В манхэттенском федеральном суде состоялось трехчасовое заседание, на которое пришли десятки женщин, называющих себя жертвами мультимиллионера Джеффри Эпштейна, покончившего с собой 10 августа в тюрьме.
Тюрьма, в которой 66-летний финансист содержался после того, как его арестовали 6 июля в собственном «Боинге-727», прозванном «Лолита-экспресс», стоит на противоположной стороне режимной Перл-стрит, в двух шагах от штаб-квартиры ФБР.
Прокуратура Южного округа Нью-Йорка намеревалась просить судью Роберта Бермана официально закрыть уголовное дело Эпштейна, обвинявшегося в преступном сговоре с целью сексуальной эксплуатации женщин. Берман мог ограничиться письменным ответом, но пригласил в суд потерпевших и их адвокатов с тем, чтобы они могли высказаться публично.
Этой возможностью воспользовались 15 женщин, десять из которых назвали свои имена, а остальные выступали под универсальным псевдонимом Джейн Доу и номерами от одного до пяти, сообщает ВВС.
Жертвы просят не закрывать дело
Некоторые выступления прерывались всхлипываниями, часть других зачитали не сами потерпевшие, а их адвокаты.
Иные сетовали, что смерть Эпштейна лишила их возможности бросить обвинения ему в лицо. Многие выразили надежду, что расследование дела не закончится с его смертью и приведет к наказанию его сообщников. Имена их на слуху, но пока никто не был привлечен к ответственности.
«Пожалуйста, закончите то, что вы начали, — обратилась к прокурорам потерпевшая Сара Рэнсом. — Мы все знаем, что он действовал не в одиночку».
Прокурор Морин Коуми заверила судью Бермана, что расследование будет продолжаться. Берман не огласил на заседании своего решения по поводу закрытия дела Эпштейна, но, судя по всему, у него нет другого выбора.
Гражданские иски о наследовании имущества покойного, которых на данный момент предъявлено пять и со временем будет больше, продолжат рассматриваться своим чередом.
За два дня до самоубийства Эпштейн подписал завещание, в котором оставил трастовому фонду 577 млн долларов. По словам прокурора Коуми, обвинение тоже может претендовать на наследство покойного.
Первой из женщин на заседании выступила Кортни Уайлд, заявившая, что, уйдя в мир иной, Эпштейн украл у потерпевших возможность высказать ему все в глаза, «и поэтому он трус». Уайлд утверждала, что Эпштейн растлил ее в 14-летнем возрасте.
Шонтей Дэвис, которая сказала, что ее наняли к Эпштейну массажисткой, подробно описала, как он насиловал ее на протяжении нескольких лет.
«Тот факт, что у меня уже никогда не будет возможности встретиться с этим хищником в суде, бередит мне душу, — сказала Дженнифер Араоз. — Даже после смерти Джеффри Эпштейн продолжает меня изводить».
Эпштейну, которому, по словам потерпевших, требовалось три оргазма в день, вменяются деяния, совершенные с 2002 по 2005 год. Приведенных к нему молодых женщин обычно просили сделать ему массаж ступней и спины, который иногда принимал интимный характер. Клиент, по их словам, платил за сеанс несколько сотен долларов и столько же, если женщина приводила потом новых «массажисток».
Далеко не все женщины, исчислявшиеся многими сотнями, жаловались потом на сексуальное насилие; некоторые рассказали следователям, что были влюблены в Эпштейна.
Накануне его смерти суд обнародовал примерно две тысячи документов из возбужденного против Эпштейна гражданского иска, которые включали записки о телефонных звонках. В одной говорилось, что звонившая, по ее словам, «любит Джеффри».
В другой, от 1 сентября 2005 года, говорилось, что звонил Жан-Люк Брунель из модельного агентства и сказал: «У него есть для вас учительница, которая научит вас говорить по-русски. Ей 2х8 [то есть 16] лет она не блондинка. Уроки бесплатные, и первый можно провести сегодня, если вы мне позвоните» (пунктуация оригинала).
8 марта 2016 года, через восемь лет после того, как Эпштейн был приговорен во Флориде за сексуальные преступления к скромному сроку в 18 месяцев (из которых отбыл всего 13), в New York Post появилась статья Ричарда Джонсона «В особняке Джеффри Эпштейна на Ист-Сайде поселились русские подруги».
Джонсон отмечает, что на вид всем этим девушкам как минимум 17 лет, то есть в штате Нью-Йорк они совершеннолетние, «но все они на несколько десятилетий моложе 63-летнего Эпштейна».
По словам автора, «у Эпштейна явно есть контакты в Москве, которые предоставляют своднические услуги и для его «Острова оргий» на Карибах (который он в шутку называет Little St. Jeff, «Малый Сент-Джефф»), и для его таунхауса в Манхэттене».
Как сказал Джонсону его собеседник, «когда русские девушки прибывают в город, у них уже имеется телефон Джеффри».
