Сегодня в Милли Меджлисе состоялись слушания на тему «Азербайджанская модель семьи: Современность и ценности». Конечно же, очень полезная и нужная тема для обсуждения, тем более, что других – более глобальных – вопросов, судя по всему, у «народных избранников» нет.

Справедливости ради отметим, что в ходе круглого стола поднимались и важные вопросы, к примеру, заключение браков на контрактной основе, что, несомненно, очень нужно, как и дельное предложение опустить планку с 5 до 3 детей — для получения статуса многодетной семьи.

Но, тем не менее, не обошлось и без странностей. Если честно, мы все застыли в режиме ожидания, потому что надеялись на озвучивание депутатами глобальных причин стремительного роста разводов в Азербайджане,  проблем,  связанных с отсутствием образования и внебрачного возраста невест, печальных последствий родственных браков, протестов с высокой трибуны, направленных против диких первобытных традиций, все еще бытующих в нашей стране. Но оказалось, что все эти вопросы слишком банальны и не достойны обсуждения. На самом деле, наши «народные избранники» находятся в активном поиске вопросов (которые лежат на поверхности и давно всем известны) и решений (на которые несомненно уйдут еще годы и немало денег из госказны — на брифинги, семинары и заседания).

Первый блин полетел в СМИ со стороны председателя парламентского комитета по труду и социальной политике Хады Раджабли, который сделал первое аховое заявление: причиной разводов в Азербайджане чаще всего являются «Facebook», соцсети вообще и  sms (почему-то, прим. авт.) и СМИ, хотя на самом деле первостепенной причиной разводов в азербайджанских семьях является бытовое насилие, никак не связанное с социальными сетями и СМИ (разве что только если какой-нибудь журналист не уведет чужую жену).

Кроме того, Х. Раджабли посетовал на низкую рождаемость отметив, что если раньше в семье в среднем рождались 5 детей, сейчас эта цифра снизилась до 2-х.

Непонятно, почему Раджабли не отметил главных причин снижения рождаемости, а именно низкого уровня жизни большинства граждан, вступающих в брак, отсутствия грамотной социальной помощи со стороны государства, качественного и бесплатного медицинского обеспечения, отсутствия образования у большинства брачующихся пар.

Кроме того, Х. Раджабли напрочь отмел создание такого полезного госоргана, как Фонд алиментов.

— Если мы пойдем на этот шаг, то будут последствия. Потому должны подумать над другим вариантом, — отметил Х. Раджаблы.

Какие именно будут последствия, Х. Раджаблы почему-то не озвучил, умолчал. А потому неизвестно, сколько еще пройдет заседаний ММ, посвященных «обдумыванию» другого варианта.

Отличилась так же и председатель парламентского комитета по вопросам семьи, женщин и детей Агия Нахчыванлы, которая заявила о стремительном росте распавшихся семей.

— Необходимо исследовать причины этого явления, — отметила А. Нхчыванлы.

Очень интересно, сколько еще лет будет «исследовать» комитет этот наевший оскомину и уже превратившийся в фатальную тенденцию вопрос, ответ которого лежит на поверхности? Особенно, если учесть, что депутатская говорильня не приводит ни к каким его искоренениям?

Любой социолог и правозащитник может напомнить председателю парламентского комитета по вопросам семьи, женщин и детей, что существует три основные причины разводов в стране, которые мы и озвучим – специально для Агии Нахчыванлы:

Первая причина — насилие в семье.

Вторая причина — мужской алкоголизм и наркомания. В последнее время участились случаи, когда в молодых семьях муж становится наркоманом, начинает тратить весь бюджет на наркотики и оставляет семью ни с чем. А потому женщине не остается ничего другого, кроме как развестись.

Третья причина — давление и недружелюбное отношение родственников мужа. И этот факт, к сожалению, имеет место быть. Ибо довольно часто родственники мужа пытаются руководить всеми действиями невестки, что чаще всего приводит последнюю если не к криминалу, то к разводу обязательно.

Четвертая причина — материальное неблагополучие в семье. В условиях нынешних реалий этот пункт — настоящий бич: мужчина не работает (кризис, депрессия, безработица), и потому женщине приходится тащить на своих плечах все заботы и проблемы.

Что именно собирается исследовать А. Нахчыванлы – непонятно, если и так все давно уже исследовано и определено?

Жирную лепту внес и Заместитель исполнительного секретаря партии «Ени Азербайджан» (ПЕА), председатель Комитета ММ по общественным объединениям и религиозным структурам Сиявуш Новрузов, который выразил протест в связи с применением статьи Уголовного кодекса о похищении человека к фактам похищения невесты.

По его мнению,  похищение девушки с целью построения семьи и похищение человека – разные вещи, и нельзя приравнивать эти статьи закона.

— Одно дело, если похищают человека в корыстных целях, совершают преступление, другое дело – два человека любят друг друга, и по этой причине парень похищает девушку. Применять одинаковое наказание в обоих случаях – неправильно. Мы должны внести в законодательство изменение, чтобы обозначить разницу.

Как видите, сказал человек, и не понял – что именно. Обычно если парень любит девушку, и «похищение» оговорено по свадебному сценарию с согласия родственников обоих сторон, и после процедуры «кражи» невесту привозят в дом мужа, где ее ждут долгие годы счастливой жизни в любви и законном браке, это, конечно же, одна сторона. Кроме того, как уже ранее писал «Минвал», прием «похищения» зачастую используется в целях экономии, чтобы не тратиться на пышные и помпезные свадебные процедуры. Тут даже о похищении как о преступлении, речи быть не может. Но если любовь с «воровством невесты» начинается с лапши, повешенной на уши влюбленной девушки и заканчивается банальным изнасилованием, это уже – как ни крути — статья УК, классифицируемая именно как «похищение человека». А потому не совсем понятно, как именно собирается отделять зерна от плевел С. Новрузов. Возможно, у него какие-то свои планы (например, невесту украсть и не попасть при этом под гриф уголовной ответственности)?

Так или иначе, полезные вопросы так же были обсуждены. Но все равно непонятно: как скоро будут приняты решения по этим вопросам, когда заработает механизм, застучат втулки в рабочем колесе? Учитывая тот факт, что большинство вопросов, поднимаемых в ММ остается только на бумаге (а именно в письменных отчетах заседаний и сессий), надежды на улучшение ситуации мало. Но, как говорится, поживем – увидим. Кто знает, может быть случится чудо?

Яна Мадатова

Minval.az