«Случай с арестом журналиста-расследователя Ивана Голунова ставит под сомнение ряд наших убеждений в отношении верховенства закона в России: разве при подобной системе не является неизбежным то, что обвиняемый заведомо виновен? Конечно, наши представления о России часто основаны на давних событиях, в воображении всплывают московские судебные процессы, заполнившие страницы газет в 1930-е годы, или сложности формирования государства», — говорит в интервью Atlantico.fr доктор политических наук, специалист по европейской геополитике Флоран Пармантье, передает inopressa.ru.
«Это дело показывает, что наряду с официальными СМИ, в России все еще существуют СМИ, которые продолжают критически относиться к власти и которые власть по-прежнему терпит. Они представляют собой своего рода термометр протеста: нет смысла ломать термометр, если хочется знать, когда у народа начнется горячка…», — поясняет эксперт.
«Правительство не могло остаться полностью глухим к этому протесту. Даже основные СМИ, вещающие на широкую публику, проявили рост сознательности: например, во время одной из главных политических трансляций в стране один из гостей Дмитрия Киселева (считающегося одним из «главных пропагандистов» Кремля) осудил идею о том, что у Голунова могли находиться наркотики. К освобождению журналиста привело не внешнее давление, а реальное внутреннее давление общества, которое долгое время считалось пассивным или удовлетворенным действующей властью», — считает Пармантье.
«Скорость освобождения Ивана Голунова на самом деле способна вызвать удивление. Надо понимать, что социальные сети в России крайне влиятельны, здесь есть действительно автономный и высокоразвитый «ru.net». У России есть свои собственные сети, и они играют роль катализатора при недовольстве и обмене информацией», — утверждает собеседник издания.
«В России есть поговорка, гласящая, что в Кремле есть несколько башен: надо понимать, что российский президент — не тот человек, который принимает все решения, он в большей степени арбитр, задача которого — найти баланс между противоречивыми тенденциями; когда адаптация к глобализации и призыв к международным инвестициям сталкивается с траекторией индустриализации и внутреннего развития; когда готовность повернуться в сторону Китая сталкивается с желанием восстановить связи с различными европейскими режимами; а экономическое развитие — с политическим контролем над периферийными регионами… В данном случае следует ожидать, что посыпятся чьи-то головы, дабы послать общественному мнению месседж: силовые структуры не будут постоянно действовать с чувством безнаказанности», — рассуждает Пармантье.
«То же самое касается спецслужб. Применительно к общей цели, поставленной президентом, каждая спецслужба может отличаться от другой своей способностью выступать с инициативами, по поводу которых исполнительная власть затем примет решение, покрывать их или нет. Другими словами, для понимания процесса принятия политических решений в России применим не столько «интенционалистский» подход (то есть понимание намерений лидера), сколько «функционалистский» подход (понимание того, как окружение лидера интерпретирует приписываемые лидеру ожидания и реагирует на них). В этом отношении Владимиру Путину нельзя было не порадоваться освобождению Ивана Голунова: это позволит ему оказывать давление на силовые структуры, над которыми его контроль не тотален…», — резюмирует собеседник издания.
