Российский политический аналитик Олег Кузнецов в интервью сайту Vesti.Az поделился своими взглядами на происходящие события вокруг нагорно-карабахского конфликта. Минвал приводит текст интервью без сокращений.
— Олег Юрьевич, ситуация на линии соприкосновения в Карабахе становится напряженной, этого не скрывают и оборонные ведомства двух стран. К чему все идет?
— Сегодня события на линии соприкосновения азербайджанских и армянских войск в Нагорном Карабахе очень напоминают ситуацию 9-месячной давности, которая предшествовала событиям начала апреля этого года.
Тогда тоже очень резко увеличилась частота и интенсивность перестрелок на передовых позициях, перераставших со временем в артиллерийские дуэли. Обе стороны тогда несли потери в живой силе, вооружении и технике, и в один из дней у кого-то не выдержали нервы, и обе стороны получили четырехдневную эскалацию, в которой победа осталось за азербайджанскими военными.
Я не стану останавливаться на апрельских событиях, так как все они хорошо известны. Обе стороны понесли значительные потери, вызванные совершенно разными факторами — от недостатка технической оснащенности до недостатка воинской дисциплины, — но все это дает основание полагать, что новая фаза открытого вооруженного противостояния, если таковое случится в ближайшее время, будет не менее кровопролитной, что будет обусловлено не только военно-техническими, но и морально-психологическими факторами. Азербайджанские военные будут стараться доказать себе, своему народу и всему миру, что победа в апреле не была случайностью или результатом стечения обстоятельств, а армянские военные будут делать то же самое, стараясь доказать всем, и в первую очередь — себе, что апрельское поражение было случайным, и впредь ничего подобного с ними больше не повториться.
— Каков Ваш собственный сценарий развития событий?
— Если сегодняшняя ситуация на линии разграничения огня в Нагорном Карабахе перерастет в открытое вооруженное противостояние, чего лично мне очень не хотелось бы, то этот всплеск военной активности определит на среднесрочную перспективу, как дальше будут развиваться события внутри и вокруг нагорно-карабахского конфликта.
Бои, если они начнутся, будут сражением за моральное превосходство в этой войне: если победят азербайджанцы, то они получат сильнейший рычаг воздействия на Армению, после чего процесс деоккупации захваченных армянами земель будет иметь лавинообразный характер, но если верх одержат армяне, то существующая ситуация в нагорно-карабахском урегулировании затянется еще на годы. Если этот факт понимаю я, то и другие люди в высших эшелонах власти в Баку и Ереване понимают это не менее отчетливо. В сегодняшней ситуации любое масштабное военное столкновение, пусть даже и локального характера, для каждой из противоборствующих сторон окажется своеобразным «моментом истины», когда воочию обнаружатся потенциал и возможности каждой их них, когда станет понятно, что кем движет — отвага или бравада.
В этом смысле сейчас на плечи каждого военачальника, не важно армянского или азербайджанского, ложится двойной или даже тройной груз ответственности за будущее этой войны. И прежде чем отдать приказ о наступлении или атаке, он должен быть полностью уверен в себе, в своих офицерах и в своих войсках, поскольку любая ошибка в планировании боевых действий или в управлении войсками на поле боя будет фатальной.
Насколько я вижу, военный министр Азербайджана Закир Гасанов очень хорошо понимает все это, именно поэтому он сейчас находится инспекцией войск на линии фронта, проверяя и оценивая потенциал и возможности подчиненных ему сил.
Конечно, этот инспекторский смотр может быть связан и с проверкой перехода войск на эксплуатацию техники в зимний период, но он как-то очень странно совпал с обострением обстановки на линии соприкосновения войск враждующих сторон, а поэтому оценка оперативной обстановки и выработка мер реагирования на изменение ситуации все равно выходят на первый план. Сейчас уже не важно, кто первым начал раскручивать маховик эскалации военной напряженности, на повестку дня встает вопрос: начнутся ли бои по апрельскому сценарию или нет?
— Будет ли вмешательство России как в апреле?
— В Азербайджане меня часто спрашивают, какова будет реакция России, если война в Карабахе вновь возобновится? Мое видение реакции Москвы и Кремля на начало венных действий такое: пока боевые действия будут вестись внутри оккупированных азербайджанских территорий, власти России будут оказывать на официальный Баку политическое давление по дипломатическим каналам, особенно если речь будет идти об освобождении сугубо азербайджанских территорий, без перехода войсками административных границ бывшей НКАО СССР и самой Армении.
Москва не раз говорила, что Ереван должен отдать 5 или 7 районов, но если этого не происходит, то Баку их может вернуть себе силой. Пересечение границ вызовет более нервозную реакцию, к которой Азербайджану надо быть готовым.
Все сказанное выше — это мое частное мнение, которое может быть ошибочным. В свое оправдание могу сказать только то, что вероятность ошибки обусловлена недостатком объективной информации, на наличие которой в условиях военного времени, вряд ли приходится рассчитывать не просто гражданскому человеку, но еще вдобавок — гражданину иностранного государства. Выше я высказал итог своих общих рассуждений, свое ощущение ситуации, но ощущения, как и эмоции, очень часто бывают ошибочными из-за недостатка материала для анализа.
