Президент России Владимир Путин озвучил в своем обращении тезисы, которые вполне можно назвать ожидаемыми. Обвинил Запад в стремлении расколоть Россию так же, как это произошло с СССР. Обещал поддержать «решение», которое примут жители Донбасса, Запорожской и Херсконской областей, где РФ, напомним, уже анонсировала «референдумы», а мировые лидеры уже назвали эти «референдумы» незаконными и обещали их не признавать.
Но самое главное, президент России объявил, что для защиты РФ, ее суверенитета и целостности считает необходимым проведение «частичной мобилизации». Она начнётся уже сегодня, и минобороны даны соответствующие поручения. А в конце заверил, что Россия при угрозе своей территориальной целостности использует «все имеющиеся в нашем распоряжении средства, это не блеф». Слова «ядерное оружие» произнесены не были, но намёк получился вполне прозрачным. Более того, как раз накануне о ядерной войне визжала в эфире мадам Симоньян. И даже президент Беларуси Александр Лукашенко назвал сложившуюся ситуацию «очень плохой».
А теперь подробнее. Намёк на использование ядерного оружия, судя по всему, адресован не столько Украине, сколько ее западным союзникам — с тем, чтобы заставить их прекратить помощь Киеву. В Москве уже знакомы с эффективностью не только «Джавелинов», но и «Хаймарсов», и по понятным причинам хотели бы вернуть войну в Украине к формату региональных конфликтов начала девяностых. Тем более примечательно, что «по горячим следам» обращения Путина уже на Западе нет ожидаемой «ядерной паники», притом что основные тезисы этого обращения, судя по всему, были известны западным разведкам до того, как оно прозвучало. Наконец, за время украинской войны Россия уже не раз грозила ядерным оружием, но команды «стоять-бояться» из этого явно не получалось. Шансы, что получится теперь, тоже не стоит переоценивать. А это уже создаёт существенный риск перерастания украинской войны в полномасштабную «четвертую мировую» (третья закончилась, не начавшись, распадом СССР). Тем более что вторая мировая тоже начиналась как цепь локальных конфликтов: Гражданская война в Испании, «аншлюс» Австрии, раздел Чехословакии, нападение на Польшу…
Но это хоть и пугающий, но все же прогноз. А пока что главной «практической» новость остаётся объявленная в России частичная мобилизация. Которая явно свидетельствует о серьезных «подвижках» и не оставляет сомнений: война входит в решающую фазу.
Намеренно не станем отпускать ироничных шпилек, что 24 февраля планировался «Киев за три дня», а сегодня цели «спецоперации» ужались до «освобождения Донбасса», и даже не станем спрашивать, надо ли так понимать, что теперь частью Донбасса объявлены Херсон и Запорожье, или же эти регионы, несмотря на обещанные «референдумы», Москва не очень-то рассчитывает удержать. «Референдумы» и очередное «возвращение в родную гавань» в нынешней ситуации должны изменить баланс общественного мнения на фоне такой крайне непопулярной меры, как мобилизация. Пусть и частичная.
Здесь нужно пояснение. Как уверены военные эксперты, такая мера — верный сигнал, что дела на фронте у РФ идут не очень (если на этот счет еще оставались сомнения), что призывников, кадровых военных и «добровольцев-контрактников», даже с учетом переброски частей с Дальнего Востока, не хватает, и в «топку» войны приходится бросать десятки и сотни тысяч новых солдат. А это уже как минимум повод усомниться в тех цифрах потерь, которые озвучил сегодня Сергей Шойгу — при пяти тысячах погибших 300 тысяч под ружьё не ставят.
Понятно и другое. Конечно, мобилизация мобилизации рознь. И можно постараться убедить себя, что это не будет отправка под пули людей, растерявших все «армейские» навыки после службы, а четкий и профессиональный сценарий с призывом в соответствии с военно-учётной специальностью, переподготовкой и т.д. Но в нынешней ситуации, когда даже кадровая армия не демонстрирует на линии фронта ожидаемого профессионализма, а «партизаны», то есть проходящие переподготовку резервисты, еще в советской армии превратились в персонажей анекдотов, в такой благостный сценарий не очень-то верится.
И тем более не верится, что граждане РФ пойдут сегодня осаждать военкоматы и записываться добровольцами на фронт, как это было в Азербайджане в первые дни 44-дневной войны. Во-первых, такие «всплески» случаются, если действительно напали на твою страну, а не при неудачной попытке расширить территорию за счет соседей. Во-вторых, даже на ура-патриотизм можно рассчитывать в начале войны, а не через семь месяцев.
Вряд ли случайно, что накануне обращения Путина в Госдуме РФ начали обсуждать поправки об ужесточении ответственности за дезертирство и уклонение от призыва. А как утверждают российские оппозиционные ТГ-каналы, запросы в Google «как откосить от армии» и «как уехать из России» начали бить рекорды популярности еще в тот период, когда обращение Владимира Путина только анонсировалось. Теперь же в соцсетях активно обсуждают слухи о том, что за границу России не выпускают мужчин боеспособного возраста, что «Аэрофлот» не продаёт билеты без справки из военкомата о разрешении на выезд, что, наконец, раскуплены все билеты на Стамбул и Ереван. Впрочем, насколько надежным является в этом случае Ереван — вопрос открытый.
Армения в своё время договаривалась с РФ об «отлове» собственных дезертиров на российских просторах, и теперь Никол Воваевич вполне может ответить взаимностью. Но это уже отдельная тема. Важно другое. Сегодня многим российским любителям малевать букву Z на майках и автомобилях придут повестки в армию. А выступать в поддержку «спецоперации» на диване и самому идти под ракеты «Байрактаров» — это, как говорят в Одессе, «две большие разницы». О падении популярности войны в России заговорили еще в марте-апреле. Теперь же этот процесс вполне может приобрести «обвальный» характер. И анонсированное Госдумой ужесточение наказания за дезертирство и уклонение от призыва может и не помочь выиграть «украинскую войну» в российском общественном мнении. И вот тут уже последствия могут оказаться действительно труднопрогнозируемыми.
Нурани
