Напряженная ситуация в зоне ответственности российских миротворцев в Карабахе, кажется, дошла до некой критической точки. Когда нежелание росмиротворцев выполнять свои прямые функции в течение многих месяцев заставило Азербайджан отреагировать в более жесткой форме. В чем суть «игры» росмиротворцев в Карабахе? Не хотят ли они случаем спровоцировать азербайджанских военных на негативные действия, запустив новый виток обострения в регионе или имеются какие-то другие, более сложнозапутанные схемы у Москвы?
На эти вопросы Minval.az ответил депутат Милли Миджлиса, азербайджанский политолог Расим Мусабеков.
— Возможно избитый, но важный вопрос, ответ на который хотелось бы услышать именно от вас: С какими планами российский миротворческий контингент пришел в зону Карабаха чуть более года назад?
— Обострение в Карабахе проистекает из множества причин, одни из которых имеют локальный, а другие — региональный и даже глобальный характер. Очевидно, что планы Москвы в отношении Карабаха после ввода сюда ее военного контингента для миротворческой миссии носили долговременных характер, выходящий за пределы пяти лет, предусмотренных трехсторонним Заявлением от 10 ноября 2020 года. Российские СМИ и аналитики описывали это как несомненный успех Москвы и уверенно прогнозировали дальнейшее развертывание РМК в полноценную, долговременную военную базу. Определенные действия подтверждали эти намерения. Состав РМК и приданных вспомогательных подразделений значительно превысил оговоренную в ТСЗ численность в 1960 человек. Помимо сборных сооружений для постов, казарм РМК в поселке Ходжалы и на территории одноименного аэропорта ускоренно возводились стационарные объекты. Командование РМК вопреки пункту 4 трехстороннего Заявления не спешило обеспечивать вывод остатков военных подразделений Армении и разоружать так называемых «местных ополченцев».
— Чем продиктовано нежелание разоружать эти незаконные формирования?
— Причина очевидна. Во-первых, это была позиция для торга с Баку с тем, чтобы вырвать согласие, если не на бессрочное, то, как минимум на 5-10-летнее продление пребывания российских военных. Во-вторых, российское военное командование рассматривало армянские силы как собственных «прокси» на случай возможных осложнений в регионе дислокации. В сущности РМК стали вести себя не как нейтральная миротворческая миссия, а как протекторы (то есть покровители, защитники) карабахских армян и союзник Еревана. Понятно, что это не могло не вызвать трений и споров с Баку и дислоцированных по периметру территории, на которой развернут РМК, азербайджанских вооруженных сил и администрации.
— В чем суть последних инцидентов?
— Два инцидента последнего времени накалили ситуацию и привели к обмену жесткими заявлениями МО и МИД РФ и Азербайджана. Российские военные, со ссылкой на негативную реакцию местных армян и вопреки принятым обязательствам, отказались конвоировать азербайджанскую колонну для прохода через Агдаринский (бывший Мардакертский) район в направлении Кельбаджара.
Как следствие Баку принял решение прокладывать новую дорогу по северному берегу Сарсангского водохранилища, что в свою очередь вызвало нервную реакцию у армян. Далее прямой конфликт случился в районе деревни Фаррух и одноименной горы, на которой армянские незаконные формирования стали строить укрепления. Все предупреждения о недопустимости этих действий, которые передавались как посредством РМК, так и через громкоговорители, были проигнорированы. Более того, из недостроенных укреплений производились выстрелы по азербайджанским позициям. С учетом того, что гора Фаррух позиционно доминирует над городом Агдам, который восстанавливается и куда вскоре должны вернуться мирные жители, было принято и реализовано решение по заблаговременной нейтрализации этой угрозы. Какие бы «грозные» заявления ни делали зарубежные армянские лоббисты, Азербайджан вправе на своей территории обеспечивать безопасность и не потерпит своеволие незаконных армянских военных формирований.
— Звучат мнения, что жесткая и справедливая позиция Баку способна вызвать агрессию Кремля как в форме некого «гибридного» противостояния, так и в форме прямой военной угрозы. Такое возможно?
— Если у кого-то в Москве в этой связи возникнут идеи о «наказании» Азербайджана и желании нагнетать конфликтную ситуацию, чтобы использовать как повод для нанесения удара по нашей стратегической трубопроводной инфраструктуре, то это плохая идея. Известно, что по надуманному предлогу — якобы аварии на выносных пунктах отгрузки остановлен экспорт казахской нефти из Новороссийска. Если некоторые «горячие» головы полагают, что создав трудности для экспорта азербайджанской нефти и газа, можно заставить западные страны отказаться или смягчить эмбарго на покупку российских энергоресурсов, то они сильно ошибаются. Полагаю, что Баку, Тбилиси и Анкара заблаговременно предпримут меры по усилению безопасности трубопроводной инфраструктуры. В условиях конфронтации с НАТО из-за вторжения в Украину трезвомыслящим российским политикам и военным полезно напомнить мудрое изречение Талейрана о том, что «хорошая дипломатия не должна умножать число врагов». Ведь в случае угрожающих действий Москвы ни Азербайджан, ни Турция не останутся нейтральными.
— Как вы оцениваете заявление Республиканского Совета Русской Общины Азербайджана о поддержке действий России в Украине и высказанной позиции на этот счет Михаила Забелина?
— Что касается заявления Русской общины Азербайджана, в котором выражается поддержка вторжения российских войск в Украину и комментария, который в этой связи дал для вашего издания депутат Михаил Забелин, то не в моих правилах давать оценку словам моих коллег. Мы знакомы с Михаилом более полувека, и я знаю его как трезвомыслящего, осмотрительного политика. По всей вероятности, здесь не обошлось без воздействия официальных российских структур (Росотрудничество и Посольство). В противном случае ни он, ни община не стали бы так торопливо высказывать мнения по вопросу, который неоднозначно воспринимается как в Азербайджане, так и в самой России. Напомню, что только Сирия, Эритрея, Северная Корея и Беларусь поддержали Россию, а подавляющее большинство государств осудили ее на специальной сессии Генассамблеи ООН.
Беседовал В. Мансуров
