Ввиду проводимого в «НКР» референдума, разрекламированного перегревшейся машиной пропаганды, в сфере свободомыслия происходит невиданное. Оказывается, впервые за время существования больной матери и ее хилого (незаконнорожденного) ребенка родительница и чадо «отдаляются друг от друга». Речь о том, что не находящая покоя от болезненности роженица, выбирая парламентскую форму правления, не смогла убедить слабо мыслящий плод пойти таким же путем. Как результат, дите решило идти своим путем.
Что такое президентская форма правления для бесперспективного организма, помпезно именуемого государством, ясно и без комментариев. Это неминуемое усиление вертикали власти в условиях казарменной жизни. Централизация управления в руках первого лица означает, что Ереван в силу усиливающегося напряжения решает упростить подчинение сателлита.
На словах армянские начальники не устают талдычить о необратимости успеха в горемычном проекте «НКР». В доказательство приводят свидетельства, дескать, институциональное строительство в непризнанном субъекте побило рекорды совершенства. Иные функционеры осмеливаются утверждать, мол, пусть передовые «европы» и «америки» возьмут с нас пример.
Быть может, тем, кто любуется прорывами армянского политического гения с расстояний, что-то и импонирует. Те же, что наслышаны и информированы о прелестях чудотворного госстроительства по лекалам затасканной ереванской мастерской, осознают, что в реалиях имеет место жуткий эксперимент — оживление безнадежного организма.
Похоже, в скором времени придется изобретать механизм интенсивной терапии, чтобы избежать летального исхода. День ото дня не легче, но авторы-технологи все стараются и стараются, полагаясь на чудо.
Пока же в ход пущено красноречие без остатка. Утверждается, что и в Армении, и в Карабахе в проводимых «конституционных реформах» используются идентичные компоненты институционального набора. Губерния расписалась от души, обещая «демократизацию политической системы», «укрепление действующих институтов», «разграничение полномочий между ветвями власти», «повышение эффективности управления» и прочую дребедень.
Напыщенности в презентации преимуществ реформ, что называется, выше крыши. Но мастера красноречия упускают из виду проницательность думающей аудитории. Носители оппозиционных взглядов, сторонние наблюдатели, эксперты, специализирующиеся на выборных технологиях прекрасно осознают, для чего и во имя кого развернулась шумная кампания показухи.
В самой карликовой «республике» бонзы всерьез утверждают, что повышение уровня эффективности в управлении политической системой необходимо для того, чтобы ввести порядок, исключающий риски столкновений между ветвями власти. Оказывается, при действующей полупрезидентской модели есть угроза политических кризисов, и выражается это в том, что при определенном раскладе может произойти дефолт управляемости.
В популярной транскрипции это означает, что если по итогам парламентских выборов большинство мест в законодательном органе займет оппозиция, а президент будет из другого политического блока, то возможные коллизии до добра не доведут.
Как говорится, вот тебе бабушка и юрьев день. Эту поговорку сегодня вспоминают многие армянские оппозиционеры, те, кто оказался изгоем и вынужденно покинули родину. Многие из них капитулировали перед разрушительным напором волюнтаризма, который стал постоянным спутником власти. Нынешняя искривленная политическая система и есть логический итог безраздельной анархии, которой сопутствует благая казуистика.
Несогласные с властью конкретны в оценках о том, что концентрированная суть изменений сводится к конкретной цели: правящая верхушка с помощью референдума планирует обеспечить себе политическое долголетие. Они же утверждают, что целью нововведений не является воспроизводство действующей системы власти с целью расширения границ демократии. Затевая две кампании к ряду (в оккупированном регионе и в Армении) Ереван укрепляет свои позиции, чтобы не уступить Олимп соперникам.
Позорный спектакль в аннексированной провинции призван продлить срок «президентства» Бако Саакяна как минимум еще на три года, а далее еще на две каденции, что аукнется централизацией ресурсов и управленческих рычагов в одних руках. Поборы простых граждан, коррупция, насильственная милитаризация жизни, неравномерное распределение ресурсов обретут еще более интенсивный характер, от чего людям на местах уже дурно.
Однако во всей этой истории есть одна немаловажная деталь, которая проливает свет на подноготную шумихи с карабахскими конституционными изменениями. До апрельских событий был одобрен план перехода непризнанной республики к парламентской форме правления. То есть, в оккупированной зоне Ереван намеревался создать миниатюру своей модели, однако удар азербайджанской армии спутал карты увековечивания захвата, и «новаторы» решили соригинальничать.
Но дело тут не только во внешнем эффекте. Армения и ее умирающий социум постепенно дистанцируются от карабахского плана, который не только влетел в копеечку, но и жестоко подорвал жизненный тонус республики. Произойди еще один провал (по типу апрельского 2016 года), трагедии правящему карабахскому клану уж точно не избежать. Серж Саргсян смотрит в оба, чтобы усилить позиции на передовой и тем самым отстоять главное военно-политическое завоевание.
Но не только это важно. Президент номер один помогает «президенту» номер два (совсем как в градации гомосексуальных семей) усилиться, и этим представляет ситуацию таким образом, что цель в виде самоопределения «НКР» сегодня также свята, как и 20 лет назад. В этом и кроется роковое заблуждение Еревана.
Мыкающиеся граждане Армении только и делают, что чертыхаются в разговорах о защите Карабаха, понимая, что это уже несбыточная мечта. Все больше людей склоняется в пользу компромиссов с Баку, осознавая, что чем дольше будет артачиться Ереван, тем болезненнее окажется условия выживания.
Тем временем краснобаи вроде Шаварша Кочаряна не сбавляют обороты риторики. Колоритный анекдотичный персонаж умудрился блеснуть мастерством изобретательности, провозгласив, что «конституционный референдум не определяет статус Нагорного Карабаха, а является его продолжением».
Такое впечатление, что его шефы и все, кто подпал под влияние иллюзорной дипломатии, никогда не покинут фантомные пределы, словно и не было холодного апрельского душа. Надо полагать, способность слышать пока не утратили. «Референдум, который планируется провести, является абсолютно незаконным и не признается ни одной страной мира», — так прореагировал на авантюру с референдумом президент Азербайджана Ильхам Алиев на Мюнхенской конференции по безопасности.
Чего больше в этом заявлении – информации к размышлению, призыва к благоразумию, или предупреждений зарвавшимся, пусть решают в Армении, да и в Карабахе тоже.
Тофик Аббасов
