Накрывшая Армению волна смятения свидетельствует о том, что дипломатия Еревана в Карабахском урегулировании легче воздуха. Стоило американцу Ричарду Хогланду, уходя, внести ясность в Карабахский пазл, Серж Саргсян вкупе с горлопанами вошел в ступор.
Это другой вопрос, что, будучи на позиции сопредседателей Минской группы ОБСЕ, дипломаты тройки возвели в традицию описывать круги плана «вокруг да около». Работа у них такая – тянуть лямку до последнего, чтобы довести до исступления слабое звено. Но из композиции многолетнего бездействия ролей не выкинешь. На позицию ведомой годится бесполая Армения, тщетно старающаяся добиться невозможного. Она сегодня олицетворяет образ лузера. Вот и надувается, что почва уходит из-под ног.
Голос разума прорезался вдруг, откуда не ждали, причем, в самый пикантный момент, когда Ереван, взвесив свои «за» и «против», уже сел на курс шантажа в отношениях с Москвой. Экс-сопредседателя Минской группы ОБСЕ Ричарда Хогланда в Армении виртуально прибили к столбу позора. Не исключено, что какая-нибудь хайская террористическая ячейка вынесла ему смертный приговор. Но пока американского дипломата хором подвергают публичной порке все, кому не лень, не жалея желчи. Этого добра у самых древних землян, слава Богу, хоть отбавляй.
Что же инкриминируют Хогланду хулители? Прежде всего, то, что озвученные им императивы есть ничто иное, как отжившие свой век. Параллельно его причисляют к отряду злобно настроенных против армян. То есть, Ереван лепит из Хогланда второго Мэтью Брайзу, которого 7-8 лет назад нарекли протюркским агентом и через проармянское лобби США столкнули в дипломатический кювет.
Если Брайзу все время третировали за симпатии к Баку, то Хогланда пытаются уличить в злопамятстве. Несколько лет назад его кандидатура на пост посла в Армении была подорвана по инициативе все того же армянского лобби США. Сегодня опытного дипломата винят в предвзятости, тогда как он сбрасывает шелуху, фокусируя внимание на главных составляющих кризиса.
Это в духе армян причислять к недругам всех, кто заряжен на здравый лад, и озвучивает дельные рекомендации. Но в Ереване забывают, что время работает не на них. Все погружены в гадание, почему, мол, «скандальный» американец накануне назначения на должность преемника сбил прицелы беспринципности и навел фокус на реалистичность. Спектр предположений грандиозный, и, как всегда, поражает степенью одержимости.
Большая часть провидцев склоняется к мысли, дескать, Вашингтон с целью пресечь надвигающиеся договоренности Москвы и Еревана поломал игру, чтобы скрутить руки Кремлю на Кавказе. В принципе, Хогланд обнародовал не новое, а хорошо забытое старое.
В его постановке вопросов есть некоторые оригинальные нюансы, которые и в самом деле заткнули Ереван за пояс. Например, дипломат, который не так давно возвел в ранг высокой истины укрепление мер доверия, ныне в своих мыслях обнажил картину последовательности. Он рекомендует придерживаться «взаимного согласия и обоюдно обязывающего волеизъявления». Для Еревана такая постановка смерти подобна, ибо ранее, как только наклевывались обнадеживающие парадигмы, и посредники дожидались согласия сторон, именно армяне, становясь в позу недовольных, прибегали к праву вето.
Тема статуса для Еревана всегда была заглавной, тогда как все предыдущие попытки международных структур (в том числе блок Мадридских принципов) актуализировали вопрос демилитаризации зоны конфликта, как непременного первого условия. Иначе как обеспечить безопасность переселенцам, которых необходимо вернуть на места постоянного проживания?
Называя вещи своими именами, американский дипломат, нарек территории вокруг Нагорного Карабаха «оккупированными», и призывает к их возвращения Азербайджану, то есть, законному владельцу. Ясное дело, что от такого бросает в дрожь ереванских мракобесов и дрессируемых ими сепаратистов. А дальше больше.
Хогланд справедливо утверждает, что не может быть заселения спорных территорий без учета суверенитета Азербайджана, потому юрисдикция Баку на этих землях должна быть восстановлена. Наконец, дипломат совершенно мудро замечает, что «нет сценариев, при которых мир может сохраняться без хорошо подготовленной миротворческой миссии, которая пользовалась бы доверием обеих сторон». Собственно, в этой мысли и содержится концентрированный смысл полезной международной практики, и если кто-то с этим не согласен, то его следует или лечить, или же интернировать.
Содержат ли предложения Ричарда Хогланда что-то неизведанное для сторон конфликта? Разумеется, нет. Однако для Армении с ее упертой верхушкой очевидные истины являют собой копилку раздражителей, ибо они выдержаны в духе последовательности, и представляют собой разумный и дельный набор рекомендаций.
Да, обстановка запутана, но в том и дело, что за все предыдущее время Ереван целенаправленно шел по пути усложнений, а не упрощений. Тут можно без конца сомневаться в искренности намерений американца, изобличать его в каких-то кознях, обвинять в ангажированности. Собственно, в это дело и погрузился Ереван. Однако трудно поспорить с тем, что раскрытый план актуален. Он представляет собой ключ для разблокировки.
И сколько бы в Армении не ныли, дескать, американцы получили сведения о договоренностях Путина с Саргсяном, как ни крути, все равно выруливать на ровную придется. Хогланду трудно возразить.
Высказавшись по полной, он себя не дезавуировал. Да, сегодня армяне, ссылаясь на него, расфуфыривают тезис о размещении механизмов доверия. Одно другое не исключает, и о безопасности лучше говорить в условиях, когда армянских войск уже не будет на оккупированных землях.
А вопрос статуса, как было и в Мадридских принципах, самый последний в очередности, и нечего Армении расплескивать эмоции и раскатывать губу. Поступок Хогланда тем и ценен, что он фактически вынес приговор имитации урегулирования конфликта. И если кому-то кажется, что отныне пустая игра в переговоры имеет перспективы на продолжение, то это ошибочно.
У Еревана не остается вариантов, чтобы, как там говорят, «лишить Азербайджан права на территории и войну». Черта с два. Армянам крайне важно застраховаться от военного удара, и уже не они решают – на что поставит Баку. Последнее слово всегда за сильным звеном.
Похоже, это и взял за основу своей инициативы Ричард Хогланд, человек, который, нет, не «взорвал принципы урегулирования», а пояснил, что воздушная дипломатия и дипломатия из воздуха – не одно и то же.
Тофик Аббасов, специально для Minval.az
