Выборы, которые завершились в Иране победой сторонника мягкой линии по всем ключевым вопросам стратегической повестки, должны были развеять опасения Тегерана по поводу стабилизации положения внутри иранского общества. В последние годы власти ведут борьбу за усмирение части оппозиционных сил, которые стремятся добиться реальной демократизации и улучшения положения со свободами.
Вопрос кворума не случайно волновал всю верхушку во главе с духовным лидером Али Хаменеи. Перед вторым туром он открыто признал, что активность избирателей его озадачила. Из почти 62 миллионов граждан, обладающих правом голоса, меньше половины откликнулось на призыв властей прийти на избирательные участки. Таким образом, индифферентность граждан проявилась в полной мере, что прибавило головной боли правящему режиму.
Ставка во втором туре была сделана на Масуда Пезешкиана, который стал не только олицетворением перемен, но и надеждой на смену курса страны в сторону решения острых проблем. А их достаточно много для такой беспокойной системы, которая сформировалась из-за всевозможных внутренних и внешних потрясений.
Появление в кампании Пезешкиана такого откровенно либерально настроенного политика, как Джавад Зариф, добавило интриги во второй тур выборов, поскольку сторонники изменений успешно группируют силы и не скрывают своих козырей.
Масуд Пезешкиан открыто выступал за диалог с противниками Ирана, особенно по поводу его ядерной программы, и рассматривал свою готовность к контактам с заклятыми врагами как механизм для решения внутренних проблем. В недавнем правительстве Хасана Роухани именно глава внешнеполитического ведомства Зариф ратовал за эту линию, но был вынужден отступить из-за действий Дональда Трампа.
Преимущество Пезешкиана выразилось в том, что он не скрывал своей позиции, осуждая насилие и радикализм правого фланга, и открыто призывал к изменению системы, придерживаясь принципа, что ради спасения системы необходимо её ограничить. И что властям, в том числе верховному духовнику, об этом ничего не было известно? Конечно же, нет. Всё было известно, именно поэтому кандидатуру экс-министра здравоохранения в правительстве Мохаммада Хатами не отклонили на стадии отбора Советом целесообразности, который выявляет степень лояльности исламским канонам перед допуском к голосованию.
В победе Масуда Пезешкиана сошлись интересы клерикалов, правых, левых и реформаторов, которые понимали значимость выбора иранского народа на этом важном этапе судьбоносного выбора. Он как кандидат абсолютного большинства граждан страны состоялся. Можно сказать, что это же большинство сейчас чувствует себя в выигрыше, но делать далеко идущие выводы пока рано.
Касательно его личных качеств, он имел значительное преимущество среди той шестерки, которая была допущена к голосованию. Будучи этническим азербайджанцем, он имеет отношение и к курдской идентичности по линии матери, что значительно повысило его возможности среди народа. Не случайно, что в ходе первого тура его поддержали в трех азербайджанонаселенных провинциях — Белуджистане и Курдистане. Этнические меньшинства увидели в нём своего кандидата и охотно поддержали его.
Западные источники также указывают на его азербайджанское происхождение, подчеркивая, что этот фактор «может стать инициатором создания объединяющей силы в стране». На Западе знают о проблеме этнического сепаратизма в Иране и активно поддерживают его ради раскола иранского государства.
Прямая помощь Запада национально-освободительным движениям внутри Ирана осуществляется по суше, интернет-пространству и спутниковому телерадиовещанию. На это тратятся огромные средства. Провинции Систан-Белуджистан, Курдистан, Хузестан и другие считаются неспокойными из-за деятельности непримиримого подполья, которое вынашивает планы отсоединения, ведя даже вооруженную борьбу.
Власть устала от латентной борьбы, и сколько бы ни продолжалась тяжба на нескольких фронтах, положение едва удается стабилизировать. Внешние противники Ирана не скрывают, что надеются на подрыв устоев исламского режима изнутри. Делают попытки спровоцировать азербайджанский сепаратизм, хотя на северо-западе страны положение кардинально отличается от беспокойного белуджского юго-востока или арабского юго-запада.
Азербайджанцы Ирана — это отдельная тема, поскольку они воспринимаются на уровне титульной нации страны. То, что Масуд Пезешкиан говорит на азербайджанском языке, вплотную занимается вопросами этнических меньшинств Ирана, и пропагандирует обучение меньшинств на родных языках, не испугало Тегеран, а наоборот, подвигло властную силу предоставить большое поле свободомыслию выигравшего кандидата.
Победа Масуда Пезешкиана может способствовать диалогу между Ираном и западными государствами, а также создать условия для урегулирования внутрииранских неурядиц, которые серьёзно беспокоят властную силу. Социальные изменения стали своеобразной мечтой для чувствительных категорий. Обещания на этот счёт были озвучены победителем, и теперь ему будет стратегически важно работать над реализацией обещанных приоритетов.
CNN по свежим следам говорит о том, что дилемма вокруг Израиля может стать головной болью для нового президента. Градус противостояния с Тель-Авивом только нарастает, и если Израиль начнет военную кампанию против ливанской «Хезболлы», Пезешкиану нелегко будет устоять перед напором своих радикальных сил. Ему точно придется проявить изобретательность, чтобы уберечь страну от фатальной войны. Американский телеканал считает, что президенту не удастся изменить критическую траекторию в отношении Израиля, и, возможно, придется воспользоваться минимальным шансом на нейтрализацию огромного риска.
На Западе не ждут ничего хорошего от итогов иранских выборов, понимая, что последнее слово все равно остается за Али Хаменеи. Но ссылаются на то, что в случае победы радикала Саида Джалили напряженность вокруг Ирана только бы возросла.
В плане реализации региональной политики Пезешкиан, скорее всего, пойдет путем погибшего в вертолете Ибрахима Раиси, который осознал бессмысленность конфронтации с ближайшими соседями, включая Азербайджан. В контактах с Баку предшественник Пезешкиана вообще настроился на неформальное сближение, осознав, что партнерство с северным соседом не только является благом, но и представляет собой универсальный выход на новый уровень сосуществования.
Масуду Пезешкиану придется начинать решение многих вопросов с чистого листа. Если вспомнить, что он искушен в политике и имеет большой опыт противоборства с внутренними оппонентами, то можно прийти к заключению, что новому президенту удастся снять напряжение с многих застарелых проблем страны. Собственно, для этого его и выбрали утомленные сограждане, понимающие, что без борьбы не бывает побед.
Тофик Аббасов
