Американский писатель-фантаст и журналист Брюс Стерлинг подготовил для The Atlantic статью о том, что ждёт людей с развитием технологий «умных» городов. «Минвал» предлагает краткий пересказ данного материала.
Понятие «умного» города весьма интересно, но не столь важно, так как никто не даёт ему чёткого определения. Прилагательное «умный» здесь стоит для привлечения внимания и используется лишь в речи современных «левых» горожан и руководителей технологических предприятий.
Многие приверженцы концепции «умного» города согласны с тем, что Лондон, например, в особенности «умён». Но почему, ведь столица Великобритании — огромный, хаотичный город, жизнь в котором — сплошное смятение. Тем не менее в Лондоне проводятся лучшие международные конференции, посвящённые «умным» городам.
И если такой большой и старый город, как Лондон с его пустующими стеклянными небоскрёбами, пугающими камерами наблюдения и забитыми канализациями, мы считаем «умным», то нам вообще не стоит беспокоиться о гибридном урбанизме.
Лондон — город, переживший сотни ревностных реформаторов. Он принадлежит миру, половина населения которого живёт в городах и ещё около двух миллиардов готовы туда перебраться. Основные трудности лежат в другой плоскости.
Население стареет, инфраструктуру рано или поздно придётся полностью перестроить, а изменения климата пришли на смену городским пожарам, войнам и эпидемиям, — вот они, самые важные и насущные проблемы города.
Некоторые методы дигитализации, которые так обожают фанаты «умных» городов, слишком неубедительны и порой разрушительны, но, пожалуй, уже стали неотъемлемой частью города — без оптоволокна под тротуаром нет интернета, без вышек и смартфонов — постоянной мобильности.
Но города в будущем, вопреки расхожему мнению, не станут «умными», инновационно спроектированными, на 100% экологичными и доступными. Вместо этого «умом» городов будет интернет, «облака» данных и нагромождение повсюду разбросанных устройств, работающих скорее на привлечение капитала, чем на улучшение жизни (пресловутый интернет вещей). Amazon, Google, Apple, Facebook — вот настоящие индустриальные титаны нашего времени.
Любой новый город, стремящийся стать «умным», вероятно, будет похож на Амстердам, Сингапур, Таллин, Дубай, Барселону, Лос-Анджелес, Шанхай, Сидней и да, Лондон — по той причине, что власти этих городов уже проводят «умную» политику, делая их своего рода образцом.
В 1990 годы (время появления мобильной связи и широкополосного интернета) многие верили: наш мир постепенно становится «плоским» — пространством без границ, где информация движется совершенно свободно, где власть более открыта и инклюзивна. И такой уклад вполне мог бы победить, если бы данная идея стала быстрее приносить прибыль.
Отголоски этой надежды можно найти и сегодня — в современной риторике «умного» города, которая по большей части служит интересам «левых», ведь активистов предостаточно. Впрочем, они, активисты, считают встречу городского совета или партийный съезд интересными, что, очевидно, не так — эти события важные, но нудные.
Поэтому «умные» города вроде Лондона постепенно уходят от сайтов с открытым доступом и народного мнения. Вместо этого развивается парадигма наблюдения, своеобразного выуживания данных. Зачем утруждаться и спрашивать горожан о том, чего они хотят от городской жизни, если можно наблюдать за реальными действиями пользователей города и точно сказать, чем же они действительно занимаются, а не опираться на неясные ответы респондентов.
Бизнес-модель, основанная на наблюдениях, своеобразном надзоре, заменила инклюзивность и доступность, оказавшись более рентабельной. Сам город в то же время едва ли меняется.
Тем не менее концепция «плоского» мира продолжает существовать, только важность места (точнее, расположения) остаётся актуальной. Поэтому доселе почти неизвестный немецкий городок Дуйсбург получил новый виток развития, став первым китайским «умным» городом в Европе.
По этой же причине Эстония разработала программу e-residency, которой с удовольствием пользуются жители Южной Кореи, притворяясь европейскими бизнесменами. И именно поэтому множество американских городов буквально унижались перед Amazon, пытаясь завоевать победу в конкурсе, организованном компанией. Главный приз — вторая штаб-квартира Amazon и, соответственно, часть экспедиторского бизнеса (хотя никто и не знал, какую именно работу предложит корпорация).
«Умные» города, в том числе и названные выше, будут всячески пытаться повысить конкурентоспособные преимущества региона за счёт «умных» нововведений. И вместо мира без преград, глобального и мультикультурного, мы получим закрытые сообщества, где свобода будет такой же лживой, как и модерация Facebook.
В историческом плане это довольно типичный сдвиг для «левой» идеологии. А если добавить ещё пару инженеров и полицейских программ, то получится современный Китай с его сетевым суверенитетом.
Современная китайская модель, разумеется, далека от лондонской. На Востоке компании-гиганты (вроде Baidu), одобренные государством, появляются на относительно независимых рынках (вроде Макао) и предлагают увеличить местную активность. Например, встраивая китайскую ИИ-систему по распознаванию лиц в каждую уличную камеру.
Другой пример: совершенно новые камеры из Бразилии, оборудованные ИИ, поставляются в Мумбаи, Дели и Агру. Довольно интересно, даже веет Оруэллом, но полезность этих разработок для городской жизни остаётся под вопросом: подростки-преступники в Чикаго и вовсе сами себя выдают — размахивают оружием, выкрикивают угрозы, позже публикуя видео на YouTube.
Да, с помощью таких систем можно понять, что население становится своенравным. Но их наличие — не гарантия порядка.
То же можно сказать и о датчиках загрязнённости воздуха в Китае — они установлены во многих районах, но на них почти не обращают внимания, так как правда слишком сильно колет глаза. И вновь мегаполис, каким мы его знаем сейчас, едва ли меняется.
Вот, пожалуй, и всё, что уготовано городам будущего. Можно себе представить, как в неблагополучных частях мегаполиса будут работать алгоритмы, которые проследят за тем, чтобы нерадивый, отстранённый от занятий ученик оказался за решёткой. В богатых районах такие системы позволят лимузинам проезжать на красный свет, чтобы новорождённые аристократы могли беспрепятственно попасть в свой пентхаус.
Так в целом происходит и сейчас, в будущем появятся только автоматические системы, почти не меняющие облик города и поддерживающие сложившийся уклад. Но будь у людей желание и политическая воля, они смогли бы (теоретически) изменить ситуацию.
Современный мегаполис представляет собой поле битвы — компании вроде Google, Apple, Amazon или Facebook пытаются занять место IBM и Honeywell, которые во многом и обеспечивают работу города, управляя его инфраструктурой. Поэтому можно признать: концепция «умного» города описывает не процесс, а результат — современная цифровая инфраструктура вполне себе развита. Сейчас идёт борьба за влияние, а не за качественные изменения.
Но глупо надеяться, что Google, Apple или Amazon удастся построить «умный» мегаполис. Они слишком быстро сдаются, а «умный» город — долгосрочный проект. В Америке полно заброшенных зданий, оставшихся от Google Moonshot. Amazon убивает местный ритейл, и клерки, обеспечивающие его работу, теперь заняты в логистических центрах компании.
Конечно, у этих крупных компаний есть деньги, чтобы выстроить с нуля любую инфраструктуру. Но они не станут ничего делать, так как принадлежат американскому бизнесу, а в США за последние 70 лет не появилось новых городов-лидеров.
Да, в мире есть быстро развивающиеся районы: Экваториальная Гвинея, Таджикистан, Раваби и Астана, — но их едва ли можно назвать «умными», несмотря на современную инфраструктуру из стекла и стали. И хотя Астана, например, имеет политический вес и может показаться довольно интересным местом, у неё как раз недостаточно этого «веса», чтобы стать полноправным игроком в мире «умных» городов. Она следует примеру.
«Умные» города просто хотят казаться таковыми. На деле же обнаруживаются совершенно другие задачи. Города хотят богатства, власти, хорошего имиджа, возможности управлять собственными делами, что тоже не ново. А стать «умным» — лишь одно из средств достижения давно намеченной цели.
Перспективы городской жизни могут показаться ужасающими, но они не так страшны, как традиционный сельский уклад. В любом месте планеты фермеры и деревенские жители стремятся в города. Даже в таких спокойных, безмятежных странах, как Германия, Япония и Италия, сельские районы попросту пустуют. Так велик соблазн городов. Да, они могут быть безжалостными, грязными, скучными, однако силы им не занимать.
