Политическая ситуация, сложившееся в Иране, может многим показаться закатом иранской шиитской теократии. Однако, если проанализировать ситуацию, то все не так, как кажется.
«Начнем с того, что основные митинги проводятся в курдских районах Ирана, поскольку девушка Мехса Амини, ставшая жертвой побоев из-за неправильного ношения чадры (хиджаба) была из курдской провинции. И даже сам Барзани позвонил семье погибшей и выразил соболезнование, что еще больше обостряет ситуацию в регионе», — сказал Minval.az эксперт по Ирану Кенан Ровшаноглу.
По его словам, сейчас наблюдаются митинги, ситуация из бытовой превратилась в политическую, и мы видим, что люди протестуют против религиозного и политического правительства.
«Еще больше обострило положение выступление сына шаха из США, а также захват хакерами властных сайтов и размещение там антиправительственных лозунгов. Последних теперь больше, чем протестов против убийц девушки. На сегодня погибло 10 человек и конфликт еще больше углубился. Проблему нельзя считать маленькой», — добавил он.
Однако эксперт не связывает последние события напрямую с курдской девушкой, по его словам, реальные причины имеют глубинный характер и в большей степени связаны с социально-экономическим положением в стране.
«Дело в том, что иранское общество и без того в последнее время было недовольно правительством. Особенно, из-за ситуации с инфляцией в стране, проблемами с питьевой водой, а также из-за ряда других экономических проблем. В самом начале этих протестов ряд оппозиционных сайтов реформаторов также поддержал митинги против правительства. Но сейчас масштабы возросли, сторонники шаха, левые движения очень активны и подстрекают народ на революцию», — подчеркнул он.
Эксперт добавил, что подобные события в Иране в год раз-два происходят, и это уже норма.
«Нужно напомнить, что Иран под санкциями, и экономическая ситуация не очень утешительная, поэтому подобные митинги происходят часто. Добавлю также, что ряд внешних сил заинтересован в этой дестабилизации, и иранские силовые органы прекрасно осведомлены об этом. Отдельно обратим внимание, что это стихийные акции, они не организованы с единого центра, и не имеют четкой линии и цели свержения власти. Мы не видим также единую политическую силу, которая требует отставки властей. В основе всех этих проблем стоит социально-экономическое положение Ирана», — подчеркивает аналитик.
Говоря о том, насколько вероятно свержение иранской власти, эксперт сказал, что госаппарат Ирана достаточно силен, чтобы выстоять.
«Они еще даже не использовали часть своего потенциала. В последние годы позиции КСИР усилились в госаппарате и в случае необходимости они могут подключить армию для подавления митингов. Поэтому я не вижу никакой опасности для режима. Ожидать свержения религиозной власти и тем более КСИР не стоит», — сказал он.
Говоря об отношениях Баку и Тегерана, а именно об определенных разногласиях в вопросе Зангезурского коридора, эксперт отметил, что, в Тегеране уверены, что открытие Зангезурского коридора и с экономической, и с политической точек зрения представляет опасность для интересов Ирана в регионе Южного Кавказа.
«В Иране считают, что этот коридор навредит его интересам, и нацелен на обход его экономических проектов. Экономическая составляющая вопроса в том, что из Турции в Центральную Азию открывается новый транспортный коридор в обход Ирана. Он теряет свой статус главной артерии — «Шелкового пути», поскольку иранской дороге будет альтернатива», — подчеркнул эксперт.
С политической точки зрения Иран ослабляется в регионе Южного Кавказа, и свои позиции уступает Турции, добавил эксперт.
«Причем в Иране не против влияния России в регионе, поскольку они уступили свои позиции в войне 200 лет тому назад, но они против увеличения роли Турции и его союзников в этом регионе», — сказал он.
Аналитик не считает, что между Азербайджаном и Ираном возможен конфликт.
«По крайней мере сейчас. Поскольку лимит взаимопонимания между странами не исчерпан, я считаю, что страны смогут договориться», — резюмировал он.
Ниджат Гаджиев
