«Братиславский раунд» карабахского урегулирования сорван — теперь, к сожалению, об этом можно говорить как о свершившемся факте. Причем, как это уже не раз бывало, произошло это по вине армянской стороны. Вначале «шашлычная недодиктатура», напомним, сорвала обмен военнопленными по принципу «всех на всех». Министр иностранных дел Армении Зограб Мнацаканян, который уже капризно требовал включить в переговоры представителей созданного Арменией в Карабахе оккупационного режима, вновь отличился. На сей раз сей субъект умудрился обвинить Азербайджан в «оккупации» своей собственной территории. По версии Мнацаканяна, оказывается, «основополагающим принципом и основой» для мирного урегулирования должно стать «неотъемлемое право народа Карабаха на самоопределение». Столь впечатляющей ревизией международного права Зограб Грачевич не ограничился и решил напомнить собравшимся «о ситуации на территориях Карабаха, которые сейчас находятся под оккупацией Азербайджана, где армяне подверглись этническим чисткам, и которые были полностью заселены азербайджанцами».
Господину Мнацаканяну, конечно, нелишне прослушать курс лекций по реальной истории Карабаха — и новейшей, и XII-XVIII веков. И заодно еще внимательно изучить карту мира, в особенности Южного Кавказа. Тогда, быть может, министр восполнил бы пробелы в знаниях и уяснил для себя, где проходят международно признанные границы, кто кого оккупирует и кто проводил в регионе «этнические чистки».
Только вот дело не только в уровне личной эрудиции и квалификации господина Мнацаканяна, который, напомним, занимает в Армении пост министра иностранных дел. Тем более что на дипломатической арене его страна терпит очередное поражение. Азербайджан, напомним, уже в ходе «обменного пресс-тура» задействовал механизм диалога азербайджанской и армянской общин Карабаха, что оказалось для Иревана полной неожиданностью и настоящим дипломатическим шоком. Давид Бабаян, именующий себя «пресс-секретарем президента Нагорного Карабаха», уже, пардон, заверещал на страницах армянских газет, что «перевод контактов на уровень «межобщинного диалога» для нас неприемлем и исключен». Самое время, получив «дипломатический хук», обижаться и «переворачивать доску».
Только вот тут есть тонкости. Прежде всего, Армения сорвала российскую гуманитарную инициативу по обмену пленными, о которой еще с апреля говорил Сергей Лавров и о чем сообщали РосСМИ, особо подчеркивая, что Азербайджан уже дал согласие на обмен «всех на всех». Более того, нынешний раунд переговоров, как показали последние визиты Лаврова и в Иреван, и в Баку, тоже проходил при российском посредничестве. И как теперь понимать логику Иревана, который это посредничество, в частности и переговоры, вообще просто торпедирует?
Не исключено, что такое происходит по банальному недомыслию (история с судебной атакой на действующего генсека ОДКБ Хачатурова — пример на все времена). Тем более имеет право на существование версия, что такое торпедирование переговоров — это месть Иревана за несомненный успех Азербайджана на российском поле в вопросе Гарегина Нжде. Культ вокруг этого гитлеровского пособника, напомним, превращается во все более серьезную проблему армяно-российских отношений. Но точно так же не исключено, что в Иреване уверены: Россия свой «форпост» ни при каком раскладе не обидит. Так или иначе, после выходок Мнацаканяна мяч на российской половине поля. И теперь уже многое будет зависеть от реакции Москвы на армянские дипломатические кульбиты. Тем более что Лавров вместе с главами делегаций США и Франции на СМИД ОБСЕ подписал заявление, авторы которого призвали стороны к «добросовестным переговорам» и заявил, что статус-кво неприемлем.
Но куда важнее другое. Армения, сорвав переговоры в Братиславе, не только продемонстрировала свою недоговороспособность. Сегодня под вопросом само по себе ее выживание как независимого государства.
Здесь, пожалуй, не обойтись без ретроспективы, как бы даже не имеющей прямого отношения к Азербайджану. В XIX веке там, где сходятся Средний Восток и Средняя Азия, с юга расширяла свои владения, точнее, земли Британской Индии, британская корона, с севера — Российская империя. В то, что рано или поздно обе великие империи войдут в соприкосновение, ни у кого не вызывало сомнений — как и то, что это соприкосновение обернется войной. Но так как война не входила в планы ни Лондона, ни Санкт-Петербурга, вопрос решили традиционным путем — выкроили «буферное государство» в лице Афганистана. Эту свою роль Афганистан исправно играл до середины ХХ века. А потом, после того, как на месте Британской Индии возникли независимые Индия и Пакистан, нужда в прежнем «буфере» отпала». И уже в 1951 году в британском Форин-офисе обсуждали идею, не следует ли попросту разделить Афганистан между СССР и Пакистаном по хребту Гиндукуш, потому как эта страна по сути дела представляет собой конгломерат областей, не связанных между собой ни исторически, ни экономически. Север Афганистана — это часть Центральной Азии, где большинство населения составляют таджики и узбеки, юг— Пуштунистан, часть которого находится в составе Пакистана…Тогда в Лондоне от реализации этой идеи отказались — она обещала слишком уж впечатляющую «головную боль». Но вот Афганистан уже в семидесятые годы, еще задолго до советского вторжения, накрывает волна внутренней нестабильности. Быстрого выхода из которой не просматривается и сегодня. И на фоне всей этой кровавой вакханалии уже не получается надежно отогнать от себя мысль, что британский план раздела Афганистана и возвращения к исторически сложившимся границам «доколониальной» эпохи все же нес в себе некое рациональное зерно и позволил бы избежать многих жертв.
Армения, конечно, не Афганистан. Но она, напомним в который уже раз, тоже создавалась под внешний «заказ» — в качестве российского христианского форпоста на землях азербайджанского Эриванского ханства, куда в массовом порядке переселяли этнических армян из Персии и Османской Империи. Потом ей отводилась роль инструмента территориальных притязаний к соседям. Отсюда — и раздувание антитурецкой истерии, и «этнические чистки» коренного азербайджанского населения.
Но теперь ситуация изменилась. Агрессивная Армения представляет собой реальную угрозу региональной безопасности. Эта страна продолжает оккупацию азербайджанского Карабаха и еще предъявляет претензии на Нахчыван. У Грузии иреванские бонзы мечтают оттяпать Джавахетию. Не сняты с повестки дня притязания на турецкую Восточную Анатолию. И, учитывая членство Турции в НАТО, а Армении — в ОДКБ, эти претензии могут спровоцировать уже более чем масштабный и серьезный конфликт.
Но при этом без внешней поддержки, прежде всего экономической, шансов на выживание у Армении тоже нет. Эта страна оказалась в жесткой региональной изоляции. Мимо нее прошли экспортные нефте- и газопроводы. Если еще недавно Армения обладала лучшей в регионе железнодорожной логистикой, то теперь формируется новая «сеть», уже в обход Армении. Здесь, конечно, могут мечтать и выдвигать грандиозные планы строительства железной дороги в Иран, но на практике эти прожекты не имеют реальных шансов на осуществление. Причем все это — вполне логичная плата за армянскую же агрессивность. Пока что Иреван выживает за счет Москвы, но как надолго это «пока» — вопрос открытый.
«Большая война» с Турцией и Ираном вряд ли входит в ближайшие планы России. К тому же «форпост», с которым нет надежной сухопутной связи, вряд ли имеет столь уж высокую ценность.
Наконец, понятно и другое. Южный Кавказ не находится под пристальным вниманием мировых «центров силы». Но это уже и не та глухая политическая провинция, какой наш регион был еще в начале девяностых. И по мере того, как внимание к региону будет расти, шансов, что мировое сообщество станет мириться с существованием в регионе маленькой и агрессивной Армении в ее нынешнем виде, все меньше. И да, «форпост» такой страны, как Россия — это всегда «разменная монета». Тем более что Западу, во-первых, всегда есть о чем торговаться с Кремлем. А во-вторых, этот самый Запад мог позволить себе отступить где угодно, но не там, где есть нефть.
И вот на этом фоне уже не получится не задать вопрос, не станет ли выходом из сложившейся ситуации реализация на Южном Кавказе «афганского варианта», то есть восстановления исторических границ в регионе?
Согласно этим границам, земли Иреванского ханства, где расположена сегодняшняя Армения — это исторические территории Азербайджана. О чем, кстати, недавно напомнил армянским делегатам 14-го межправительственного заседания проекта ТРАСЕКА министр экономики Азербайджана Микаил Джаббаров, который пригласил армянскую делегацию посетить центр Гейдара Алиева в Баку, в котором демонстрируется выставка, посвященная истории города, в котором вы родились. «Она нам была любезно предоставлена нашими коллегами из грузинского музея, в котором эта выставка находится на постоянной основе. Поверьте, вы узнаете много нового, чего вы не сможете прочитать об истории Иреванского ханства, об истории основания города Иреван». Наша страна, напомним, не раз заявляла, что может предоставить самое широкое местное самоуправление. И точно так же широкое местное самоуправление может быть предоставлено армянам исторического Иреванского ханства. Такой вариант развития событий обещает и спокойствие на границах, и решение социальных проблем жителей нынешней Армении, и инвестиции, и многое другое. И да, в этом случае этнические армяне Иревана и Ханкенди окажутся в одном государстве, чего им так хотелось.
Так что армянской делегации лучше внимательно изучить экспозицию в Центре Гейдара Алиева.
Нурани, политический обозреватель
