«Для дашнака убитый армянин является ценным. Если как следует использовать этот случай, то он может принести много выгод делу пропаганды», — этим выводом поделился английский журналист Пол Эванс, который описал кровавые события на Кавказе 1919 года. Это было время, когда партия «Дашнакцутюн» вовсю развернула террористический маховик, принуждая сторонников к уничтожению мусульман.
Однако подлинным мозгом и вдохновителем эшелонированного террора были не радикальные движения и организации типа «Гнчак», «Арменакан» и другие, а направлявшая их армянская церковь.
С начала девятнадцатого столетия самодержавие в южной политике поставило на Эчмиадзин, посчитав, что святой престол будет служить интересам российской внешней политике. Собственно, престол Албанского Католикоса потому и был упразднен в 1832 году, чтобы усилить армянскую церковь и снабдить ее особыми полномочиями.
Но самодержавие переоценило свои возможности, соответственно, недооценив изворотливость и скользкий нрав высших армянских иерархов. Об этом чуть позже.
Эчмиадзин застолбил за собой политические функции, отодвинув на задний план праведное служение высшей силе. Борьба за духовное оздоровление человеческой среды, за милосердие и сердобольность, выполнение паствой непреложных заповедей, похоже, все это в крайней обойме высших священнослужителей. Задачи политические поважнее.
Пока шла 44-дневная война, главной заботой церкви стал территориальный вопрос и защита сепаратистского плана по защите Карабаха. Мало того что Эчмиадзин ни слова не проронил в пользу мира, он занял радикально поджигательскую позицию, принуждая паству к священной борьбе против азербайджанцев.
Церковь выступила драйвером разрушительных процессов, и делала неблаговидное дело без угрызения совести. Если бы было не так, не бравировали бы священнослужители перед фото и телекамерами с автоматами наперевес, да еще и с крестами на груди. Благо, им есть с кого брать пример.
Свой воскресный молебен Католикос всех армян Гарегин второй в первопрестольном Эчмиадзине отслужил с особым духом, ударившись в политику чистой воды. Главной составляющей проповеди стали не призывы в пользу примирения после 44-дневной кампании, о откровенно подстрекательские выпады против Азербайджана. Они были в стиле крайней ненависти и реваншизма.
Католикос со знанием вопроса заявил, будто находящие в азербайджанском плену армянские солдаты подвергаются страшным пыткам, с ними обращаются не по-человечески, грубо нарушая нормы международного гуманитарного права. Обращаясь к Богу, католикос отслужил специальный молебен за освобождение пленных и без вести пропавших армян, хотя священный долг обязывает иерарха взывать к божественным силам о помощи для всех страждущих.
Известно, что и в Армении находятся азербайджанские пленные, есть без вести пропавшие. На фоне встречи глав специальных служб, в ходе которой обсуждалась тема обмена информацией, пленными и телами погибших, верховный духовник мог бы поступить куда милосерднее и благороднее, положившись на заповедь «не навреди».
Видать, политический подтекст происходящих событий ему ближе, раз ударяется в провокативные мотивы, подливая масло в затухающий огонь войны.
Он обратился к духовному лидеру Азербайджана шейх-уль-исламу Аллахшукюру Пашазаде с просьбой приложить усилия для освобождения пленных и поиску пропавших без вести, а также возвращения останков погибших воинов.
Вспоминается печальная история с покойным национальным героем Азербайджана Мубаризом Ибрагимовым, возвращение тела которого возомнившие себя властителями вселенной армянские лидеры вместе с Гарегином вторым превратили в эталон богохульства. Ереван с ведома Эчмиадзина проявил верх цинизма, превратив процесс в предмет постыдного торга.
К делу были подключены международные организации, включая Международный комитет красного креста. После многомесячных ожиданий и обращения Аллахшукюра Пашазаде к российскому Патриарху Кириллу армянская сторона была вынуждена положить конец невиданному фарисейству. И сегодня, когда армянские иерархи взывают к справедливости и богобоязненности, не отдают себе отчета в том, чем сами отличались в аналогичных ситуациях, и насколько их действия не вписывались в общепринятые представления о роли веры в жизни современных поколений.
Азербайджан в отличие от армян не воюет с погибшими, не торгует пленными, а предлагает варианты разрешения. Неоднократно Баку устами президента Ильхама Алиева предлагал Еревану обменять пленных по принципу «всех на всех» и этим разрядить атмосферу. Проявленная противной стороной показная непоколебимость в конце концов наткнулась на железный кулак. Урок преподан. Но интересно другое — неужели мир нужен только Азербайджану?
Гарегин второй неустанно работает в направлении смещения Никола Пашиняна, считает рукопожатным мифологического кандидата на пост премьера от объединенной оппозиции Вазгена Манукяна. Не потому ли, что и он в точности повторяет политиков-мракобесов, их религиозных единомышленников, сделавших капитал на туркофобии и антиазербайджанизме?!
Факт в том, что религиозные лидеры откровенно предают анафеме действующего премьера, но принимают в своих покоях с распростертыми объятиями оппозиционеров. Выводы напрашиваются сами собой.
Высший армянский духовник горюет в связи с тем, что война в регионе нарушила мир и стабильность, «причинив его народу тяжелые человеческие и территориальные потери и боль». Возлагает ответственность на Азербайджан, будто он пошел войной на Армению. Или у иерарха память коротка, или же решил возглавить крестовый поход против соседа, на землю которого положил глаз.
Наконец, Гарегин второй указал, мол, азербайджанские власти продолжают демонстрировать деструктивную позицию, спекулируя на теме пленных и поиске тел погибших. Кто бы об этом говорил…
На стыке веков российская корона, обеспечив Эчмиадзину государственное покровительство, поздно осознала, что армянская церковь стала проводником опасных идей, взяв на себя функцию оплота бескомпромиссного сепаратизма.
Последовали многочисленные попытки избавления высшего духовенства от политики, но не вышло. С тех пор ничего и не изменилось.
