Саудовская Аравия способствовала распространению ваххабизма по всему миру и несет прямую ответственность за усиление «Исламского государства Ирака и Леванта», которое сегодня представляет угрозу и для нее самой.
Atlantico: Как пишет The Financial Times, после окончания холодной войны Саудовская Аравия финансировала множество ваххабитских школ и мечетей на Балканах. Тем самым она изменила местную суфистскую мусульманскую культуру, сместив ее в сторону радикального ваххабизма. В какой степени Саудовская Аравия в своем подходе к ваххабизму создала благоприятные условия для развития таких групп как «Исламское государство Ирака и Леванта»? Существуют ли какие-то исторические прецеденты?
Ален Родье: Саудовская Аравия начала финансировать радикальные исламистские группы во время войны против вторгнувшихся в Афганистан в 1979 году советских войск.
Целью было выдворить неверных из этой мусульманской страны. Все осуществлялось при поддержке пакистанцев, с которыми у Эр-Рияда всегда были прекрасные отношения. Тем не менее, впоследствии аравийцы оказали поддержку исламистским движениям, которые выступали против исламабадских властей. И эта помощь людям из племенных зон на северо-западе Пакистана действительно не раз использовалась в совершенно иных целях, чем было задумано спонсорами.
Кроме того, Эр-Рияду совершенно не понравилось, что контактировавший с саудовскими спецслужбами Усама бин Ладен «закусил удила» после войны. Нужно отметить, что его известность с тот момент была связана в первую очередь с близостью его семьи к саудовской королевской династии. Его «героическое» прошлое было всего лишь выдумкой, которая впоследствии легла в основу его легенды. В Эр-Рияде его объявили нежелательным элементом, и он нашел прибежище в Судане в 1993 году. Окончательный разрыв с властями произошел после того, как американцы получили опору в Саудовской Аравии во время войны в Персидском заливе 1990-1991 годов. Бин Ладен не понимал «реальной политики» королевской семьи, которая всячески продвигала ваххабизм, но в то же время терпела присутствие солдат-безбожников на святой земле.
Параллельно с этим Саудовская Аравия финансировала строительство мечетей по всему мусульманскому миру через благотворительные организации, чтобы тем самым расширить свое влияние и дать отпор Тегерану и «Братьям мусульманам», которые уже тогда воспринимались как соперники. Эти операции продолжаются по сей день, в том числе и на Западе. Нужно учитывать этот факт в подспудной борьбе Эр-Рияда против «Братьев-мусульман» (их присутствие особенно широко в Катаре).
В Сирии аравийцы быстро осознали опасность ИГИЛ и сформировали Исламский фронт, чтобы оказать ему противодействие. Нужно признать, что эта инициатива так и не увенчалась успехом, несмотря на развернувшуюся в 2013 году дезинформационную кампанию. В пропаганде мятежников утверждалось, что ИГИЛ отступает, хотя на самом деле движение занималось перегруппировкой сил и очень быстро расширило свое географическое присутствие. С тех пор оно перешло в наступление и, скорее всего, еще отвоюет новую территорию в стране. Дамаск тоже внес вклад в формирование ИГИЛ в тактических целях (для усиления разброда и ослабления мятежников он освободил пленных исламистов и не вел активных боев против движения) и сегодня горько об этом сожалеет. Сначала боевиков ИГИЛ не было в зонах, которые сирийский режим рассматривал как стратегические.
— Как халифат сегодня угрожает Саудовской Аравии?
— Как и «Аль-Каида», Исламское государство выступает против саудовской королевской семьи и утверждает, что она коррумпирована и выполняет приказы США и Израиля. Халиф Ибрагим стремится свергнуть династию, чтобы еще больше расширить свой халифат. Сегодня Саудовская Аравия не входит в число приоритетных целей халифата, которому в первую очередь нужно укрепить позиции на территории Сирии и Ирака. А в среднесрочной перспективе его больше интересуют Ливан, Иордания и Синай. На Синайском полуострове под прицелом могут оказаться египетский режим и Израиль: палестинская борьба, по всей видимости, имеет для халифа большое значение, хотя «Аль-Каида» никогда не проявляла к ней особого интереса. Проблема исламского государства в том, что «Аль-Каида» сохраняет прочные позиции в Йемене, который должен послужить передовой базой для завоевания Саудовской Аравии. Не исключено, что оно попытается потеснить действующие там исламистские силы, чтобы сыграть решающую роль в этой борьбе.
Не стоит забывать, что эта борьба окажется очень долгой. Понятие времени на Востоке не такое, как на Западе. Совсем еще маленькие дети в рядах Исламского государства — отнюдь не случайность. Они продолжат джихад своих отцов, которые даже не надеются увидеть окончание борьбы.
— Но не играет ли Саудовская Аравия с огнем, раз некоторые ее граждане финансируют халифат?
— Примерно год назад в Эр-Рияде решили осуждать тех, кто собирается вести джихад в Сирии без его на то согласия. Это относится как к боевикам, так и к спонсорам. Режим считает угрозу слишком серьезной, чтобы просто так закрыть на нее глаза. Кроме того, эти самые богатые спонсоры сейчас находятся по большей части в Кувейте, а не в Саудовской Аравии. Однако в любом случае далеко не все саудовские шейхи находятся под таким уж жестким контролем, и многие из них не испытывают особого уважения к королевской семье.
— Джихад самопровозглашенного халифа Абу Бакра аль-Багдади представляет собой угрозу для Саудовской Аравии в идеологическом плане. Как сильно ислам халифата отличается от ортодоксального ваххабизма Эр-Рияда?
— В идеологическом плане всего одно и то же. Эр-Рияд просто проявляет прагматизм. Разница между ваххабизмом и салафизмом очень мала.
— Какие еще существуют источники развития радикального ислама на Ближнем Востоке?
— Воинствующий радикальный ислам на Ближнем Востоке пользуется все меньшей поддержкой государственных инстанций, так как они понимают, что радикалы считают и их «коррумпированными». Цель международных экстремистов — свергнуть их. Тем не менее, частные лица все еще играют тут заметную роль. Исламское государство также получает немалый доход от захваченных им нефтяных установок.
— Какая роль отводится напряженности между шиитами и суннитами?
— В целом, сунниты ненавидят шиитов и считают их «вероотступниками», то есть предателями ислама. Нельзя сказать, что эти чувства взаимны, однако шииты посредством Ирана попытались расширить свое влияние в мире, что было очень плохо воспринято суннитами. Они ощутили направленную против них агрессию. Подобное ощущение страха — довольно обычное дело в истории.
— Как отразилась шиитская исламская революция в Иране 1979 года на поведении Саудовской Аравии? Что насчет вторжения в Ирак в 2003 году?
— Саудовская Аравия в штыки восприняла экспансионистские планы Ирана после революции 1979 года.
На самом деле его первой реакцией стала оборона. Но, как известно, лучшая защита — это нападение.
Американское вторжение в Ирак в 2003 году получило поддержку иранских разведслужб. Тегеранские власти были несказанно рады тому, что американцы завязли в иракском болоте (это ощутимо ослабило угрозу Вашингтона в отношении самого Ирана) и избавили их от старого врага Саддама Хусейна.
— США и Запад в целом давно являются союзниками Саудовской Аравии. Так не лежит ли на них часть ответственности за сложившуюся ситуацию?
— Ответственность за происходящее сегодня лежит на всех. Избирательная правозащитническая позиция Запада (разве кто-то хоть раз выражал беспокойство по поводу соблюдения демократических правил в Саудовской Аравии и странах Персидского залива?) привела к дестабилизации целого ряда государств. Западное руководство слишком часто поддается эмоциям, что не может служить основой для внешней политики. Как мне кажется, оно совершенно не задумывается о том, что ждет нас в долгосрочной перспективе.
Ален Родье (Alain Rodier) — директор Французского центра разведывательных исследований, специалист по исламскому терроризму и организованной преступности.
inosmi
