Пару дней назад экс-супруг одной из женщин, поселившихся в приюте Общественного объединения «Чистый мир», написал председателю этой организации Мехрибан Зейналовой, что изувечит свою бывшую и взорвет приют, в котором та в настоящее время нашла убежище. В связи с этим руководитель приюта сообщила об угрозах СМИ и обратилась за помощью в МВД республики. По факту уже начато расследование.
Чтобы понять, что это за история, сотрудник Minval.az связался с Мехрибан Зейналовой и она рассказала, что этот случай — далеко не единственный: в шелтере много женщин, прячущихся не только после применения к ним насилия, но и реальной угрозы насилия – сталкинга, исходящего от ранее близких людей или родственников.
В переводе с английского сталкинг – это «преследование», один из видов домогательств, включающий слежку, навязчивые сообщения и постоянные попытки установить контакт, угрозы, приставания, издевательства и так далее. Цель сталкера – загнобить жертву, и для этого он предпринимает самые различные ходы – от угрозы физической расправы до обвинения в том, что он, сталкер, покончит жизнь самоубийством, а вина будет целиком и полностью на совести жертвы. Зачастую эти манипуляции доводят людей до безумия. Но, к сожалению, в Азербайджане нет наказания за сталкинг. Действует лишь статья 134 (Угроза убийством и нанесением вреда здоровью) Уголовного кодекса АР, которую следовало бы дополнить пунктами о преследовании.
А тем не менее сталкинг – реально существующая угроза, о которой стоит не просто говорить, а кричать во весь голос, потому что угроза эта калечит жизни сотням женщин, живущих в обществе с патриархальными устоями, а потому и беззащитными, по сути.
Первыми уголовным преступлением stalking сделали американцы — в 1992 году. Примеру США последовали Канада и Австралия. В Евросоюзе навязчивое преследование наказуемо в Великобритании, Бельгии, Ирландии, Голландии, Австрии и с 2007 года — в Германии. Уголовный кодекс ФРГ предусматривает за stalking тюремное заключение до двух лет, в особо тяжелых случаях — до десяти. Такой срок может быть назначен, если здоровью жертвы причинен тяжелый психический вред. А с 2018 года Латвия вошла в число европейских стран, где за преследование грозит уголовная ответственность: краткосрочное лишение свободы или принудительные работы и денежный штраф. А в 2023 году Генеральная прокуратура Казахстана предложила внедрить административное наказание за сталкинг.
«Самое интересное, что у нас в стране это деяние не квалифицируется как преступление, а тем не менее именно сталкинг может просто доконать человека, довести и до нервного срыва, и до панических атак, и даже до суицида. Ввели же уголовное наказание за сталкинг в Германии – от высоких штрафов до реального тюремного заключения сроком от года до трех лет. А в конце 2021 года вступили в силу и поправки к параграфу 238, касающиеся и киберсталкинга в том числе, благодаря чему можно будет привлечь к ответственности и тех, кто преследует людей, используя интернет, мобильные телефоны и мобильные приложения для слежки. В России не так давно тоже предложили ужесточить закон в отношении сталкеров. А у нас все по-старому «Не убил, не ударил, говорит – греется», но так быть не должно. Кроме того, почему-то зачастую экспертиза выносит странные заключения, квалифицируя последствия побоев жертвы как «легкие», что значительно смягчает наказание абьюзеру и даже позволяет освободить его в зале суда. Пример: не так давно у нас в приюте была женщина, жительница Абшеронского района, которой муж нанес пять ножевых ранений. И если бы не помощь вовремя подоспевшего соседа, женщина эта навряд ли была бы осталась жива. А судебно-медицинская экспертиза тем не менее квалифицировала эти ранения как «легкие», так что мужчина до сих пор гуляет на свободе и угрожает женщине расправой. В данный момент работу по этому делу ведет Кямаля Ашумова из «Женской горячей линии», она затребовала повторную экспертизу. Сейчас ждем результатов»,- рассказала М.Зейналова.
По словам правозащитницы, согласно результатам мониторинга, проведенного Центром, в регионах женщин больше бьют, а убийства и сталкинг – это уже преступления, чаще совершаемые именно в Баку.
Она отметила еще одну проблему, заставляющую женщин обращаться в приют за помощью: давление мужчин, находящихся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.
«Одно дело — находиться под здоровыми эмоциями и сказать что-то в сердцах, а потом пожалеть о сказанном, раскаяться и помириться, и совсем другое дело – говорить и действовать с затуманенным разумом, заставляющим вытворять просто немыслимые вещи – от побоев вплоть до убийства. К нам обращаются женщины, являющиеся потенциальным жертвами мужчин с затуманенным разумом, они боятся своих мужей, и пытаются найти защиту в нашем приюте. Но МВД, по сути, никак не реагирует на жалобы женщин о преследовании — максимум выпишут мизерный штраф, да и то — очень редко», — отметила руководитель приюта.
Защитный ордер, по ее словам, тоже не эффективен: если абьюзер намерен добить свою жертву, никакая бумага не поможет.
«Есть мужья, которые на коленях умоляют, просят прощения, клянутся, что «больше не будут», но в какой-то момент срываются, и происходит страшное. Увы. Рецидив всегда страшнее первичного преступления, так как во второй раз на преступление идут уже обдуманно и осознанно. Профилактика домашнего насилия полностью отсутствует, и пока что-то ужасное не случится, полиция реагирует довольно пассивно, и это неправильно», — сказала Зейналова, отметившая так же, что очень надеется на лучшее, так как в Азербайджане уже ужесточено наказание за нарушение законодательства о предотвращении домашнего насилия, и согласно изменению, за повторное правонарушение лицом, получившим административное взыскание, в течение одного года со дня вступления в законную силу решения о наложении административного взыскания на него налагается повторный штраф в размере 500-700 манатов, либо в зависимости от обстоятельств и от личности правонарушителя, применяется от 60 до 100 часов общественных работ или до 15 суток административного ареста.
«И еще не факт, что закон сразу же заработает в полную силу. А надо бы еще усилить законодательство в отношении защиты женщин, так как существуют страшные цифры отчета Государственного комитета по проблемам семьи, женщин и детей за 2022 год: из 25 449 зарегистрированных жертв преступлений 7 455 были женщинами. Из пострадавших женщин 2 945 получили ранения, 309 скончались, и 24 погибшие были несовершеннолетними. В 2022 году в МВД поступило 9 864 обращения по вопросам домашнего насилия. Общее число зарегистрированных преступлений, связанных с домашним насилием, составило 1 175 человек, пострадало 1 132 женщины, количество преступлений со смертельным исходом, совершенных в отношении женщин на почве семейно-бытовых конфликтов и ревности, составило 51.
Яна Мадатова
Данная статья подготовлена при финансовой поддержке Агентства развития медиа Азербайджанской Республики по направлению «Освещение вопросов гендера, семьи и демографии».
