Поможет ли встреча Пашиняна и Тер-Петросяна найти выход из тупика на «карабахском направлении»?
Хорошо это или плохо, если в стране происходит «бархатная революция»? В комментариях по горячим следам событий все, конечно, выглядит привлекательно и красиво: «народ наконец освободился от ненавистного режима», «новые власти обещают покончить с коррупцией», «победила демократия» и т.д. Только вот теперь, после серии «майданов», «тахриров», «цветных», «жасминовых» и «бархатных» революций становится понятно: такое развитие событий — красноречивый показатель, что до этой самой революции в стране вряд ли «все было хорошо», но еще не факт, что после ее победы новая власть будет лучше, прозрачнее, чище и честнее. Многое здесь зависит от того, кого именно возносит волна на властный Олимп. Египет, где власть оказалась в руках «Братьев-мусульман», или Киргизия, где через пять лет после первой революции последовала вторая — примеры на все времена.
Теперь же аудитория наблюдает за развитием событий в Армении, где новые власти уже через пару месяцев после победы своей революции оказались в тупике, и прежде всего в таком вопросе, как Карабах. И где встреча действующего премьер-министра страны Никола Пашиняна с первым президентом Армении Левоном Тер-Петросяном более всего напоминает бессмертный школьный сюжет с поиском «шпаргалок» и подсказок.
Внешне, впрочем, все выглядит вполне благопристойно. В СМИ «запущена» версия, что о встрече просил сам Левон Акопович. Обсуждали внешнюю политику и урегулирование в Карабахе, причем армянские СМИ предпочитают термин «Арцахская проблема». Подробности по понятной причине остались за закрытыми дверями. А эксперты по обе стороны линии фронта уже строят предположения, что именно мог посоветовать Левон Акопович Николу Воваевичу в нынешней ситуации.
Будем реалистами: Армения на карабахском направлении сегодня находится в весьма незавидном положении. Провальный для армянской дипломатии вояж Пашиняна в Брюссель дает здесь сколько угодно пищи для размышлений. В Ереване обижаются и на ЕС, и на НАТО, и признают сквозь зубы: разыграть на дипломатической арене «революционную карту» не удалось. А уж о попытке Никола Воваевича навязать Азербайджану переговоры с карабахскими сепаратистами, точнее, о том, чем она закончилась, вспоминать даже как-то неудобно. Можно, конечно, уповать на Россию, но и тут возникают сложности. Визит российских политологов и депутатов в Джоджуг Марджанлы не оставил сомнений: монополии на общественное мнение РФ у Армении уже нет. Москва не спешит отвоевывать для Армении ни Лелетепе, ни Гуннут. Наконец, на фоне всех неприятностей на мировой арене России в решающий момент может просто оказаться не до Армении. Ну и еще множество аргументов.
Военно-силовой расклад тоже не приносит особых поводов для оптимизма. В СМИ уже подробно обсудили и «Полонезы», и ОТРК LORA, и новые образцы беспилотников, и военные учения с привлечением 20 тысяч солдат. Теперь же секретарь Совбеза Армении Армен Григорян нечаянно обозначил еще одну проблему: «тактическое отставание».
«Азербайджанские офицеры проходят обучение в Турции (член НАТО – ред.),— напомнил Григорян в интервью «Коммерсанту».— Мы хотим (сотрудничая с НАТО – ред.) понять эту структуру, понять, как работает азербайджанская армия».
А вот с этого места надо бы поподробнее. Успех или, наоборот, поражение на поле боя зависит от множества причин, и самое главное, разговоры насчет «боевого духа» и прочие агитационные штампы играют здесь далеко не первостепенную роль. Куда важнее соотношение живой силы и техники, та самая «матчасть», то есть эффективность оружия. И, наконец, большую роль играет тактика и взаимодействие подразделений.
Не будем вдаваться в тонкости военной науки. Просто напомним: летом 1990 года иракский диктатор Саддам Хусейн захватил богатый и, в общем-то, беззащитный Кувейт и объявил его своей 19-й провинцией. В ответ США и их союзники предупредили: если войска не будут выведены, начнется военная операция. Саддам Хусейн ультиматум проигнорировал. Он был уверен: его Республиканская гвардия устроит иностранным силам достойную встречу. Военные эксперты, в основном российские, предрекали тяжелые бои, а на деле зимой 1991 года, когда началась «Буря в пустыне», или первая война в Заливе, оказалось, что США и их союзники ведут совсем другую войну — не ту, к которой готовилась армия Ирака при горячем участии советских военных советников. Иракские солдаты потом говорили: вот пришла бы сюда их пехота, тогда бы мы им показали. Но пехота пришла уже потом, после того, как иракская оборона была безнадежно опрокинута.
А потом, после апрельского разгрома 2016 года, уже армянские солдаты махали кулаками после драки: вот если бы пришла сюда азербайджанская пехота, мы бы показали «этим туркам». А Серж Саргсян вынужден был признать: его страна вооружена оружием восьмидесятых годов. Дело, однако, было не только и не столько в оружии, сколько в новой тактике и стратегии. Которые теперь господин Григорян пытается понять и постичь, «задружившись» с НАТО.
Здесь, конечно, самое время спросить: а что, спецслужбы стран ОДКБ не изучают натовскую стратегию и тактику? Или не делятся информацией с Арменией, в результате чего она решила в одиночку «поиграть в шпионов»? Но даже если ей и удастся раздобыть заветные натовские тактические технологии — что дальше? Здесь рассчитывают собственными силами «подобрать ключи»? Перестроить собственную армию по более современным лекалам? Но за какие сроки и на какие, пардон, деньги? И да, как на это отреагирует Москва? Не откажет ли в помощи, без которой у Армении мало шансов удержаться на плаву?
А тут еще подступают к горлу новой власти экономические проблемы. Как оказалось, война имеет свою цену и в экономике. Надежды, что Европа поможет деньгами победившим в Армении революционерам, развеялись как утренний туман. Сначала в Брюсселе Николу Пашиняну напомнили, что и так помогают его стране. Затем посол ЕС в Армении Петр Свитальский дал понять: деньги, возможно, дадут, но только под конкретные проекты. И вообще в Европе в курсе, что значительная часть средств, поступающих в Армению, просто разворовывается.
Говоря начистоту, того, что Пашинян постарается посоветоваться с кем-то постарше и поопытнее, следовало ожидать. Новая «команда» в Армении испытывает острейший дефицит управленческого опыта, в особенности в таком деликатном вопросе, как внешняя политика. Только вот…какой совет мог дать в этой ситуации Пашиняну Тер-Петросян? Особенно по Карабаху?
Напомним: Левон Тер-Петросян стоял у истоков так называемого «карабахского движения». Именно на период его президентства пришлись и территориальные захваты, совершенные в пользу Армении «силой русского оружия». Но именно он к 1997 году понял, что расстановка сил меняется не в пользу Армении, выступил со своим знаменитым посланием «Война или мир? Время призадуматься», где призвал своих сограждан к компромиссу с Азербайджаном. После чего в результате «ползучего переворота» был отстранен от власти. Комментируя переговоры Пашиняна и Тер-Петросяна, ереванская «Лрагир» сквозь зубы цедит: в результате политики Тер-Петросяна «Армения из победившей стороны превратилась в защищающуюся на дипломатическом поле, оправдывающуюся сторону, изначально признавшую в ходе переговоров право Азербайджана на часть предмета переговоров. Речь о территориях. Баку долгие годы месил это тесто, превратив его в итоге в четкую стратегию и применив данное ему Арменией право во всей полноте. Баку говорит – если территории принадлежат мне, и вы признаете это на самом высоком уровне, отдайте их сейчас, а об остальном поговорим потом. Этот капкан привел к тому, что спустя два десятилетия Азербайджан получил право на войну..»
Здесь бы, конечно, напомнить: право на войну у Азербайджана было всегда. Но теперь слишком уж явно сдвинулся не в пользу Еревана и экономический, и силовой, и политический баланс. Но алармизм «Лрагир» весьма показателен. В Ереване начинают осознавать, что страна оказалась перед невеселой перспективой: или тяжелый компромисс, или новая война.
Сейчас, конечно, для руководства Армении самое время заново перечитать то самое письма Тер-Петросяна, «включить думалку» и сделать выводы. Но та же «Лрагир» напоминает: «Подходы Левона Тер-Петросяна по «Арцахскому конфликту» (кавычки наши — ред.)удостоились оценки в ходе парламентских выборов 2017 года, когда его партия не смогла преодолеть планку». А Пашинян, которому, напомним, предстоят досрочные выборы и у которого нет других ресурсов, кроме популизма, не может позволить себе игнорировать эту сторону вопроса. Тем более что в Армении предостаточно политиков, готовых разыграть «карабахскую карту» уже против него и — чем черт не шутит! — даже повторить сценарий «бархатной революции». И, к сожалению, слишком многое указывает на то, что ставший заложником своей «уличной популярности» Пашинян просто не решится на реальный компромисс в Карабахе — со всеми прогнозируемыми последствиями, прежде всего для самой Армении. Вряд ли Никол Воваевич этого не понимает. Просто приоритеты у него другие.
Нурани, политический обозреватель
