Это заявление президента Азербайджана Ильхама Алиева на саммите Контактной группы Движения Неприсоединения по борьбе с COVID-19, без сомнения, обречено на самое пристальное внимание экспертов не только на Южном Кавказе.
«К сожалению, сегодня мы наблюдаем возрастающую тенденцию к неоколониализму. ДН, возникшее в результате исторического процесса деколонизации, должно объединить свои усилия для того, чтобы полностью перевернуть эту позорную страницу в истории человечества, — отметил глава государства. — ДН всегда решительно поддерживало бесспорный суверенитет Союза Коморских Островов над островом Майотта, который по-прежнему находится под колониальным правлением Франции. Как это отражено в основополагающих документах ДН, мы призываем правительство Франции уважать права народа Новой Каледонии и других народов во французских заморских сообществах и территориях. Территории, управляемые Францией за пределами Европы, являются отвратительными остатками французской колониальной империи. Мы также призываем Францию извиниться и признать ответственность за свое колониальное прошлое и кровавые колониальные преступления, и акты геноцида против стран-членов ДН в Африке, Юго-Восточной Азии и других местах».
Напомним: Франция — одна из тех стран, где колониальные и неоколониальные политтехнологии открыто применяются и сегодня. Даже после перехода на евро во французских бывших колониях сохранился колониальный франк — последняя такого рода валюта в мире. Не ограничиваясь фактическим контролем над экономикой и финансами, Париж считает себя вправе проводить военные рейды на территории своих бывших колоний. Наконец, в ряде «заморских территорий» Франции сохраняется по сути классическое колониальное управление.
Одна из таких территорий — остров Майотта, который Париж в одностороннем порядке сохранил под своим контролем при предоставлении независимости Коморским островам, и продолжает удерживать вопреки резолюции Генассамблеи ООН, накладывая, разумеется, вето на резолюции Совбеза ООН, и организуя на острове «плебисциты» с нарисованными в пользу Парижа результатами. Что очень напоминает попытки Армении «прихватизировать» Карабах на основе «голосования» под дулами автоматов боевиков и исключительно в армянский общине. Да, и «референдум» по «воссоединению Крыма с Россией» тут не получится не вспомнить. Тем более, что Кремль попытался повторить то же самое в Херсоне и Запорожье.
И вот теперь Ильхам Алиев не просто красиво и доходчиво напомнил властям Франции о французском послужном списке и скелетах в парижских шкафах (если кого-то коробят выражения типа «ткнул носом»). Глава государства сделал это перед целевой аудиторией — делегатами Движения Неприсоединения, где темы колониализма и неоколониализма воспринимают куда острее, чем в редакциях французских газет.
Более того, заявление это прозвучало как раз в то время, когда позиции Франции в ее бывших колониях размываются со скоростью прорыва плотины. Те методы классического неоколониализма, которыми действовал Париж в своих бывших колониях, в XXI веке не могли давать должного эффекта по определению. К тому же это требовало слишком много сил и ресурсов. И в результате сегодня Париж стремительно теряет влияние даже в тех странах, которых на берегах Сены и Луары и за страны-то не очень признавали.
Как раз в то время, когда Ильхам Алиев напоминал Франции о ее нелицеприятном прошлом, Эммануэль Макрон совершал визит в Габон, где вынужден был признать, что эпоха «Французской Африки» закончилась. И еще сетовал, что Францию обвиняют в таких намерениях, которых она не имеет. Но остановить обвал позиций в Африке Париж вряд ли в состоянии. Архаичные политтехнологии неоколониализма уже не работают, а ничего нового в арсенале французской дипломатии не появилось. Вот и выпихивают Париж из его бывших колоний новые соперники и хозяева.
Понятно и другое. Да, сегодня из Буркина-Фасо и ЦАР Францию выдавливает Россия. Что не нравится не только Франции, но и ее союзникам по западному лагерю. И, возможно, во Франции считают, что именно их союзники по НАТО, и прежде всего США, не позволят России укрепиться в бывшем французском «огороде», и сделают в Африке всю ту «работу», на которую у Парижа не хватило пороха.
Но тут эксперты советуют вспомнить бурные события пятидесятых годов ХХ века в Иране. До 1951 года иранская нефтяная отрасль находилась под контролем англо-иранской нефтяной компании, представители которой были уверены, что депутаты иранского Меджлиса «только и ждут, когда им дадут взятку», и не считали нужным пересматривать прежние схемы распределения доходов от иранской нефти …пока в 1951 году не «грянул гром».
Сформированное после очередных выборов правительство Ирана возглавил Мохаммед Мосаддык, вожак антибританских сил, который тут же национализировал имущество АИНК. Дальнейшие события тоже известны: на иранскую нефть были наложены санкции, популярность Мосаддыка стремительно падала, и в 1953 году не без участия ЦРУ свергали уже его. Западное влияние в Иране восстановилось (оно просуществовало до антишахской революции 1979 года, но это уже другая история). Однако Великобритания прежних позиций в Иране уже не вернула.
И если даже надежды Франции на то, что непрошенных «конкурентов» из ее колоний выдавят партнёры по НАТО, оправдаются, вряд ли у Парижа будет шанс восстановить прежнее влияние. Курс колониального франка стремится к нулю, и это уже необратимо. Так что Эммануэль Макрон рискует остаться в обнимку с Николом Пашиняном, который тоже в решающий момент уцепится за российский подол, как это уже было в 2020 году.
К счастью для одних и к сожалению других, в XXI веке политика, основанная на колониальном высокомерии, просто не может привести к другим результатам.
Нурани, обозреватель
