Стремительно развивающиеся события в Беларуси и вовлеченность в них членов НАТО – Польши и стран Балтии, а также Украины (кандидата в членство), находятся в центре пристального внимания военно-политического руководства России.
Не случайно, что на фоне белорусских событий, министр обороны Шойгу привлек внимание к возрастающей военной активности Альянса по всему периметру российских границ. Цель нового этапа гибридной стратегии НАТО на «дуге напряженности» от Балтийского моря до гор Малого Кавказа – ввязывание России в перманентные и бессрочные прокси-конфликты, поглощающие ресурсы страны, представляющие идеальный повод для новых анти-российских санкций и параллельное ослабление влияния Москвы в пост-советских республиках, отмечает Антон Курашкин на страницах издания «Московский комсомолец».
Реализация нового этапа «сдерживания России» на западных границах происходит по «восточно – украинскому» сценарию – с плацдармом в пост-советской стране и со вторым эшелоном поддержки напряженности в лице собственно членов НАТО — Польши, Румынии, Болгарии.
С южных гор до северных морей
По иному разворачиваются события в Закавказье. Наиболее взрывоопасным конфликтом здесь остается нагорно-карабахский, стороны которого — Армения и Азербайджан — не входят в НАТО. Однако нерешенность конфликта и периодическая эскалация его военной составляющей, повышают степень военно-политического вовлечения в регион другого члена НАТО – Турции. При всех имеющихся в двусторонних отношениях противоречиях и во многом благодаря личной гарантии лидеров двух стран, Турция на сегодня является чуть ли не единственной страной Альянса, остающейся для России предсказуемым и договороспособным соседом на южном участке пресловутой дуги нестабильности.
Соответственно, и сценарий нагнетания напряженности приобретает отличную от «западного фронта» интригу. В качестве триггера июльской эскалации, была выбрана не линия соприкосновения в Нагорном Карабахе, а участок армяно-азербайджанской границы, находящийся вблизи от экспортных азербайджанских трубопроводов. Как раз тех самых, которые покрывают треть потребностей в газе энергозависимой Турции, предсказуемо предложившей «братскому Азербайджану поддержку любыми средствами». При этом официальный Ереван, используя формальный повод эскалации на межгосударственной границе, обратился за помощью к ОДКБ. Взвешенная позиция Кремля в июле не позволила ситуации перерасти в региональный конфликт с участием России и Турции. Более того, Москва, по всей видимости, просчитала истинные намерения своего союзника по ОДКБ. Так, в интервью газете «Труд», российский министр иностранных дел Лавров охарактеризовал в качестве катализатора эскалации именно «решение армянской стороны реанимировать старый приграничный КПП, расположенный в 15 км от экспортных азербайджанских трубопроводов».
Однако попытки противопоставить Россию и Турцию на ключевом участке южных рубежей этим не ограничились. Очередной каплей масла в огонь, по образному выражению Лаврова, «перегретого публичного пространства», стало заявление министра обороны Армении Д.Тонояна, о том, что у России и Армении «почти одинаковые противники». Сделанное в ходе официального визита в Москву, данное заявление преследует далеко идущие цели. Под прикрытием союзнических гарантий собственной безопасности, фактически реализуется стратегическая установка западных спонсоров армянской власти на вовлечение Москвы в затяжные и затратные прокси – конфликты с членами НАТО «от Балтики до Кавказа». О деталях этой установки недвусмысленно говорится, в частности, в плане НАТО известном как «четыре по тридцать».
Шея, вертящая головой
В большой игре, рассчитанной на стратегическое ослабление России, Пашинян даже пошел на тактическое смягчение видимой части антироссийской политики, целенаправленно проводившейся им последние два года. Так, сразу после июльской эскалации, армянские власти отозвали финансовые претензии в отношении Южно-Кавказской железной дороги, являющейся «дочкой» РЖД. А вице-спикер армянского парламента от пашиняновской фракции А.Симонян демонстративно обозвал Сороса «псом».
Но как справедливо заметил еще Г.Киссинджер, «великие державы не жертвуют собой ради союзников». Тем более – тех, чья надежность вызывает большие сомнения. Во-первых, при всех косметических уловках и под демонстративные анти-соросовские выпады, продолжается курс на внедрение в госаппарат, особенно, в сферу безопасности, питомцев отца «цветных революций». Так, главой нацбезопасности стал 29 летний А.Кярамян, начавший свою деятельности с негласной люстрацию «про-российских» кадров. Секретарем Совбеза Армении назначен бывший директор местного отделения Transparency International А.Григорян, а Следственную Службы возглавляет брат руководителя Фонда Сороса в Армении. И это список можно продолжить.
Во-вторых, говоря об общности противников, армянский министр явно подразумевает одностороннюю поддержку России. Сама Армения, к примеру, не только не считает НАТО противником, а напротив –активно вовлечена в учения Альянса, в том числе — на театре пресловутой дуги напряженности вокруг российских границ. Кроме того, армянские военные контингенты участвуют в натовских миссиях в Косово и Афганистане, в Ереване расположен Информационный центр НАТО и, именно, НАТО реализует в Армении программу по усовершенствованию управления вооруженными силами и борьбе с коррупцией. Армения даже отказалась выступить против провокационных резолюций, инициированных Грузией в ООН, в которых Россия упоминается не иначе как «агрессор».
Непредсказуемость политики Н.Пашиняна проявляется и в отношении предложенного Россией подхода к, собственно, переговорам по нагорно-карабахскому урегулированию, очерченному еще весной в заявлении Лаврова о том, что на столе переговоров — поэтапный вариант. В ответ — из армянского МИД последовал демарш, фактически дезавуировавший Лаврова.
Таким образом, если следовать логике Тонояна, России предлагается — потеря Азербайджана как стратегического партнера, и перспектива вовлечения в прокси-конфликт с наиболее дееспособным в военном плане членом НАТО — Турцией. При этом, российское влияние в Закавказье попадает в зависимость от Армении и ее непредсказуемого премьера. А у Еревана оказываются развязаны руки для выполнения стратегической установки западных спонсоров на окончательное обнуление влияния России в Закавказье. Ведь именно синхронизация политики России в Закавказье с Азербайджаном предоставляла Кремлю эффективный рычаг влияния на непредсказуемого Пашиняна, что продемонстрировал и опыт «июльской эскалации», холодным душем заставившей «цветную власть» Армении отступить от наиболее одиозных анти-российских акций.
Все это как раз и ложится в логику выбивания стабильных партнеров России по периметру противостояния с НАТО, способствуя сценариям Альянса по превращению дуги напряжённости в дугу «прокси войн». Первые результаты реализации этой стратегии уже очевидны — раздражение Баку и ответные широкомасштабные азербайджано- турецкие военные учения.
Для предотвращения этого самого невыгодного для России сценария, необходимы четкие сигналы о недопустимости злоупотребления союзническими отношениями и дистанцирование от одиозных заявлений Еревана. А самое главное, настало время активизации посреднической роли России, нацеленной на урегулирование нагорно-карабахского конфликта и стратегическую нейтрализацию попыток использования этого очага напряженности на важнейшем участке разворачивающейся масштабной геостратегической игры.
