Как утверждают знающие люди, до последнего времени безусловным лидером в области «угрожающих» видеороликов считался Ким Чен Ын. Затем это политическое ремесло стали осваивать в Москве. Теперь же в центре внимания — «угрожающая кинематография» иранского производства. Накануне провокационных учений на южном берегу Азаза иранские телеканалы транслировали угрожающие ролики в адрес нашей страны. Теперь же в соцсетях активно «постят» мультфильм, где иранские БПЛА «Шахед» атакуют нефтезавод «Арамко» в Саудовской Аравии.
То, что отношения Ирана и Эр-Рияда уже давно «натянуты» до предела, ни для кого не секрет. Две страны открыто соперничают за влияние в Персидском Заливе, они уже ведут по крайней мере одну «прокси-войну» — в Йемене, где Иран поддерживает повстанцев-хуситов, а Саудовская Аравия — правительство страны. Причем хуситы не раз атаковали и саудовскую нефтяную индустрию, и даже крупные гражданские аэропорты — разумеется, оружием, «любезно предоставленным» Ираном.
Но куда менее известно другое. Иран открыто использует в своей политике еще и паломничество.
А здесь нужны подробности. Паломничество в Мекку — хадж — является в исламе одним из пяти столпов веры, столь же важным, как ежедневная молитва, пост в Рамадан или закят — пожертвования на нужды общины. Но это не останавливает иранских «благочестивых» муллократов от провокационной игры даже в этой во всех смыслах священной сфере. Был ли Иран причастен напрямую к мятежу Джухеймана аль-Отейби в Мекке в 1979 году, когда повстанцы захватили и достаточно долго удерживали главную мечеть — Аль-Харам аш-Шариф — есть разные мнения. Но в 1987 году иранские паломники устраивают во время хаджа политическую демонстрацию и вступают в открытые столкновения с силами безопасности Саудовской Аравии. Тогда погибло не менее 400 человек. Иран подозревали и в причастности ко взрыву двух бомб во время хаджа 1989 года.
Но есть еще одна сторона вопроса. Тегеран всячески «раскручивает» свою «альтернативу хаджу» — паломничество «Арбаин», посещение свящённых для шиитов городов Кербела и Эн-Наджаф на сороковой день после очередной годовщины гибели имама Хусейна. Паломники из всех уголков Ирана отправляются к границе с Ираком, а оттуда — в священные для шиитов города. Более того, именно Иран организует это паломничество и для граждан «третьих стран».
Религия, паломничество, религиозный долг — сфера очень и очень деликатная, и здесь многое зависит от личных убеждений каждого. Но одно дело — личное стремление паломников совершить «Арбаин». И совсем другое —попытки властей Ирана «раскручивать» это паломничество «в пику» Саудовской Аравии. Что только усиливает рознь между приверженцами различных направлений в исламе. А это не только теологические споры — во многих странах эта рознь доходит до вооружённых столкновений и терактов.
И это еще не все. Поговорку «и паломничество, и торговля» придумали еще несколько веков назад. Конечно, за это время изменилось многое. Но, как напоминают знающие люди, паломничество — это еще и бизнес. Причем большой. В той же Саудовской Аравии есть отдельное Министерство хаджа. В Иране «министерства Арбаина», конечно, нет. Но какие доходы в казну ИРИ приносит паломничество и в священные города самого Ирана — Мешхед и Кум, и в иранские Эн-Неджеф и Кербелу, которым «рулит» тоже иранская религиозная верхушка — вопрос, который стоит того, чтобы его озвучить. И тем более небезынтересно узнать, на что тратятся эти самые доходы. На благотворительность? Или на спонсирование многочисленных радикальных и террористических группировок, действующих под иранским патронажем? «Арбаин», если кто не понял, курирует все та же «муллократия», и она же занимается финансовой помощью «Хезболлах», «Исламскому джихаду» и прочим подобного рода группировкам. И уж точно превратила религиозные чувства шиитов в доходный и далеко не святой бизнес.
И это, будем реалистами, прямой результат ситуации, когда святоши получают слишком много власти за воротами храма.
Экспертная группа Minval.az
