На Кельбаджарском участке армяно-азербайджанской государственной границы вновь неспокойно. ВС Армении дважды за сутки подвергли обстрелу азербайджанские позиции. Обошлось без потерь, но такая интенсивность «беспокоящего огня» с момента окончания 44-дневной войны фиксируется впервые. Стреляли и накануне — 10 июня.
Примечателен и фон. Игру с огнем на границе Армения устроила как раз в то время, когда исполняющий обязанности ее премьер-министра и, соответственно, верховного главнокомандующего Никол Пашинян предложил свой «план урегулирования» ситуации на границе. Согласно ему, на участке от золотого рудника Сейюдлю («Зодский рудник») и до села Хознавар в Армении (с азербайджанской стороны здесь находится село Гарыгышлаг) и Ереван, и Баку «зеркально» отводят войска, на границе встают российские миротворцы, а потом уже Минская группа проводит демаркацию. И как это понимать? С одной стороны, Никол Воваевич предлагает некий «мирный план», а с другой, подчиненная ему же армия устраивает вооруженные провокации? А еще на территорию Кельбаджарского района пытаются «просочиться» очередные диверсанты? И это не считая оставленных при бегстве мин? Что происходит?
Между тем ларчик открывается просто. И провокационные игры на границе, и то, что в АрмСМИ пышно именуется «мирным планом Пашиняна», служит одной и той же цели, пусть и в классической комбинации «доброго и злого полицейского»: держать границу Азербайджана и Армении в состоянии конфликта с периодическими обострениями. А еще — всеми силами тормозить восстановление Кельбаджарского района. Периодические обстрелы и попытки инфильтрации диверсионных групп имеют здесь понятное прочтение. «Мирный план» Пашиняна — задумка чуть похитрее, но с той же целью. На границе разворачиваются не пограничники, а миротворцы. А за демаркацию берется Минская группа, которая уже вела безрезультатные переговоры в течение 30 лет. И, наконец, даже беглый анализ материалов СМИ и экспертного сообщества Армении не оставляет сомнений: от претензий на Кельбаджар там и не думают отказываться. А Никола Воваевича обвиняют в том, что его мирный план означает «отказ от Карвачара», как в Армении именуют Кельбаджарский район.
И столь пристальное внимание именно к этому региону вполне объяснимо. Кельбаджар — это прежде всего месторождения золота, включая Сейюдлю. Потеря одного только этого рудника уже бьет по интересам Армении. И это не считая судебных исков — и от недавних партнеров, и от Азербайджана — за разграбление природных богатств. В Кельбаджарском районе во время оккупации активно строились малые ГЭС. А Армения еще до второй карабахской войны столкнулась с дефицитом генерации в своей энергетике. Теперь же председатель Комиссии по регулированию общественных услуг Гарегин Баграмян в беседе с журналистами жалуется: в Армению предусматривалось экспортировать из Карабаха около 300-330 мегаватт электроэнергии, однако после войны электроэнергия не экспортируется. Добавим от себя: ее приходится импортировать. Наконец, Кельбаджарский район — это еще и дорога Агдере-Кельбаджар-Варденис (Басаркечар), с которой тоже не хочется расставаться. И в результате здесь пытаются разыграть классическую схему «плохого и хорошего полицейского». Тем более что Армения в прошлые годы не так уж и редко пыталась сорвать при помощи военных провокаций невыгодные для себя политические и дипломатические «подвижки».
Только вот… не забыли ли в Ереване, что Армения совсем недавно проиграла войну? Что она просто не располагает сегодня боеспособной армией? Что ее многочисленные потенциальные союзники так и не пришли ей на помощь? И задумались ли здесь, какими будут последствия, если Армения «заиграется с огнем» на кельбаджарском участке границы с Азербайджаном?
Так что остается только посоветовать армянским стратегам почаще пересматривать азербайджанскую военную хронику. И держать в голове, что на провокации армянских «зинворов» армия Азербайджана будет отвечать не только пинками.
Нурани, обозреватель
