Внешней политике США под руководством Барака Обамы недостает «красной нити». В своей вчерашней речи президент постарался объяснить, почему прагматизм в современном сложном мире вполне может быть преимуществом, и почему с военными авантюрами пора завязывать.
В те времена, когда Барак Обама только стремился стать самым могущественным человеком в мире, он считался большим просветителем. Однако за годы своего президентства он, похоже, растерял эту способность. И ни в одной другой области это не заметно так хорошо, как во внешней политике.
«Красная черта» в Сирии? Ее давно уже замело песком. Военный переворот? Где-то (например, в Таиланде) он недопустим, но где-то еще (например, в Египте) такое развитие событий не считается чем-то ужасным. Роль Америки в мире? Ее действия настолько зависят от ситуации, что складывается впечатление, будто это две разные Америки.
С учетом сложной политической обстановки, складывающейся сейчас в мире, наверное, не каждое из этих критических замечаний совершенно справедливо, но американской общественности кажется, что внешней политике Обамы недостает не «красных черт», а «красной нити». Это очень серьезный недостаток, если учитывать этакую идеалистическую риторику президента. Поэтому в своей вчерашней речи перед выпускниками военной академии в Вест-Пойнте президент постарался разъяснить свою позицию.
При этом, однако, в ней заметны некоторые противоречия. Так, Обама сказал, что Америка «всегда должна играть ведущую роль на международной арене. Если мы этого не сделаем, то это сделает кто-то другой». Кроме того, президент «всем существом» верит в «избранность» своей страны, которая дает ей право играть особенную роль в мировой политике.
В то же время президент постоянно добавлял различные «но» и «если». Так, по его словам, лидерство означает, в частности, сотрудничество с союзниками, а также использование дипломатии и санкций. Особенное положение Америки не означает, что отдельные страны могут ставить себя выше международно-правовых норм и заключенных договоров. И даже если США являются крупнейшей военной державой в мире, американцы должны понимать: «То, что у нас есть молот, еще не значит, что все проблемы вокруг являются гвоздями, по которым мы должны бить».
Если переводить эту доктрину под названием «Да, но…» на язык реальной политики, то она означает: Америка стала осторожнее и постарается в будущем не попадать в песок конфронтаций, в котором она рискует увязнуть. «Мы должны подвергать все наши действия простой проверке: в конечном итоге мы не должны создавать себе больше врагов, чем мы уничтожаем на поле боя». Надо сказать, что если бы администрация Джорджа Буша действовала столь же осторожно, то мир столкнулся бы с гораздо меньшим количеством проблем. «Со времен Второй мировой войны самые большие ошибки США допустили не из-за своей сдержанности, а из-за ввязывания в военные авантюры», — констатировал Обама.
Но если времена авантюр остались в прошлом, то что же придет на их место? Критики утверждают, что это будет медлительность. Обама же отвечает, что это будут прагматизм, сотрудничество и многогранность политики США. В качестве примера можно привести Египет: из интересов безопасности и по причине важности мирного договора между этой страной и Израилем сотрудничество с Каиром после насильственной смены власти там было решено не прекращать. В то же время Вашингтон, по словам Обамы, оказывает на египетские власти давление, чтобы те учитывали стремление народа к реформам.
В контексте украинского кризиса Обама с удовлетворением констатировал, что США проявили свое лидерство и встряхнули весь мир с тем, чтобы он сумел что-то противопоставить российской пропаганде. Результатом этого стали президентские выборы в минувшее воскресенье. С Ираном, благодаря санкциям и переговорам удалось достичь предварительного соглашения, за которым может последовать окончательное урегулирование конфликта по поводу его атомной программы.
«Когда возникают кризисы, трогающие нас за душу или ведущие мир в неправильном направлении, (…) мы не должны действовать в одиночку», — предостерег Обама. Возможно, этот, центральный аспект его речи указал на то, в каком направлении он будет развивать американскую внешнюю политику. По его словам, США должны быть лидерами, но при этом идти вместе с союзниками и ориентироваться по своеобразному «моральному компасу».
Но этот путь будет долгим, и, идя по нему, американцам нужно будет запастить терпением. А то, насколько быстро можно сбиться с этого пути и пойти в никуда, показывает конфликт в Сирии. Там не может быть «простых военных решений», констатировал Обама и заверил, что продолжит поддерживать оппозицию. Однако он не сказал ничего по поводу возможных поставок оружия, о которых в последние дни было довольно много спекуляций.
Таким образом, Обама упомянул в своей речи довольно много промежуточных достижений, но промолчал по поводу долгосрочных решений, которые можно было бы назвать его успехами, кроме вывода войск из Ирака и предстоящего ухода из Афганистана. Поэтому у его критиков по-прежнему есть поводы упрекать президента в том, что его прагматический идеализм не только сам по себе является противоречивым, но и скрывает его безразличие в вопросах внешней политики.
Однако будет ли это по-прежнему играть хоть какую-то роль ближе к концу второго президентского срока Обамы в 2017 году? «Мы снова сконцентрировались на важнейшем источнике американской силы: на растущей экономике, которая открывает для нас новые возможности», заявил президент в самом начале своей речи. Его посыл своим последователям заключается именно в этом, а не во внешней политике.
inosmi
