы сотрудничества и дополнительные возможности не только для трех республик ЮК, но и евразийского пространства.
Опять же – волшебная палочка здесь ни при чем. Процесс возвращения территорий не мог начаться без развития экономики, модернизации вооруженных сил, военно-промышленного комплекса, закупок современного вооружения, что, разумеется, требовало не только слаженной работы различных ветвей власти, хозяйственных субъектов и всего азербайджанского общества, но и солидных денежных вложений. И все это, включая стратегию и тактику собственно военных действий и дипломатической науки, Алиеву удалось в краткие, в историческом срезе, сроки, причем, в крайне сложных геополитических условиях.
Словом, обещание, данное Алиевым во время его прихода к власти, он выполнил. Заметим, что речь идет не о победе большого государства, ядерной или остро-экстремистской державы, а об относительно скромной, в планетарном масштабе, стране, да еще находящейся в окружении и под давлением мировых гегемонов или претендентов на это «почетное звание». Поэтому победа Азербайджана – это не заключительный аккорд в летописи какой-то там войнушки малочисленных народов на задворках Большого Кавказа, а большая историческая победа, значение которой еще полностью не осознано и не оценено. Равно как и то, что Алиев – желает кто-то того или нет – стал важным актором мировой политики.
Сейчас многие говорят о том, что победе Азербайджана во многом содействовали Россия и Турция – действительно, каждая из них, на собственный лад, внесла в нее свой вклад. Но главная роль в освобождении азербайджанских земель принадлежит Алиеву и азербайджанскому народу. А роль, скажем, Путина или Эрдогана опять-таки проистекает из личности президента Азербайджана, его воли во всех возможных выражениях, обусловившей победу.
Его часто называют «авторитарным» политиком, Запад ругает «режим Алиева» за отсутствие демократии, однако справедливее было бы ругать кое-какие страны за отсутствие режима вообще, за хаос, разгильдяйство, безответственность властей, экономические, внутри- и внешнеполитические провалы, иждивенческие настроения, двойные стандарты, теории заговоров, комплекс величия, и т.д.
Да, Алиев выиграл, а победителей не судят, но, как правило, не любят и боятся. И теперь для него и его страны начинается новый этап – безостановочных побед для закрепления условно первой победы, то есть во второй Карабахской войне. Эти победы могут быть большими и малыми, энергетическими и технологическими, социальными или сельскохозяйственными, дипломатическими или культурными – но непременно победами.
Азербайджану еще предстоит заключение мирного договора с Арменией, возрождение Карабаха, забота о семьях погибших, и т.д. Движение в соответствующих направлениях началось сразу же после победы. Но государству-триумфатору к лицу и даже необходимо решить еще одну насущную проблему – великодушия в отношении того, над кем одержана победа. Речь идет не о конкретной личности, а о мирном, цивилизованном и справедливом сосуществовании с армянами. Многие из них стали заложниками и жертвами политиков и политики, крушения формаций, идеологии дружбы и братства, зачастую навязанных «новых стандартов», не дающих возможности (или воли) к проявлениям чести и достоинства. Собственно, как и на определенных этапах в Азербайджане — тоже. Как известно, такое положение – предвестник, а затем спутник и фон всех войн, больших и малых. И государства постсоветского пространства особенно пострадали на этой ниве, поскольку мины замедленного действия были заложены в них сразу же с начала формирования СССР, то есть новой эпохи.
Эпоха эта была бы предана забвению, если б не упомянутые выше мины, взрывающиеся по сей день. Тем не менее, если рассматривать историю как изменение человечества во времени (нет изменений – нет истории), то в случае с армяно-азербайджанским противостоянием история есть, причем, с явно выраженной ролью в ней не собирательного образа, а конкретной личности – Ильхама Алиева, носителя генетического кода Гейдара Алиева, признанного, без преувеличения, Человеком-эпохой. Столь мощная генетика теоретически обязывает ее продолжателя к огромной ответственности, но на практике обычно все происходит с точностью до наоборот. Однако в данном случае традиция личной исключительности была продолжена. И, в итоге, личность повлияла на ход истории в крайне тяжелых условиях глобализации, милитаризации, экстремизма, завышенных претензий формирование нового миропорядка.
P.S. Автор не настаивает на бесспорности своих размышлений, но не отказывается от убежденности в том, что как бы громко это ни звучало, личность Ильхама Алиева повлияла на ход истории не только в масштабе Южного Кавказа, но в значительной степени — и Евразии. Большое, как известно, видится на расстоянии, и роль Алиева в летописи Евразии еще будет изучаться историками. Но каждый – и это неизбежно – станет будет оценивать ее со своей колокольни.
Ирина Джорбенадзе, специально для Minval.az
