Второй президент Армении на армянском политическом поле получил впечатляющую поддержку Москвы
Многих журналистов-международников из числа «тех, кому за», порой ставят в тупик записи президентов, премьеров, министров иностранных дел и т.д. на своих страницах в Фейсбуке и Твиттере. Ну, официальные заявления, телеобращения, ответы на вопросы журналистов — здесь все понятно. А как быть с «твитами» и «постами»? Какой у них протокольно-политический вес? И вообще, не моветон ли это? Другие посмеиваются: прогресс не остановить. Не сегодня, так завтра «твиты» и «посты» станут обычным делом точно так же, как стали привычные радиообращения и телеобращения политиков и, конечно же, их телефонные переговоры.
Вот и теперь СМИ сообщают: по инициативе армянской стороны состоялся телефонный разговор между президентом РФ Владимиром Путиным и премьер-министром Армении Николом Пашиняном. «Обсуждались некоторые актуальные темы двусторонней повестки дня, а также вопросы взаимодействия в общих интеграционных объединениях, в частности, в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ)», — говорится в сообщении пресс-службы.
Конечно, Путину и Пашиняну априори есть что обсудить. Но некоторые обстоятельства придают этим телефонным переговорам особую пикантность. Совсем недавно в Армении осмелели настолько, что в рамках расследования трагических событий 1 марта 2008 года предъявили обвинение в свержении конституционного строя второму президенту Армении Роберту Кочаряну и даже генсеку ОДКБ Юрию Хачатурову, в те годы начальнику Ереванского гарнизона. Впрочем, прекрасно понимая, что в Москве могут быть недовольны, в Ереване тут же дали небольшой «задний ход» и согласились выпустить Хачатурова под залог. И искренне надеялись, что Москва удовлетворится освобождением Хачатурова и отдаст на расправу Кочаряна. Но…
В нашумевшем норвежском телесериале «Оккупированные» один из главных героев, российский влиятельный олигарх Минников, произносит знаковую фразу: «Именно потому, что они этого очень хотят, они этого не получат». Вот и для России было важно не столько добиться освобождения Кочаряна, сколько «поставить на место» Пашиняна. Который возомнил, будто бы действительно руководит независимым государством, а не военным городком при 102-й базе.
Но освобождение из тюрьмы Роберта Кочаряна, да еще после недвусмысленного окрика из Москвы устами Сергея Лаврова, резко изменило диспозицию уже на внутриармянском политическом «поле». Роберт Седракович и в прямом, и в переносном смысле шагнул из тюремной камеры на политическую авансцену, да еще в статусе «московского кандидата».
Сам он в интервью телекомпании «Еркир Медиа» этого и не скрывает: «Считайте, что я вернулся в политику». Затем разворачивает наступление на правительство Пашиняна. Перечисляет геополитические угрозы: российско-американские отношения находятся на самой низкой точке, новые санкции, ожидающие новые ограничительные меры, отношения Иран-США. Еще одна, по его словам, угроза — поведение Турции. Потом подвел итог: «Если мы попытаемся связать все эти вопросы, то увидим, что в этой ситуации в Армении есть правительство, не обладающее опытом, не понимающее все это».
Здесь бы, конечно, задать вопрос, насколько «понимает все это» сам Роберт Седракович. Потому что агрессором в регионе является как раз Армения, которая продолжает оккупацию территории Азербайджана и предъявляет множество претензий Турции, от истерическое-исторических до территориальных. Но Кочарян оставляет эти соображения за скобками и продолжает наступление на позиции Пашиняна. Его правительство, уверен Кочарян, дискредитирует армию, не понимая, что только сильная армия является гарантом безопасности. «Да и откуда у правительства опыт, если многие его члены в прошлом работали исключительно в каких-то общественных организациях. Многие из этих структур финансировались Соросом. Может деньги эти поступали из Азербайджана, может из Турции, откуда мне знать?» — наводит «тень на плетень» второй президент Армении. Цитируют СМИ и его комментарий по поводу заявления Пашиняна, что всем, в том числе и России, надо адаптироваться к новой ситуации в Армении: «Что значит заявлять, что Россия должна адаптироваться к новой ситуации? Это правительство не представляет реальные угрозы, не представляет геополитическую ситуацию, делает одни заявления, но на практике мы видим другие шаги. Такими вопросами нельзя шутить. С Россией нельзя так говорить». Заявление, если честно, в условиях «форпостной конкретики» вполне логичное. И еще недвусмысленная «заявка», в чьей «команде» играет и на чью поддержку рассчитывает Роберт Седракович.
Рассчитывают ли в Москве уже в ближайшее время привести к власти Роберта Седраковича или же намерены — по крайней мере пока — использовать его в качестве«политической пугаловки» для Никола Пашиняна, можно поспорить. Роберт Кочарян — явно не из персонажей, пользующихся в Армении всеобщей любовью и почитанием. В ответ на его освобождение из тюрьмы по Еревану прокатились акции протеста, их участникам удалось даже сорвать пресс-конференцию Кочаряна. Политологи из «пашиняновского» лагеря уже рассуждают о том, что в армянском обществе, дескать, наличествует «заказ» на арест Кочаряна и подобных ему фигур. Словом, не самое подходящее время для грандиозных политических планов. Но Кочарян — опытный и влиятельный игрок. Не зря его возвращения к власти всегда побаивался Серж Саргсян. Кочарян может легко заручиться поддержкой армянского крупного бизнеса, который без труда пустит в ход и отработанный механизм «избирательных взяток», и при случае вооруженную «челядь», которая уже обеспечивала ему успех. За ним — карабахский клан. Наконец, поддержка Москвы на армянском «поле» значит очень многое. Словом, Пашиняну есть от чего занервничать. Тем более что Кочарян возвращается в политику в весьма неудобный и болезненный для Пашиняна и его команды момент: революционные надежды и обещания тают, как предутренний туман. Пашинян пытается ухватиться за соломинку, назначает митинг, но нервозность в его лагере более чем заметна. А Левон Тер-Петросян, призывая своих сторонников прийти на пашиняновский митинг, открыто говорит об угрозе «контрреволюции». Так что возвращение Кочаряна к власти как минимум не исключено.
Но…кто, за вычетом самого Роберта Седраковича, выиграет, а кто проиграет от такого развития событий?
Теоретически, конечно, Москва может записать «политическую реанимацию» Кочаряна себе в актив. Но на практике в Баку тоже сделают выводы из того, что Москва столь открыто взяла под свое покровительство военного преступника и одного из организаторов Ходжалинского геноцида. Так что итоговая политическая цена этого «успеха» на армянском поле может оказаться для Москвы куда более высокой, чем это сегодня кажется многим.
Понятно и другое. Повторимся в который уже раз: победа «уличной революции» в Армении породила надежды, что к власти придут здравомыслящие политики, которые займут на переговорах по Карабаху более конструктивную позицию. Но ждать конструктивизма от Кочаряна — это даже не клиническая наивность. Роберт Седракович может, конечно, обещать в интервью, что он-де научит Никола Воваевича и его министров вести переговоры по Карабаху, но чему он может научить? Тому, как, пардон, прятаться в сортире замка Рамбуйе во время этих самых переговоров? Словом, все все возвращается, пардон, «к старой бане и старому тазу».
Но в результате того, что у власти в Ереване вновь окажется военный преступник Кочарян, хрестоматийным «медным тазом» накрывается будущее не для Азербайджана, а для самой же Армении. Азербайджан, несмотря на агрессию, продолжающуюся оккупацию, несмотря на миллион беженцев в стране с населением на тот момент в 7 миллионов, сумел осуществить программу государственного строительства, экономических преобразований, подписать и реализовать крупнейшие «нефтегазовые» проекты…А Армения в результате последствий собственной агрессии сталкивается сегодня и с социально-экономическим кризисом, и с демографической катастрофой в результате массовой эмиграции, и с распадом государства. Так что лидер, способный на тяжелые, но необходимые уступки, нужен прежде всего Армении, а уже потом — Азербайджану, Турции, Грузии или, скажем, Франции. Тем более что и в Карабахе выбор тоже сужается до невеселой альтернативы — или неприятный и тяжелый компромисс, или война, которая уж точно не будет повторением боевых действий начала девяностых. То, что произошло и в Лелетепе, и в окрестностях села Гуннут, должно бы дать здравомыслящим людям в Армении предостаточно пищи для размышлений.
Так что выбор сегодня за Арменией. Где, хочется надеяться, есть шанс отыскать лидера, которого заботит судьба собственной страны и откуда еще не сбежали все здравомыслящие и просто мыслящие люди.
Нурани, политический обозреватель Minval.az
