Информация о том, что Баку подал заявку на членство в «девятке», вызвала мгновенную реакцию российских и западных СМИ – последние делают акцент на том, что произошло это сразу после визита Владимира Путина в АР, и, дескать, «дело нечисто». Однако тот факт, что президент Алиев не прогибается под внешним давлением в ущерб безопасности и благосостоянию своей страны, дает основание считать: вступление в БРИКС действительно выгодно и Азербайджану, и самому блоку.
Подача Азербайджаном заявки на вступление в БРИКС не должна была стать неожиданностью хотя бы потому, что на июльском (текущего года) пленарном заседании Х Парламентского форума организации в Санкт-Петербурге председатель Милли меджлиса АР Сахиба Гафарова заявила: «Азербайджан в своей внешней политике содействует диалогу, сотрудничеству и солидарности. Это касается и двусторонних отношений, и деятельности в рамках международных площадок. В частности, это касается и сотрудничества с БРИКС. Азербайджан уже выразил желание присоединиться к БРИКС».
Накануне визита президента Путина в Москву информацию подтвердил и посол АР в России Полад Бюльбюльоглу. Но, вероятно, вербальное антагонистов БРИКС не сильно напрягало: обычно до действенного проходит немало времени, за которое многое может измениться в геополитике. Но, как видим, Азербайджан не стал канителиться и предпринял задуманный шаг уже через месяц с небольшим после его официального анонсирования.
Россия – рада, думается, как и почти все государства блока, и особенно – Китай, с которым у АР подписана декларация о стратегическом партнерстве (с РФ – о союзническом взаимодействии). При этом Пекин заявляет, что желал бы видеть Азербайджан и в ШОС.
Первым, причем – мгновенно, на подачу заявки откликнулся в беседе с «Лента.ру» председатель комитета Совета Федерации по международным делам Григорий Карасин. «Мы приветствуем желание нашего дружественного Азербайджана участвовать в качестве полноправного члена в работе БРИКС. Будем и дальше способствовать тому, чтобы это свершилось, но еще пока не разработан четкий механизм приема новых членов БРИКС. Но я думаю, что в ближайшие годы это будет сделано», — сказал сенатор.
Надо ожидать, что вступление в блок не затянется, хоть ранее глава российского МИД Сергей Лавров и заявил, что БРИКС «берет паузу» в расширении. В настоящее время на членство в организации нацелены Беларусь, Казахстан, Бангладеш, Бахрейн, Боливия, Алжир, Венесуэла, Вьетнам, Гондурас, Зимбабве, Индонезия, Куба, Кувейт, Марокко, Нигерия, Никарагуа, Пакистан, Сирия, Таиланд, Уганда, Чад, Шри-Ланка, Экваториальная Гвинея, Эритрея и Южный Судан.
Особо подчеркнем, что о своем желании вступить в БРИКС сообщала и член НАТО – Турция, но до подачи ею заявки дело пока не дошло: тут могут быть сложности ввиду членства Анкары в Североатлантическом альянсе. По неофициальной информации, такое же тяготение к блоку Глобального юга есть еще у одного государства альянса – Венгрии. И, вероятно, не только у нее.
Но Азербайджан – особая, приоритетная для БРИКС страна. Об этом — ниже. Здесь же о том, кто состоит в действительных членах организации и что она из себя представляет.
БРИКС – это неформальное объединение девяти стран, включая ядерные державы – Россию, Китай, Индию, а также, Иран, Бразилию и другие. Ее главная декларированная цель — содействие экономическому росту стран-участниц. Двусторонние отношения между государствами БРИКС строятся на основе невмешательства, равенства и взаимной выгоды.
Россия, Китай, Индия и Бразилия входят в десятку крупнейших государств мира по численности населения, площади и ВВП. Общая территория стран БРИКС — 45 726 508 км², а общая численность населения – 3,5 млрд человек, то есть более трети мирового населения. Некоторые государства БРИКС являются также членами Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), в которой состоят четыре ядерные державы. Азербайджан и Турция имеют статус партнеров по диалогу с «десяткой», то есть Шанхайской организацией.
В целом же БРИКС ориентирован на широкий охват блоком стран Африки и Южной Америки.
Для чего Азербайджану членство в БРИКС? Во-первых, блок подходит Баку в контексте его инклюзивности – в первую очередь, политической, подразумевающей, в том числе, противостояние дискриминации, давлению и диктату внешних сил при принятии решений суверенным государством.
Во-вторых, БРИКС – это платформа, не разделяющая навязывания миру однополярности, однако не враждебная западным государствам и не включающая в себя военную компоненту.
Далее. На долю государств БРИКС приходится 20% азербайджанского экспорта (РФ и Китай — третьи и четвертые по величине торговые партнеры АР); и в блоковом формате у страны появятся дополнительные возможности для оперирования на быстрорастущем рынке (к тому же на государства БРИКС приходится 40% мировой добычи нефти и около четверти мирового экспорта товаров, причем, с большой вероятностью полноценной отвязки экспортно-импортных операций от доллара). То есть речь идет об укреплении национальных валют государств блока.
Участие Азербайджана в БРИКС также означает его возросшую активность в становлении Глобального юга, то есть в формировании нового миропорядка на более высоком уровне, успешно начатого Баку хотя бы его лидерством в антиколониальном движении и стойкости в отстаивании своих суверенных позиций не в ущерб безопасности других стран. А также активное участие в справедливом распределении глобальных ресурсов, к чему в целом стремятся страны Глобального юга, однако если у них это иногда и получается, то с большим трудом и рисками.
Привлекательность БРИКС для АР также состоит в том, что Запад никак не хочет понять и смириться с тем, что Азербайджан – сильное суверенное государство (резкие заявления Запада в отношении страны, победившей в Карабахской войне, и самодостаточной в углеводородном плане, который Запад не может контролировать); что с ним считаются даже серьезные оппоненты Глобального Севера – речь, преимущественно, о России, Китае, Иране и «несговорчивой» Турции. То есть с БРИКС Азербайджану проще найти общий язык.
Словом, вступлением в блок Баку нарастит свою мощь на международной арене и подаст «тревожный сигнал» ориентированным на подчинение Азербайджана: его суверенные позиции несокрушимы, и давить на республику, участвующую в серьезном международном формате, станет еще более затруднительным.
Для чего БРИКС членство Азербайджана? Во-первых, для повышения собственного авторитета на международном уровне – дескать, «в наших рядах прибыло» за счет самодостаточной углеводородной страны с высоким уровнем суверенитета; «локомотива» антиколониального движения.
Во-вторых, Азербайджан играет ключевую роль в регионе Южного Кавказа, Каспия, является, своего рода, его стабилизатором, что дает возможность БРИКС – как блоку – охватить соответствующий регион. А России – одной из ключевых стран блока — надеяться на то, что, по крайней мере от одного из участков ее южной границы ей не следует ждать неприятностей. Правда, не только из-за вступления Азербайджана в БРИКС.
Иран тоже хочет, чтобы «девятка», за счет АР, трансформировалась в «десятку», поскольку Тегеран тяготеет к формированию платформы Россия – Азербайджан – Иран, а нахождение в формате БРИКС может послужить «цементированию треугольника» на взаимовыгодных условиях и в разумных пределах.
Китай, как уже было сказано выше, договорился о стратегическом партнерстве с Баку, и ему крайне интересно продвижение проекта «Один пояс, один путь», в котором АР играет ключевую роль. Правда, в связи с членством Азербайджана в БРИКС может «возникнуть» Индия, однако ее возможное нахождение в меньшинстве видится преодолимым.
В-третьих, по территории Азербайджана проходят, во множестве своем, как водные, так и сухопутные пути — Север-Юг, Восток-Запад с различными ответвлениями и комбинациями. Так что отказываться от участия Азербайджана в БРИКС последнему абсолютно не выгодно.
Таким образом, членство Азербайджана в блоке дает сторонам уникальную возможность извлечь максимум профита от транзитных маршрутов, многообещающих, в том числе, в плане увеличения товарооборота и получения дивидендов от транзита.
Не будет ничего удивительного в том, когда разочаровавшись в западном векторе, видя успехи Азербайджана и выгоды, которые он получает и еще получит благодаря своей сбалансированной внешней политике и авторитету в мире, Армения не завтра, но и не в столь отдаленном будущем попросится в БРИКС.
Она уже упустила свой – причем, мирный шанс – на открытие Зангезурского коридора, оставшись вне игры, денег и имиджа «нужности». Между тем РА вполне могла бы стать участником одного из маршрутов Восток – Запад и Север – Юг. Вопрос – успеет ли Ереван запрыгнуть в уходящий «поезд», то есть привести себя, наконец, в адекватное геополитическим реалиям и соображениям практицизма, состояние.
Активное участие Азербайджана в переформатировании политических полюсов в пользу Глобального юга, укрепление собственного суверенитета и влияния в формате БРИКС (а дальше, возможно, и ШОС), может дорого обойтись стране. Запад считает оба формата антагонистичными ему, то есть «вражеским станом», так что риски для Баку велики. Но преодолевать их коллективно легче – даже когда имеешь серьезную поддержку в лице такого влиятельного и сильного игрока как Турция.
Реакция западной прессы на подачу Азербайджаном заявки в БРИКС, отражающей, чаще всего, позиции государств Глобального Севера, была, естественно, отрицательной. Для примера приведем выдержку из материала ВВС, говоря прямо – оплевавшей БРИКС.
Цитата: «Китай переформатировал аморфный клуб БРИКС в «анти-Запад» под единым и направляющим началом Китая и пригласил в него новых членов, включая богатые сырьевые страны Ближнего Востока, в надежде разделить бремя расходов. … члены БРИКС выступают единым фронтом только «против»: против мирового господства США и западных правил игры в мировой торговле, политике и безопасности. … «За» у каждого своё, поэтому БРИКС остается аморфным объединением очень разных стран: гигантов и малышей, демократий и автократий» — (удивительно, что британская корпорация, все же, усмотрела в БРИКС демократическую страну – прим. автора)».
Ждем дальнейшей реакции от доброжелателей и недругов Азербайджана. Она непременно будет, тема всплывет еще не раз, а также «ответ» на то, что Азербайджан «посмел».
Ирина Джорбенадзе
