Не добившись ничего путного от Путина в «жемчужине» Черного моря, армянский премьер сходу кинулся за поддержкой в Иран. Но, несмотря на не лучшие отношения с Азербайджаном, из ИРИ он улетел не солоно хлебавши.
Армянская «дипломатия» в очередной раз потерпела крах – на сей раз в Тегеране, куда премьер-министр РА Никол Пашинян вылетел из Сочи сразу после трехсторонних переговоров с президентами России и Азербайджана по армяно-азербайджанскому урегулированию. Встреча трио, как известно, окончилась ничем, что, признал и Владимир Путин, заявивший: «… откровенно — не все удалось согласовать». В Ереване тоже признали, что в тексте итогового заявления лидеров трех стран Карабах вообще не упоминался, равно как и базовые принципы и параметры установления межгосударственных отношений между соседними странами, то есть Арменией и Азербайджаном.
И, вероятно, очень скоро этого не случится по сумме причин – хотя бы потому, что площадки урегулирования армяно-азербайджанского конфликта «размножились», вошли в противоречие, и их шефы – в виде конкретных стран и блоков, тянут чужое «одеяло» на себя.
По официальной информации, Пашинян обсудил с президентом Ирана Эбрахимом Раиси ситуацию в регионе и ход переговорного процесса между Арменией и Азербайджаном. И хоть с последним у Тегерана отношения далеко не благостные (о чем еще будет сказано ниже), а с Ереваном, как принято считать – отличные, армянскому премьеру, так сказать, «по умолчанию», вряд ли был оказан теплый прием с пониманием и полным разделением проблем его страны. По одной простой причине, вполне достаточной для недоверия Тегерана армянской власти: она постоянно смотрит в глаза Западу и лоббирует его военно-политическое присутствие на Южном Кавказе, что совершенно неприемлемо для Ирана. Последний последовательно придерживается мнения, в соответствии с которым в проблемы региона в его широком и узком понимании (Южный Кавказ граничит с ИРИ) внерегиональные силы вмешиваться не должны.
Этот постулат в очередной раз был доведен Раиси до Пашиняна. «Иностранное вмешательство, — подчеркнул президент Ирана, — только усугубит проблемы Южного Кавказа». Армянский лидер кивал – дескать, да, конечно, но Раиси-то не лыком шит. Как объяснит ему Пашинян нахождение на армянской стороне границы с Азербайджаном миссии наблюдателей Евросоюза, медиаторство в переговорном процессе главы Евросовета Шарля Мишеля, горячую «любовь» США, Франции и иже с ними к Армении, готовыми (во всяком случае, на вербальном уровне) подкидывать деньги Еревану и наставлять его по поводу и без оного?
Пожалуй, внешней реакции у Ирана нет только на дислокацию в Армении российской военной базы: возможно, потому, что Россия воспринимается как региональная держава и, кроме того, ссориться с ней Тегерану не с руки: как с торгово-экономической, так и с военно-политической точек зрения.
Так что Ирану теперь, несмотря на напряженность с Азербайджаном, предстоит хорошо пораскинуть мозгами на тему «за» и «против» открытия Зангезурского коридора, повышенного внимания к Армении и ее нуждам. А также и о том, не лучше ли занять полный, а не показной нейтралитет в отношениях между Баку и Ереваном: Азербайджан ему может сгодиться, в итоге, больше, чем Армения, имеющая множество «господ» — будь то брюссельских, американских или иных.
И тут уже совершенно ни к чему было проведение Ираном масштабных военных учений на границе с Азербайджаном, на который последний не преминул ответить практически сразу же: на территориях у южных границ республики начались маневры воинских частей Сил специального назначения.
Все это напрягает и без того нелегкую обстановку и не дает Ирану абсолютно никаких гарантий безопасности, если таковые ему со стороны Баку вообще надо давать.
Но вернемся к собственно визиту Пашиняна в Иран. Пожалуй, его единственным позитивным, хотя и не «прорывным» результатом для сторон стало подписание меморандума о продлении соглашения по электроэнергии и газу. Речь идет о бартерной сделке, оформленной в 2004 году сроком на 20 лет. В соответствии с ней, экспортируемый из Ирана газ будет возвращен ему Арменией и виде поставок адекватного объема электроэнергии: за 1 куб.м газа – 3 кВт/ч электроэнергии. По данным иранских источников, экспорт газа в Армению будет пролонгирован до 2030 года, а объем — удвоен: сейчас он составляет 1 млн кубометров в день.
Вот, собственно, это все, что словил Пашинян в Иране, хотя любой визит имеет еще и, так сказать, закулисную компоненту – как правило, хитроумную или якобы такую. Логично предположить, что Тегеран пытался (возможно, в последний раз) получить от Армении гарантии того, что она не введёт на свою территорию, а, значит, в регион неприемлемые для Ирана силы. Последний, как известно, переживает сейчас тяжелейшие времена на внутреннем и внешнем треке. Однако Пашинян, по определению, никаких гарантий, как показала история его пребывания у власти, давать не может. Точнее, он их озвучивает и даже подписывает, но не выполняет.
В данном же случае все, вероятно, более прозрачно: Пашинян настолько озабочен продлением срока руления страной, что готов подписать любое соглашение, лишь бы общественное мнение в самой РА, реакции Баку, Москвы, иных игроков не выбили его из кресла премьера. Задача априори провальная. А «любое» невыгодно Ирану: оно не должно угодить Западу, усилить его военно-политическое присутствие на Южном Кавказе, за которым наверняка последуют попытки смены правительств, разжигания военных действий и прочая дестабилизация. Ее и в Иране-то сейчас предостаточно.
Случись весь этот хаос, он будет «оправдан» острой геополитической необходимостью. Реально же неотложной необходимостью является окончательное установление мира между Арменией и Азербайджаном, а с ним – и Турцией, прагматичных отношений между Ираном и Азербайджаном, которые никак не войдут в русло, свободное от конфронтации.
То Тегеран подозревает Баку чуть ли не в предоставлении азербайджанской территории Израилю для нападения на Иран. То вдруг оказывается, что иранские спецслужбы вербуют граждан АР с целью их использования против интересов государственной безопасности Азербайджана, причем, в самых разных выражениях: от отправки наемников в третьи страны и участия в незаконных вооруженных формированиях до пропаганды радикальных, религиозно-экстремистских идей, направленных против современного развития светского государства.
Пирожки с макаронами – блюдо несъедобное. Но с голодухи сойдет и оно. Вопрос: с какими последствиями для пищеварения? Так вот: в международных отношениях, обремененных конфронтацией, будь то Армения – Азербайджан, Азербайджан – Иран, либо Иран – Израиль и весь остальной мир, доводить дело до вынужденного поглощения пирожков с макаронами крайне нежелательно. Отсюда вывод: мотаться из Сочи в Иран, из Еревана в Брюссель, Москву, Вашингтон и далее – по накатанному списку, есть не что иное, как накручивание километров в воздухе с нулевым или отрицательным результатом. Во всяком случае, в контексте армяно-азербайджанских и вытекающих из них, отношений. Изготовить блюдо, которым, по крайней мере, не подавишься, все же, желательно согласованно и в четыре руки, то есть двумя персонами – в данном случае, главами Армении и Азербайджана, а не коллективом шеф-поваров с их национальными приправами. Даже если кто-то из двоих слегка пересолит или переперчит.
Ирина Джорбенадзе, специально для Minval.az
