В какой степени современную политическую повестку дня определяют события времен первой мировой войны? Казалось бы, смешной вопрос. С момента ее окончания уже минуло почти что сто лет. Более того, человечество пережило еще одну мировую войну с десятками миллионов жертв, разрушенными городами и, простите за цинизм, новым переделом границ, распад СССР, Чехословакии и Югославии…Казалось бы, более чем достаточно, чтобы по крайней мере не пытаться перекроить границы, установленные по ее итогам. Но это справедливо для многих стран, но не Армении. Где все еще не теряют надежды реанимировать посулы европейских политиков, щедро обещавших армянским политическим дельцам того времени выкроить в турецкой Восточной Анатолии еще и «Западную Армению». И в полном соответствии с правилом, что самогон можно гнать и из табуретки, считают своим долгом напомнить об этих обещаниях по любому поводу. А уж если есть подходящая историческая дата, то тем более.
Вот и теперь в Ереване объявлено, что президент Армении Армен Саркисян отправился с визитом во Францию. Где, кроме всего прочего, намерен посетить юго-западный пригород Парижа Севр, где расположена гимназия Конгрегации мхитаристов. Сообщив об этом, ереванская «Лрагир» проникновенно изрекает: «Севр – это несбывшаяся мечта Армении, о которой сложно забыть». К тому же о визите объявлено в «сцепке» с исторической датой: 24 июля 1923 года Великобританией, Францией, Италией, Японией, Грецией, Румынией, Королевством сербов, хорватов и словенцев, с одной стороны, и Турцией — с другой, были подписаны Лозаннские соглашения. Они определили границы Турецкой Республики и, кроме всего прочего, подвели черту и под планами создания на землях турецкой Восточной Анатолии так называемой «Западной Армении». И теперь в Ереване льют привычные слезы: Севрский договор так и не вступил в силу и де-юре перестал действовать после пересмотра его условий на Лозаннской конференции 1923 года и подписания Лозаннского мирного договора. А ведь в основу Севрского мирного договора были положены условия англо-французского соглашения Сайкса-Пико (1916) и решения конференции держав в Сан-Ремо (1920). И согласно ему, Турция должна была признать Армению как «свободное и независимое государство» и еще подчиниться президенту США Вудро Вильсону по арбитражу границ. То есть передать Армении территорию площадью 103 599 кв. км: две трети вилайетов Ван и Битлис, почти весь вилайет Эрзурум, большую часть вилайета Трабзон, включая и порт. Есть о чем плакать: объединившись с Республикой Арменией, созданной на землях Эриванского ханства, эта «Армения мечты» обладала бы территорией площадью свыше 150 тыс. кв. км и еще с выходом к Чёрному морю. Но, к превеликому ужасу, все эти «армянские мечты» так и остались мечтами. Уже в 1920 году новая турецкая армия Мустафы Кемаля паши, будущего Ататюрка, переходит в наступление и освобождает от интервентов Карс и Гюмри (тогда Александрополь), так что само существование Армении оказывается под большим вопросом. Освобождены Стамбул, Измир, Восточная Фракия…В 1920-1921 году Турция подписывает с Россией Московский и Карсский договоры, благодаря которым Армения удерживается на карте мира (правда, об этом в Ереване предпочитают не вспоминать). В 1923 году подписаны Лозаннские соглашения, новые границы Турции признаны окончательно. Не помогла даже серия убийств бывших чиновников правительства младотурок армянскими террористами — таким образом Европе пытались напомнить об «ужасах резни» и «исторических правах многострадального армянского народа».
Можно, конечно, отмахнуться: политическая и историческая адекватность — не самая сильная сторона армянских СМИ. Или предположить, что на фоне нового витка политической напряженности в Армении, где власти выставляют у отцовского дома Пашиняна полицейский пост, Армен Саркисян продолжает свою политическую кампанию и набирает очки на безусловно выигрышной в Армении теме. Но, во-первых, речь идет о территориальных притязаниях, а это уже априори тема, опасность которой не стоило бы недооценивать. Во-вторых, визит Армена Саркисяна — верный показатель, что эти самые претензии выводятся на новый уровень. А в-третьих, притязания эти предъявляются к Турции, входящей в НАТО, со стороны Армении, входящей в ОДКБ. В переводе: такой «приграничный конфликт» может перерасти в масштабное «блоковое» столкновение. Судя по всему, поставка в Турцию российских ЗРК С-400 и последовавшие «сложности» в отношениях Анкары и Вашингтона не столько напугали, столько воодушевили Ереван. Где решили, что Турция, лишившись поддержки своих союзников по НАТО, превращается в этакую «легкую добычу», и можно вновь строить планы по дележу ее территории.
Можно, конечно, терпеливо объяснять ереванским «политологам», что ни в Анкаре, ни в Брюсселе не ставят «натовский» статус Турции под вопрос, что разногласия с США не «кардинальные» и т.д. Только вот куда важнее другое. Вряд ли в Армении, где «в концессионное управление» России отданы не только железные дороги, газовые сети и сотовая связь, но и армия с внешней политикой, решились на подобные игры без «отмашки» со стороны Кремля. И это еще одно доказательство, что поставленные Анкаре С-400 — это еще не смена «генерального курса» в отношении Турции.
Нурани
