В мире существуют самые разные рейтинги и призы, и не всегда в позитивном прочтении. Светские журналы регулярно составляют и публикуют списки не только «икон стиля», но и знаменитостей, одетых хуже всех. Наряду с «Оскаром», «Золотым глобусом» и другими призами за лучший фильм есть и «Золотая малина» — за худший фильм года. В этом ряду Минская группа ОБСЕ вполне может претендовать на титул самого бесполезного дипломатического формата. Четверть века бесплодных переговоров — слишком яркое и слишком красноречивое тому доказательство.
В самом деле, сегодня в Баку, да и не только в Баку, уже как-то даже неудобно в который уже напоминать, что Минская группа ОБСЕ, к сожалению, так и не смогла превратиться в реальный инструмент урегулирования конфликта, а вся ее деятельность сводится к регулярным челночным вояжам самих сопредседателей по региону и заявлениям, составленным из обкатано-усредненных фраз с призывом решать конфликт мирным путем, проявить добрую волю и т.д. До недавнего времени заявление по Карабаху входило в обязательный пакет документов по итогам саммитов «семерки плюс 1», а затем и «восьмерки». Но после 2014 года, когда Россию из этого формата, как бы повежливее, попросили на выход, таких совместных заявлений тоже не появляется.
Есть, конечно, и другое, не то чтобы совсем уж беспочвенное мнение: Минская группа позволяет сохранять международный характер урегулирования. В самом деле, Нагорный Карабах до 2014 года оставался единственным конфликтом на постсоветском пространстве, урегулирование которого не удалось монополизировать Кремлю. Минская группа в нынешнем своем виде, когда всю работу ведут три ее сопредседателя, при всей своей аморфности, задумывалась как структура, где были бы представлены авторитетные и влиятельные внешние игроки — Россия, США и Евросоюз в лице Франции (несколько лет назад в регионе активно обсуждали появление в числе сопредседателей Германии, правда, дальше разговоров дело не пошло).
Намеренно оставим за скобками ироничные вопросы, есть ли вообще реальный шанс договориться по Карабаху у России и США и тем более не станем интересоваться, могут ли решить эту задачу дипломаты не самого высокого ранга, которых сегодня страны-сопредседатели делегируют в Минскую группу. Важно другое: сегодня состав сопредседателей уже не отражает. Потому как давно настало время поставить вопрос о необходимости включения в число стран-сопредседателей Турции.
В самом деле, если в те годы, когда нынешняя структура МГ ОБСЕ только формировалась, превращение Турции в региональную державу воспринималось как смелый прогноз, сегодня это даже больше, чем свершившийся факт. Турция входит в «большую двадцатку», она уверенно наращивает свои позиции и влияние не только в Азербайджане, но и в Грузии, в странах Центральной Азии, на Ближнем Востоке и даже в Северной Африке. Более того, изменилась и, если можно так выразиться, «география интересов» в Карабахе. Нынешняя структура Минской группы ОБСЕ создавалась в то время, пока Азербайджан был глухой политической провинцией, до которой никому не было дела, но сегодня наша страна — не только важный поставщик нефти и газа в Европу, но и «окно в Европу» для стран Центральной Азии. Не сказать, чтобы этого не понимали ни в Вашингтоне, ни в Париже, но у Анкары другая степень вовлеченности в региональные процессы. Что же касается последнего аргумента, что у Турции, дескать, «слишком близкие» связи с Азербайджаном, то, как бы это поделикатнее, в число сопредседателей МГ ОБСЕ входит такая страна, как Россия. У нее, если кто забыл, военная база на территории Армении, соглашение о военном сотрудничестве и даже совместные группировки сухопутных сил и сил ПВО. И если в число сопредседателей МГ ОБСЕ Россия при этом все же входит, то почему от Турции и других кандидатов надо требовать строгого нейтралитета?
А цена вопроса сегодня очень высока. Потому как в последние недели буквально на глазах у южнокавказской, да и не только южнокавказской, аудитории исчезает практически основная составляющая деятельности МГ ОБСЕ — «заявления по поводу». По традиции, после обострения ситуации в Карабахе Минская группа выступала с очередным заявлением, где призывала стороны к сдержанности. Но теперь…
Если кто забыл, в последние дни июля резко обострилась обстановка на армяно-азербайджанской границе, в районе Газаха и Агстафы. Армянские военнослужащие несколько раз открывали огонь по территории Азербайджана, обстреливали военные автомобили, включая карету «Скорой помощи», стреляли и по селам. Один азербайджанский пограничник получил ранение. В ответ открывала огонь азербайджанская сторона, один военнослужащий-контрактник вооруженных сил Армении был убит. После недвусмысленного отпора на границе установилась относительная тишина. Обеспокоенность устами Марии Захаровой выразил МИД РФ. Сопредседатели Минской группы ОБСЕ молчали.
Затем новый вызов — визит Никола Пашиняна в оккупированный Карабах (что само по себе возмутительно и требует реакции), его заявление «Карабах — это Армения, и точка!», после чего уже не могут не возникать вопросы: а имеет ли вообще смысл вести с Арменией в лице Пашиняна хоть какие-то переговоры? Минская группа опять безмолвствует. Надо полагать, что дипломаты на летних каникулах. Или же до них стали плохо доходить новости. Гадать можно до бесконечности. Но в том, что молчание МГ ОБСЕ уже воспринимается как карт-бланш на подобные провокации, сомнений нет.
До последнего времени считалось, точнее, предписывалось считать, что Минская группа служит сохранению в регионе режима прекращения огня. Но после вспышки боев в апреле 2016 года говорить об этом уже не приходится. Во-первых, очевидно, что конфликт сочли «замороженным» слишком рано. Во-вторых, «разморозиться» он может в любую минуту. А в-третьих, у МГ ОБСЕ просто нет механизмов, способных это предотвратить.
Конечно, вступление Турции в число сопредседателей МГ ОБСЕ не решит всех проблем в одночасье. Но, учитывая все обстоятельства, именно Турция могла бы придать деятельности Минской группы хоть какой-то динамизм. Что особенно важно сегодня, когда в результате провокационных действий Армении под угрозой оказался сам по себе мирный путь урегулирования конфликта.
Нурани, политический обозреватель
