Известны лауреаты Каннского фестиваля

17 июля, 23:25

Фильм французского режиссера Джулии Дюкорно «Титан» получил главную награду Каннского фестиваля – «Золотую пальмовую ветвь». Награду режиссер самой скандальной ленты фестиваля — франко-бельгийского боди-хоррора — команда авторов получила из рук Шерон Стоун. Об этом сообщает «Спутник».

Провокационная постановщица Джулия Дюкорно уже известна зрителям своим сексуально-каннибальским триллером «Сырое».

«Титан» — история жертвы насилия с титановым аппаратом в ухе, которая испытывает сексуальное влечение к автомобилям.

Вторую по значимости награду — гран-при основного конкурса — разделили дважды оскороносный иранский режиссер Асгар Фархади за его новую картину «Герой» и «Купе номер шесть» режиссера Юхо Куосманена (совместное производство Финляндии, Эстонии, России и Германии). Куосманен на сцене признался, что является почитателем гения Фархади, с которым имеет честь разделить награду.

Первую почетную «Золотую пальмовую ветвь» за выдающиеся достижения в кино вручали традиционно во время открытия — ее обладательницей стала американская актриса Джоди Фостер, а на закрытии был награжден 81-летний итальянский мастер Марко Белоккьо, ровно 10 лет назад получивший аналогичную почетную премию в Венеции.

Награду вручил его соотечественник Паоло Сорентино. Другая их соотечественница — актриса Валерия Голино, вручила приз за лучшую режиссуру Леону Караксу, чей мюзикл «Аннетт» с Адамом Драйвером и Марион Котийяр стал фильмом-открытием фестиваля.

Специальной премией жюри был награждены израильский режиссер Надав Лапид и тайский мастер Апичатпонг Вирасетакул, главную роль в фильме которого исполнила Тильда Суинтон.

Лучшим сценарием была признана «Сядь за руль моей машины» Рюсукэ Хамагучи — трехчасовой японской экранизации рассказа Харуки Мураками, которая также получила награды мировой ассоциации кинопрессы (ФИПРЕССИ), а также экуменического жюри.

Актерские пальмовые ветви были присуждены американскому актеру и музыканту Калэб Лендри Джонсу и норвежской актрисе Ренате Реинсве.

В параллельнлй программе «Особый взгляд» гран-при было вручено фильму «Разжимая кулаки» Киры Коваленко — выпускницы ставшей знаменитым на весь фестивальный мир — Кабардино-балкарской мастерской Александра Сокурова.

Приз за лучшую мужскую роль получил американский актер Калеб Лэндри Джонс, сыгравший в фильме Джастина Курзеля «Нитрам»

Торжественная церемония награждения победителей проходит в субботу в главном зале Дворца фестивалей и конгрессов на набережной Круазетт.

В основной программе Каннского кинофестиваля, начавшегося в этом году 7 июля, участвовали 24 картины. Жюри возглавлял американский режиссер и актер Спайк Ли.



Российский шок и ответный ход Азербайджана

25 сентября, 09:46

Между Азербайджаном и Россией —новые «торговые ограничения». Агентство продовольственной безопасности Азербайджана (АПБ) ввело временные ограничения на ввоз в страну всех видов живой птицы, мяса птицы и яиц из Приморского края России. Такие меры приняты на основе информации, полученной от Всемирной организации здравоохранения животных (МЭБ) для защиты от инфекционных болезней, которые могут проникнуть на территорию Азербайджана из других стран. Еще раньше в Азербайджане обнаружили сальмонеллу в партии курятины производства Невинномысского мясокомбината компании «Ставропольский бройлер». Окорочка развернули обратно. Но в то же время уже Россельхознадзор не допустил на территорию РФ азербайджанские нектарины. И в результате уже российское экспертное сообщество потрясенным тоном вопрошает: «Азербайджан втягивается в торговую войну с Россией?» В переводе, на «разворот» партии нектаринов в Баку ответили запретом на ввоз куриных окорочков? Что вообще происходит? Более того, этот «экспертный шок» едва ли не информативнее самого запрета на ввоз курятины. В самом деле, структуры, отвечающие за недопуск на внутренний рынок недоброкачественной пищевой продукции, есть в большинстве стран мира. Азербайджан — не исключение. И то, что они время от времени будут что-то находить и «разворачивать» какие-то партии товара, следовало ожидать. Так из-за чего же в российском экспертном сообществе «бьют горшки», как однажды выразился глава МИД РФ Сергей Лавров?

И для того, чтобы понять, почему российские эксперты «поперхнулись окорочками», нужно учесть, скажем так, национальные особенности защиты прав потребителей.

Здесь необходимо провести «красные линии». Азербайджан ведёт внешнюю политику по официальным каналам, для этого есть МИД, в случае необходимости — Минобороны, а Агентство продовольственной безопасности занимается своими прямыми обязанностями по недопуску на потребительский рынок недоброкачественной продукции. Но в России Россельхознадзор и Роспотребнадзор уже давно превратились в неофициальную внешнеполитическую «дубину». Эти инстанции, напомним, оперативно отыскивали и отыскивают нечто «запретное» и до ужаса «опасное» то в норвежской семге, то в азербайджанских помидорах. Теперь «под раздачу» попали нектарины — судя по всему, в ответ на гласные протесты Азербайджана по поводу действий (и бездействия) российских миротворцев в Карабахе. Подобная «плодоовощная дипломатия» уже давно не вызывает в России ни вопросов, ни протестов. И самое главное, там, похоже, были уверены, что в ответ в Азербайджане начнут едва ли не ползать на коленях и умолять отменить решение.

Но в Баку вместо униженных мольб о пощаде сделали свой ответный ход и опустили шлагбаум перед курятиной (чего не сделали российские миротворцы перед французскими депутатами и иранскими «дальнобойщиками»). Причем объявили об этом через СМИ, а не стали решать вопрос по конфиденциальным каналам. Продемонстрировав не только то, что «потребительские шлагбаумы» могут опускаться не только с российской стороны границы. Куда важнее, что за судьбой «окорочков» явно просматривается изменение расстановки сил. В Москве не просто были слишком уверены, что РФ может устраивать придирки к азербайджанской продукции, а вот в Баку не посмеют «развернуть» недоброкачественную продукцию из РФ и тем более не станут делать этого гласно и открыто. Здесь просто были в принципе не готовы к тому, что в отношениях Баку и Москвы придется учитывать такие реалии, как «реакция официального Баку», «ответный ход» и «цена вопроса для Москвы». Которая, кстати, далеко не всегда ограничивается куриными окорочками. Иначе те же эксперты не отпускали бы язвительных шпилек по поводу «эйфории», охватившей азербайджанское общество после победы в Карабахе. Банально проговариваясь, насколько сильно победа Азербайджана и разгром российского форпоста ударили по имперскому самолюбию.

Нурани