В 1987 году на экраны доживавшего последние годы СССР (о чем, впрочем, тогда многие даже не догадывались) вышел фильм Эльдара Рязанова «Забытая мелодия для флейты», где в одном из эпизодов новый руководитель «Главного управления свободного времени» Леонид Филимонов (Леонид Филатов), сменив на этой должности ретрограда и консерватора Ярослава Степановича (Всеволод Санаев), указав на давно не работающие напольные часы в кабинете, приказывает секретарше: «А вот это надо починить. Здесь стояли не только часы. Здесь стояло время».
В высоких кабинетах и коридорах Еревана часы, надо полагать, идут в большинстве своём исправно. А календари аккуратно указывают, что на дворе уже 2022 год. Но это, как показывает практика, не мешает значительной доле местного истэблишмента жить страстями в прямом смысле слова вековой давности. Где не на последнем месте — подписанный 102 года назад, 10 августа 1920 года, Севрский договор. Тот самый, согласно которому, шесть восточноанатолийских вилайетов Османской Империи планировалось превратить в «Западную Армению». Мечты, конечно, так и остались мечтами: победа Турции в войне за независимость, подписание Карсского и Московского договоров, наконец, Лозаннских соглашений поставили на планах создания «Западной Армении» жирный крест. Это понимают в большинстве стран мира, но, к сожалению, не в Армении, где все еще продолжают верить в то, что этот договор еще может быть «реанимирован»,
Любопытно, конечно, каким образом в массовом сознании политизированной части армянского общества уживается убежденность, будто бы Карсский и Московский договоры были подписаны на 100 лет, но вот Сервский договор еще можно возродить, а обещанные на его основе армянским дельцам «шесть вилайетов» — на самом деле «приармянить». Но куда важнее другое.
Как утверждают филологи, «лихие девяностые» обогатили литературный русский язык огромным количеством слов с криминальной биографией: «крыша», «стрелка», «смотрящий» и т.д. Вошёл в речь и глагол «кинуть» со всеми производными. Возможно, конечно, что в двадцатые годы в армянских кругах подписание сначала Карсского, затем Московского, а потом и Лозаннского договоров восприняли как грандиозное «кидалово»: в самом деле, шесть вилайетов уже почти держали в руках, и вдруг такой, пардон, облом. Но сто лет — достаточный срок, чтобы понять: первая мировая закончена, и надо привыкать к существующим границам.
Но вот этого в Армении как раз и не произошло. Да, до последнего времени «по умолчанию» предписывалось считать, что это не более чем разговоры для внутреннего употребления и не более того.
Но в августе 2020 года все изменилось. Причем «переступил черту» именно нынешний премьер-министр Армении Никол Пашинян. Обращаясь к участникам конференции, посвящённой столетию этого документа, Никол Воваевич заявил, дескать, Севрский договор продолжает существовать как исторический факт. Что вызвало понятное возмущение и в Турции, и в Азербайджане. Где сравнили заявление «шашлычного варчапета» о фактическом отказе признавать Лозаннские соглашения с отказом Гитлера признавать Версальский договор. Можно было обвинить азербайджанских и турецких экспертов, что они «сгущают краски», но даже в своём нашумевшем интервью Би-Би-Си армянский историк и дипломат Жирайр Либаридян, в числе прочего, отмечал, что «президент и премьер-министр Армении этим летом (2020 года — Minval) сделали заявления в связи с годовщиной Севрского мирного договора, которые можно считать предъявлением территориальных претензий к Турции».
И вот теперь очередная годовщина Севрского договора отмечается уже на фоне диалога Армении и Турции. Где уже Еревану не удастся спрятаться за красивыми словесами и придётся четко и однозначно отвечать на вопрос, готова ли Армения признать нынешние границы Турции.
Понятно, что для Пашиняна это будет непростое решение. Тем более что в Армении, «форпосте», искусственно созданном на азербайджанских землях, под территориальные претензии к Турции было заточено все — и политика, и набор фейков, который выдавался здесь за историю, и культура.
Но если Армения откажется признать границы, если не последует четкого и однозначного признания и Карсского, и Московского, и Лозаннского договоров, то фейки времён второй карабахской войны о «Байрактарах» над Ереваном вполне могут стать реальностью.
Потому как мечты о чужих землях — это не тот случай, когда мечтать не вредно.
Нурани
