Визит в регион премьер-министра Италии Джорджи Мелони, названной президентом Токаевым «самым заметным политическим деятелем современности», видится не просто дипломатическим жестом, а стремлением застолбить за Римом Центральную Азию на фоне усилий Евросоюза прихватить ее (если не колонизировать на современный манер) для себя же. Но, несмотря на то, что у Мелони неважные отношения с рядом европейских лидеров, а «доверительные» — с президентом Трампом, вопрос – для кого она старается – исключительно для Рима, Брюсселя или Вашингтона? — представляется довольно интригующим.
В Астане состоялся первый саммит «Центральная Азия – Италия», в котором приняли участие президенты государств региона и итальянский премьер-министр Джорджа Мелони. Принимали ее более чем радушно, с восточным шармом и велеречивостью, что неудивительно – дама, хоть и молодая, но с достаточным «железным» имиджем, и в то же время – женственностью. Если не говорить о «высокой политике» и сойти на «бренную землю», подобный контраст выглядит довольно загадочно.
Визит Мелони в Центральную Азию начался с Самарканда. В аэропорту ее с роскошным букетом цветов встретил президент Узбекистана Шавкат Мирзиеев, и они отправились осматривать достопримечательности древнего города, в котором, в ходе визита Мелони, состоялась торжественная церемония присвоения одной из улиц Самарканда имени столицы Италии – Рима.
Напомним, летом 2023 года Мирзиеев находился с официальным визитом в Италии, где было подписано 11 межправительственных соглашений и заложены основы долгосрочного взаимодействия между двумя странами. Так что надо думать, визит Мелони в Узбекистан есть продолжение диалога между Римом и Ташкентом.
В ходе визита в РУз подписан ряд документов, наиболее «многоговорящих» из которых является соглашение о сотрудничестве в сфере критически важного сырья.
В Астане, и тоже прямо у трапа, Мелони с букетом встретил президент Казахстана Касым Жомарт Токаев – это был первый визит итальянского премьера в РК. И, повторимся, в ходе него состоялся первый саммит «ЦА – Италия». По его итогам была принята совместная декларация из 20 пунктов.
Токаев подчеркнул: «Для меня большая честь принимать вас в нашей столице Астане, вы первая женщина во главе правительства Италии за всю ее послевоенную историю. И по общему признанию всего мирового сообщества, вы являетесь выдающимся и, пожалуй, самым заметным политическим деятелем современности» (оценим этот комплимент).
Токаев также акцентировал внимание на том, за последние 20 лет Италия инвестировала в Казахстан почти восемь миллиардов долларов. Он заверил, что страны региона обладают большим потенциалом для увеличения поставок своей продукции в Европу. Более всего Токаеву, судя по его речи, перспективным и желательным видится «запуск совместных проектов, расширение линейки товаров прежде всего за счет не сырьевой продукции с высокой добавленной стоимостью».
В частности, Казахстан, сказал Токаев, может нарастить экспорт в Италию по более чем 100 товарным позициям на сумму 1 млрд долларов. Ну и, что стало уже рутинным, речь шла об углублении сотрудничества в энергетике: «… эта сфера традиционно выступает локомотивом казахстанско-итальянского партнерства».
«Наша страна, — напомнил Токаев, — входит в тройку крупнейших экспортеров нефти в Европейский союз. В прошлом году поставки казахстанской нефти на итальянский рынок превысили 30 млн тонн, что на 27% больше, чем годом ранее. При необходимости мы готовы нарастить текущие объемы».
Мирзиеев же выступил за наращивание многопланового практического взаимодействия между странами региона и Италией; запуск рабочих механизмов партнерства и обмен информацией спецслужб в борьбе с терроризмом, экстремизмом, радикализмом, наркотрафиком и незаконной миграцией.
«С учетом традиционно сильных позиций делового сообщества Италии в инновационном развитии страны, предложено запустить постоянную площадку для бизнес-диалога – Деловой клуб «Центральная Азия – Италия» под эгидой торгово-промышленных палат наших стран. Такие встречи с широким участием предпринимателей будут проходить ежегодно в столицах стран региона и Италии», — сообщил президент Узбекистана.
Приоритетными направлениями в кооперации с Италией он назвал глубокую переработку минеральных ресурсов и сельскохозяйственного сырья; выпуск современного оборудования для электротехнической, химической, текстильной, кожевенной, пищевой и других перерабатывающих отраслей; некоторые иные. И добавил, что для реализации проектов регионального значения в Ташкентском регионе создается специальный индустриальный парк под управлением европейского оператора.
Мелони ответила Токаеву комплиментом на комплимент, назвав его «одним из наиболее прагматичных лидеров, с которыми (ей) доводилось встречаться». О своем официальном визите в Казахстан она сказала, что считает его «не просто протокольным, но и весьма содержательным», а первый саммит «Центральная Азия – Италия» — «историческим моментом». «Я высоко ценю это событие», — подчеркнула премьер Италии.
Событие это действительно можно считать важным, а не просто «дипломатическим жестом» в свете того, что, во-первых, Европа резко и весьма активно заинтересовалась ресурсными возможностями всей Центральной Азии, а особенно – Казахстана и Узбекистана: достаточно сказать, что с Астаной подписано соглашение об углублении стратегического сотрудничества, включающего кооперацию казахстанских фондов, компаний и банков с итальянскими.
И Токаеву соответствующее решение – во вкусу: он инициировал создание единого исследовательского центра редкоземельных металлов в ЦА. Думается, этим предложением не преминут воспользоваться европейские, британские и американские корпорации – более того, они будут конкурировать на соответствующей ниве: как известно, ныне – бум на редкоземельные металлы и уран, а это надолго.
Уж не превращается ли Центральная Азия в подобие колониальной Африки, из которой европейцы выкачивали все, что было возможно – до тех пор, пока ряд стран «черного континента» не послал (в первую очередь – Францию) ко всем чертям. Процесс «отсылки», однако, не завершен.
«Мы готовы предложить итальянским компаниям благоприятные условия для совместной геологоразведки и добычи редкоземельных элементов и минералов, руководствуясь формулой – инвестиции и технологии в обмен на стратегическое сырье», – сказал Токаев.
Заметим, что те же французы не зевают в Казахстане и весьма активны в своих притязаниях на разработку месторождений лития, циркония, рутила, рения, не говоря уже об уране, путь к которому им закрыт в Африку.
И далеко небезынтересно, представляла ли Мелони в Центральной Азии только Италию или Евросоюз в целом. Если – последний, это наводит на мысль о привлечении Рима Брюсселем к формированию оси подчинения Центральной Азии совокупному европейскому капиталу (включая, разумеется, и политический).
Но более оправданным для Мелони, не ладящей с некоторыми европейски лидерами (и более всего – с президентом Макроном); нашедшей, так сказать, «серединную позицию» между Урсулой фон дер Ляйен и Дональдом Трампом, который, в свою очередь, в ладу с итальянским премьером, было бы действовать в ЦА исключительно с позиции Италии – не в роли пассивного наблюдателя и продвижения исключительно хотелок Брюсселя. То есть – максимально самостоятельно.
Но: регион тесно связан с Китаем и его инвестициями, Россией (более всего – в вопросах безопасности и трудовой миграции), Евросоюзом в целом и США. Можно сказать, что с саммитом «5+1» Рим несколько припозднился, его сильно опередили те же Пекин, Москва, Брюссель и Вашингтон, «саммитно», если не экспансионистически (не будем зарывать голову в песок) ринулись в Центральную Азию – с удвоенной энергией после начала украинской войны и утраты, в большей или меньшей степени, рычагов влияния на целые страны.
То есть, если «самая – самая» мировой политики, каковой Токаев представил Мелони, сделала бросок в Центральную Азию реально индивидуально, а не будто бы в формате «5+1», то поступила весьма дальновидно: ниша для Италии в Центральной Азии – найдется, особенно, если Рим подойдет к вопросу, по контрасту с Брюсселем и некоторыми иными, – мягко, и на четко взаимовыгодных условиях, в то время как ЕС усиленно милитаризируется (сейчас трудно представить, как будут развиваться отношения внутри союза и НАТО на российском направлении, и дойдет ли дело до войны между сторонами), однако совершенно очевидно теряет свой авторитет. Достаточно сказать, что на дипломатический саммит России и США в Саудовской Аравии ни один представитель Евросоюза не был приглашен, тогда как мероприятие было важнейшим для судьбы Европы – во всяком случае, последняя оценила его именно так.
Второй момент желательности для Италии не шагать четко в ногу с Брюсселем состоит в том, что далеко не все страны ЕС заинтересованы в скорейшем прекращении украинской войны, а Италия к таковым (пока, во всяком случае) не относится. Большой дипломатической силы и влияния в Евросоюзе у нее нет, однако она может появиться, в разумных пределах и при разумном управлении процессами, в Центральной Азии.
