Важным политическим событием регионального масштаба, имеющим глубокий символический и практический подтекст, стал международный симпозиум «Золотая Орда как модель степной цивилизации: история, археология, культура, идентичность» в Астане, на котором с обширной речью выступил президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев.
Причем необходимо отметить, что Токаев далеко не впервые обращается к исторической тематике и последовательно пытается выстраивать политико-идеологическую связь между прошлым и настоящим, подчеркивая особую историческую преемственность современной казахстанской государственности. В данном случае обращение к наследию Золотой Орды и джучидской традиции стало продолжением линии на выявление исторической связи между современным Казахстаном и степной государственностью Золотой Орды.
Казахстан обладает самой сильной линией преемственности с Золотой Ордой, поскольку казахи являлись важной составной частью этого многонационального государства, исторически проживали в самом сердце Великой степи, а Казахское ханство, возникшее после распада Золотой Орды, во многом стало исторической предтечей современной казахстанской государственности. К слову сказать, именно Казахское ханство во многом продолжало политические и степные традиции ордынского государства спустя много лет после его распада. Именно Казахское ханство стало основой этнополитической консолидации казахов и важным этапом формирования казахской государственности.
В этом контексте одной из ключевых идеологических концепций современного Казахстана является выстраивание линии исторической преемственности от Золотой Орды к Казахскому ханству, а через него — к современному казахстанскому государству.
К большому сожалению, как это нередко бывает, история часто превращается в инструмент политической конъюнктуры и в разные исторические периоды переписывается в соответствии с интересами господствующего общественно-политического строя. Так произошло и с Золотой Ордой, которая в российский, а затем и в советский периоды преимущественно преподносилась как разрушительная сила, состоящая из «диких» кочевых племен, несущих соседним народам войны, разорение и культурный упадок посредством набегов и завоеваний.
Однако при более глубоком и детальном изучении исторических фактов становится очевидно, что подобное представление о Золотой Орде во многом носило искаженный и идеологизированный характер. Вот почему, по словам Токаева, «в Казахстане начался довольно активный процесс пересмотра устаревших догм и стереотипов, которые в угоду политическим амбициям низводят некогда могучие степные империи до статуса так называемых “недогосударств” и даже позиционируют кочевые народы как дикую, стихийную силу, вышедшую за рамки исторического контекста».
При этом принципиально важно, что казахстанский лидер призывает к участию в данном процессе историков, археологов и исследователей из разных стран. Тем самым Казахстан демонстрирует стремление не создавать очередную политизированную версию истории Орды исключительно под собственные идеологические задачи и не повторять ошибок прошлого, когда историческая наука нередко подменялась государственной конъюнктурой. История Золотой Орды является частью общего исторического наследия человечества и не должна превращаться в идеологическое оружие или инструмент противопоставления одних народов и государств другим.
Но не менее важно и то, что Казахстан, выстраивая мост между прошлым и настоящим, не замыкается исключительно на исторической тематике, а пытается связать ее и с будущим. В данном случае принципиально важно, чтобы история не воспринималась как архаика или музейный экспонат, а продолжала звучать современно и находила отражение в новых глобальных процессах.
Именно в этом контексте Касым-Жомарт Токаев отметил, что в эпоху глобализации, тотальной цифровизации и развития искусственного интеллекта особую актуальность приобретает новое прочтение концепции номадизма, которая сегодня находит свое отражение в феномене «цифровых кочевников». Фактически речь идет о попытке переосмыслить традиционную мобильность и открытость степной цивилизации уже применительно к реалиям XXI века, где ключевую роль начинают играть знания, технологии, гибкость мышления и способность быстро адаптироваться к меняющемуся миру.
Квинтэссенцией выступления Касым-Жомарта Токаева и, пожалуй, всей концепции современного прочтения номадизма через историческую призму стали слова о том, что история, как золотой мост, соединяющий народы, должна способствовать формированию справедливого и безопасного миропорядка. Фактически в данном случае речь идет о попытке вывести наследие Золотой Орды и Великой степи за рамки исключительно национального или регионального исторического нарратива, представив его как часть общего цивилизационного опыта Евразии, способного служить не инструментом разделения, а платформой для диалога, сотрудничества и взаимопонимания между народами.
