Слова президента Азербайджана Ильхама Алиева, что прежний мировой порядок уходит в прошлое, и на его месте выстраивается новый, получают подтверждение в виде горячих новостей практически ежедневно. Как и то, что этот новый порядок, вполне возможно, будет сопровождаться и перекройкой границ. Причём речь идёт не только и не столько о границах новых независимых государств. В центре внимания – судьба Гренландии, самоуправляющейся территории в составе Дании, точнее, заявление избранного президента США Дональда Трампа о намерении присоединить этот остров к Соединённым Штатам.
Строго говоря, о Гренландии Трамп заговаривал и на своём первом президентском сроке. Но сейчас всё серьёзнее. Гренландию посетил сын Дональда Трампа, который встретился здесь с премьер-министром этой самоуправляющейся территории в составе Гренландии.
А вот этот премьер-министр Муте Эгеде в своём новогоднем обращении обозначил стремление усилить борьбу за независимость Гренландии: «История и нынешние условия показали, что наше сотрудничество с Королевством Дания не привело к созданию полного равенства. Теперь настало время для нашей страны сделать следующий шаг. Как и другие страны мира, мы должны работать над устранением препятствий на пути сотрудничества, которые мы можем назвать оковами колониализма, и двигаться вперёд», – цитировали его информагентства. Более того, формальное право заявить о своей независимости у Гренландии как бы есть. Под вопросом может оказаться суверенитет Дании не только над Гренландией, но и над Фарерскими островами. Дания, как уже сообщал Minval, изменила свой герб. Теперь на нём сделали более заметными символы Фарерских островов и Гренландии – серебряного барана и серебряного белого медведя. Усиливается и военное присутствие на острове.
Понятно, что пока Трамп не вступил в должность, о том, какие конкретно шаги будут предприняты на гренландском направлении, можно только гадать. Беспокойство проявляет не только Копенгаген. Тихая паника охватывает Брюссель – руководство Евросоюза к такому повороту было явно не готово. Экспертное сообщество обсуждает самые фантастические сценарии. В Копенгагене уже увеличивают своё военное присутствие на острове. Но… против кого? Дания намерена воевать с США? И, с другой стороны, зачем Трамп так уцепился за этот ледяной остров?
Гренландия – часть территории Дании. Но географически она куда ближе к Америке, чем к Европе. Даже коренное население Гренландии – это эскимосы-инуиты, которые куда ближе к коренным жителям севера американского континента, чем к населению Европы. К тому же Гренландия занимает чрезвычайно важное стратегическое положение. Здесь проходят трассы трансконтинентальных перелётов. Ещё во время Второй мировой войны в Гренландии были оборудованы аэродромы, которые играли очень важную роль в стратегии западных союзников против Гитлера. Сегодня многое изменилось, но Гренландия не перестала быть «стратегической точкой».
И на фоне общих политических тенденций здесь, как и на Фарерских островах, задумываются о независимости. Что, похоже, заставляет многих задуматься: не получит ли движение за независимость Гренландии и Фарерских островов поддержку извне? И если да, то от кого?
Возможно, здесь лучше вспомнить невесёлый опыт попытки объявить независимость Каталонии в 2017 году. Власти Испании тогда сепаратистский мятеж погасили очень быстро, тем более что он был бескровным. Уже тогда явный интерес к действиям главы сепаратистов Пучдемона и его соратников проявили из Москвы. Точно так же РФ оказала явную поддержку попытке объявить независимость иракского Курдистана. Более того, тогда «Роснефть» подписала с курдскими лидерами весьма масштабные контракты в обход центральных властей Ирака. Конечно, после того как США прекратили поддержку курдов, а иракская правительственная армия просто «раскатала» курдских «пешмерга», о тех событиях 2017 года стараются не вспоминать ни в Багдаде, ни в Эрбиле, ни в Москве. Да и Гренландия, прямо сказать, не Ирак. Но вопрос, не заинтересуется ли Россия движением за независимость в Гренландии и на Фарерских островах, стоит того, чтобы его озвучить. Особенно с учётом того, что Москве, серьёзно растерявшей позиции на Балтийском море, наверняка хочется взять реванш.
Более того, в российской стратегии большое внимание уделялось и уделяется нарушению трансатлантических коммуникаций. Последние инциденты, связанные с подводными кабелями, просочившиеся сведения, что именно для диверсий на подводных кабелях была предназначена затонувшая российская подлодка «Лошарик», – это, конечно, не доказательства для суда, но, по крайней мере, информация к размышлению. Если на этом фоне Москве удастся укрепиться в Гренландии, это позволит России сделать впечатляющий «ход конём». Москва заполучит весьма выгодные позиции в Арктике. У неё появится возможность контролировать самые популярные трансатлантические авиатрассы. Не говоря о том, что это будет ещё и болезненный щелчок по носу для НАТО. В этой ситуации в команде Трампа вполне могут беспокоиться, хватит ли сил у небольшой Дании удержать под контролем Гренландию и Фареры. Тем более что Фарерские острова ещё в 2014 году заявили о своей особой позиции и не поддержали санкции, введённые против РФ. Так что в Вашингтоне вполне могут найтись желающие «сыграть на опережение» и заявиться на Фарерские острова и в Гренландию раньше, чем это сделает Россия. Во всяком случае, украинские политологи, комментируя заявления Трампа, уже напомнили, что Россия во всех смыслах «разморозила» 50 своих военных баз в Арктике. Напряжённость в «высоких широтах» нарастает, и «гренландские инициативы» Трампа даже теоретически вряд ли стоит рассматривать без учёта этого фактора.
Конечно, теоретически всё это имеет очень слабое отношение к Азербайджану. Но лишь теоретически. На практике в документах, касающихся стратегии национальной безопасности России, Арктика и Каспий указываются через запятую как возможные регионы мира, где пойдёт война за ресурсы. Николай Патрушев в своём нашумевшем заявлении о «приходе НАТО на Каспий» тоже говорил и об Арктике, и о Балтийском море.
И самое главное, лучше не забывать, как в июле 2023 года «Русский дом» в Баку проводил «Ночь географии» под эгидой Русского географического общества и рассказывали при этом азербайджанским школьникам об архипелаге Шпицберген – а это, напомним, суверенная территория Норвегии, где Россия явно хочет «подвинуть» норвежский суверенитет. Так что Арктика куда ближе в политическом измерении к Азербайджану, чем это может показаться на первый взгляд. А значит, к тому, что происходит вокруг Дании и Гренландии, вряд ли стоит относиться как к «драматичным новостям из очень далёких земель».
