Ситуация вокруг Ирана — в топе мировых новостей. Вашингтон, как и обещал, восстановил санкции в отношении нефтяной промышленности и финансового сектора Ирана. Восстанавливается запрет на закупку иранской нефти — а это основа экономики Ирана. Под санкциями также Центральный банк Ирана, судостроение и судоходство. По информации Reuters, Международная межбанковская система передачи данных (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications, SWIFT) приостановила доступ нескольких иранских банков к своей системе обмена сообщениями и указала в своем заявлении, что делается это «в интересах стабильности и сохранения целостности мировой финансовой системы». А госсекретарь США Майк Помпео в интервью телеканалу Fox News предупредил: »Европейским компаниям не будет дозволено вести бизнес и с США и с Ираном».
В мировом информационном пространстве нет недостатка в комментариях. Выдержит ли Иран столь впечатляющее финансово-экономическое давление? как на новые меры давления отреагирует Евросоюз? Наконец, каким окажется ответ Ирана? Президент ИРИ Роухани уже пообещал, что его страна все равно продолжит продавать нефть, но каким будет ответ на практике?
В Азербайджане также анализируют возможные последствия антииранских санкций США для себя. Азербайджанские эксперты всесторонне изучают санкции США против Ирана, и их возможные последствия на экономику Азербайджана, заявили в МИД нашей страны. «Иран — близкий сосед Азербайджана, и важный партнер во многих сферах. И в то же время для нас представляют важность многосторонние отношения, существующие между Азербайджаном и США», — цитирует Minval.az со ссылкой на Trend сообщение внешнеполитического ведомства нашей страны. «В переводе»: Азербайджан стремится сохранить нормальные отношения и с Ираном, и с США.
Основные экономические риски подобных санкций нашу страну затрагивают куда меньше, чем этого опасались многие эксперты. В СМИ уже опубликован список восьми стран, для которых США сделали исключение из санкционного режима и позволили покупать иранскую нефть, учитывая экономические реалии. Азербайджан в список этих исключений официально не включен, но наша страна — экспортер нефти, а нее импортер. То есть закупки нефти в Иране нас не интересуют в принципе. Более того, в список исключений из режима санкций США внесли проект азербайджанского трубопровода, по которому газ с месторождения Шах-Дениз будет поставляться в Европу через Турцию, о чем официально говорится в электронном уведомлении минфина США. Как подчеркивается в документе, возобновляемые антииранские ограничения «не применяются в отношении лиц, совершающих или содействующих сделкам, связанным с проектами направленным на освоение (месторождений) природного газа и строительства и эксплуатации трубопровода для транспортировки природного газа из Азербайджана в Турцию и Европу».
Иное дело — риски политические. Санкции — это не просто способ надавить на власти ИРИ. Такие рестриктивные меры, напоминают эксперты, еще и существенно повысят «социальную напряженность» в самом Иране, где репрессивный режим уже не в состоянии сдерживать хотя бы видимые проявления недовольства. До какой степени они дойдут после введения в действие «сильнейших» санкций и не повторится ли в Иране, с местной, конечно, спецификой, сценарий «арабской весны», можно только гадать. Но как минимум не стоит исключать, что сопредельные с ИРИ страны, в том числе, а вернее, прежде всего Азербайджан, могут столкнуться с потоками беженцев из ИРИ.
Здесь можно сослаться на «дежавю». В то время, пока пост президента ИРИ занимал Махмуд Ахмади Нежад, и градус противостояния вокруг Ирана был так же высок, многие граждане ИРИ, не дожидаясь, пока по-настоящему «запахнет жареным», поспешили обзавестись в Баку квартирами (в том числе на подставных лиц), перевести сюда свой бизнес и т.д. Можно, конечно, задавать вопросы, сколько из них были сотрудниками иранских спецслужб «под прикрытием». Но тогда в Азербайджан прибывали люди, готовые приобретать на коммерческом рынке жилье и даже вкладывать деньги в бизнес. А сценарий с массовыми прорывами через границу, с необходимостью обустройства специальных «зон размещения» для беженцев будет куда более серьезной нагрузкой на азербайджанскую экономику. Для полумиллиардной Европы миллион с небольшим беженцев оказались, напомним, непосильной задачей.
Однако куда важнее другое. Режим давления США на ИРИ не включает — по крайней мере пока — военного компонента, но и вряд ли ограничится только санкциями. По опыту известно, что даже режим соблюдения санкций включает в себя и координацию действий спецслужб, и отслеживание банковских операций в обход санкций, и многое другое. И вопрос, в какой степени во все эти сценарии будет вовлечен Азербайджан, далеко не праздный. В том числе и такой вот информации к размышлению: СГБ Азербайджана заявила об уничтожении в Гяндже двух членов радикальной религиозной группировки, которые планировали теракты на территории страны. Когда сотрудники СГБ остановили автомобиль, где находились подозреваемые — Фамиль Фазиль оглу Алекперов и Рустам Рафаэль оглу Рзаев, «террористы оказали вооруженное сопротивление и открыли огонь. В результате ответных мер Алекперов и Рзаев были уничтожены». В ходе осмотра места происшествия были обнаружены и изъяты один автомат Калашникова, ручная граната F1, три тротиловые шашки и три электронных детонатора. Серьезный арсенал. И очередной повод озвучить вопрос, как должен вести себя Азербайджан в отношении ИРИ, если иранские власти открыто инспирируют на территории нашей страны террористическую войну. Наконец, есть еще одно обстоятельство, которое имеет самое прямое отношение к нашей стране и над которым следует серьезно подумать уже не Азербайджану, а США. В самом деле, для финансовых транзакций в обход рестриктивных мер Иран и его партнеры могут использовать самые замысловатые схемы с вовлечением весьма неожиданных партнеров из числа офшорных малюток, которые даже профессионалы найдут на карте далеко не с первой попытки. Но есть еще необходимость физического перемещения через границу кого-либо или чего-либо —в обход санкций и возможного контроля. И далеко не всегда для этого можно использовать самолеты Iran Air. То, что для подобных деликатных обходных маневров уже давно используется Армения, ни для кого не секрет. Но кроме 40 с небольшим километров границы Армении и Ирана, есть еще оккупированный участок азербайджано-иранской границы в равнинном Карабахе. Который находится вне зоны какого бы то ни было легального контроля и представляет собой прямо-таки идеальную точку для самых разных «незаконных перемещений» и людей, и грузов в обход всех официальных КПП. И если в США всерьез настроены выстроить вокруг Ирана систему контроля и давления, то восстановление легального контроля над границами ИРИ должно быть здесь далеко не последней задачей.
Плюс ко всему есть и куда более опасные обстоятельства. Рассуждая о «силовом сценарии» против ИРИ, многие эксперты по умолчанию подразумевают, что речь может идти исключительно о возможном американском вторжении в Иран. Но в реальности куда больше опасность, что к силовому сценарию прибегнет загнанная в угол иранская «муллократия». Так, по информации источников CNN, Центральное командование США (СЕНТКОМ) более всего беспокоит способность Ирана ограничить судоходство в Персидском заливе. Источники телекомпании напоминают, что вооруженные силы Ирана 21 сентября начали военные учения в районе Ормузского пролива, через который проходит большая часть нефтяных перевозок стран Персидского залива — в ходе подобных маневров ВМС ИРИ отрабатывают перекрытие этого пролива.
Однако теперь, по информации ТАСС, вооруженные силы Ирана проводят крупномасштабные военные учения «Велайет-97». В двухдневных маневрах, стартовавших в понедельник, задействованы иранская армия и Корпус «стражей исламской революции». Как отмечают местные СМИ, в ходе учений уже были успешно опробованы иранские разработки, в частности система ПВО «Хордар-3» и зенитно-ракетная система «Талаш».
Военные отрабатывают боевые задачи на площади 500 тыс. кв. км в центральной, западной и северной частях Ирана — то есть в непосредственной близости от границ Азербайджана. Где нет американских военных баз, аэродромов подскока и вообще чего-то такого, что несло бы угрозу для ИРИ. Но в Иране, по всей видимости, рассматривают Азербайджан в качестве «мягкой мишени» и удобной точки для «удара возмездия» по тому же принципу, чо и Россия, которая в ответ на признание независимости Косово устроила вторжение в Грузию. Судя по всему, в Тегеране на минуточку забыли, что добрососедство — улица с двусторонним движением, а миролюбие не следует путать со страхом. Только вот это еще не значит, что из подобных игр не сделают выводы уже в Баку. А тогда цена вопроса для Ирана может оказаться куда более ощутимой и болезненной, чем это планировали местные стратеги.
Нурани, политический обозреватель
