С тех пор, как в мире закрутился вирусный вихрь, многие эксперты сошлись во мнении, будто глобальный форс-мажор послужит триггером для смягчения позиций в рамках неразрешенных проблем. Под ними в первую очередь имелись в виду этно-территориальные конфликты.

Определенная логика в этом просматривалась, поскольку диктат коронавируса заставил людей по-иному смотреть на проблемы, решение которых находится в орбите человеческих возможностей. Однако некоторые круги, деятели еще более ужесточили подходы, а то и открыли фронты для новых дилемм.

Непоколебимость президента Трампа в противостоянии с Китаем, Россией, Евросоюзом и другими акторами только окрепла, продемонстрировав несговорчивость лидера США. А инициативы, с которыми он выступил еще до пандемии, и вовсе отошли на задний план.

Громкая «сделка века», которую представил на суд сообщества Трамп, сегодня перестала быть топ-темой, от чего прибавилось страданий палестинцам. Хозяину Белого дома не до их ожиданий, у него есть задачи посерьезнее. Похоже, Трамп не скоро вспомнит об обещании принести долгожданный мир на Святую землю.

А европейцы, будучи более разборчивыми во внешнеполитических приоритетах, показывают, что судьба мира в одной из чувствительных точек мира им не безразлична. Они и сейчас разбирают новые завалы, которые вздыбились в результате немереной активности израильского премьера Беньямина Нетаньяху на пути новых аннексий.

Его поселенческая стратегия грозит новыми обострениями, поскольку она в своей сути абсолютно не соотносится с миротворчеством. Покорение Иорданской долины, Иудеи и Самарии обещает новые вспышки насилия, если не сказать новую интифаду. Заявки палестинцев на этот счет — это далеко не игра в поддавки, а следствие краха остатков миротворчества. Их Трамп в содружестве с Нетаньяху загнал в зону невозврата.

Пока в Израиле проходили парламентские выборы, играющие на чувствах патриотизма радикалы из правого лагеря, нарастили новыми импульсами агрессивности. Стало ясно, что мысли о мире — это не более чем горькие иллюзии завзятых романтиков.

Недавно побывавший в Израиле министр иностранных дел Германии Хайко Маас, страна которого скоро заступает на председательскую вахту в ЕС, напомнил Тель-Авиву об его обязательствах перед сообществом вообще и Европейским Союзом в частности. Смысл озвученных дипломатом  императивов заключался в том, что израильтянам не следует далеко заплывать в море непримиримости. Европа все время напоминает Израилю о правах палестинцев.

Как-никак, Евросоюз имеет право на требование ответов на принципиальные вопросы ближневосточной повестки, ибо полномочия посреднического мандата квартета (ООН, США, ЕС и Россия) еще не истекли.

Дерзкое вмешательство в процесс Дональда Трампа со «сделкой века», наделав большого шуму, сыграло роль нейтрализатора функций остальных посредников. Иными словами американский президент попытался монополизировать права четверки, чему остальные участники процесса были  далеко не рады.

Они не стали выражать консолидированный вотум недоверия заигрываниям Трампа с Нетаньяху, понимая, что их явный крен в сторону Тель-Авива по все равно не даст результата, и обращение палестинцев за политической помощью к России, Евросоюзу, сообществу только подтвердило обоснованность скепсиса от американо-израильской отсебятины.

Москва пока воздерживается от активных действий, но Брюссель действует в рамках посреднических полномочий, а также в качестве уведомителя от сообщества, периодически напоминая Тель-Авиву, что требования международного права никто не отменял.

Чем ЕС может надавить на Тель-Авив? Израиль желает стать полноправным членом Европейского Союза, впрочем, как и НАТО, отталкиваясь от  приверженности к культурно-цивилизационным ценностям, которыми всегда дорожили народы Старого света. В Европе это ценят, но не настолько, чтобы забыть о естественном праве палестинского народа на создание собственного государства.

Брюссель наделили Израиль особым статусом, выстраивая с ним высокие отношения. В торговле с ним европейцы ввели так называемый минимальный налог, а в некоторых случаях он и вовсе отменен. Но сказать, что Европа готова пожертвовать всем ради преференций на израильском направлении, было бы не верно.

Брюссель ценит высокотехнологичное взаимодействие с Израилем, охотно идет на выработку уникальных проектов, на создание зон свободной торговли и прочее, держа в поле зрения ассоциированное сотрудничество. Но в то же время осуждает поселенческую политику Тель-Авива, время от времени вводя бойкоты на импорт израильских товаров, произведенных на незаконных поселениях.

Ежегодно экспорт израильских товаров в Европу рос в среднем на 3-5%. В абсолютном выражении треть всего экспорта Израиля приходится на Европейский Союз. Даже в подобных благоприятных для себя условиях Брюссель, гневно осуждая радикализм Тель-Авива, идет на ограничения израильского экспорта, поощряет усилия европейских судебных инстанций, которые выносят осуждающие приговоры в отношении военных и политиков Израиля, попирающих права палестинцев.

На сегодня Брюссель солидаризируется с палестинцами во всем, что касается осуждения поселенческой политики Тель-Авива, объявления Иерусалима столицей Израиля и ограничения помощи палестинскому народу.  Он также поддерживает идею проведения международной конференции ради создания  нового механизма урегулирования ближневосточной проблемы.

В идеале это означает, что ЕС солидарен с Палестиной в недопущении реализации «сделки века», которая ставит целью узаконивание признания Иерусалима столицей Израиля и передачу Голанских высот под юрисдикцию Тель-Авива как минимум.

Если говорить о подходе ЕС к проблеме, то Брюссель категорически выступает против всего, что подразумевает отход от международных законов. По сути это роднит позицию ЕС и в проблеме Карабаха, где Европейский Союз однозначно придерживается принципа нерушимости международных границ суверенных государств.

Наконец, США демонстративно приостановили финансовую помощь палестинскому народу, многомиллионной массе беженцам, да еще и, угрожая странам, которые продолжают их поддерживать.

Глава внешнеполитического ведомства Германии Х.Маас и в этом контексте намерен действовать без оглядки на Вашингтон, понимая, что понятие справедливость подразумевает, прежде всего, преодоление гуманитарной составляющей кризиса, а уж потом ее геополитической структуры.

Если вспомнить, как недавно в европейском суде по правам человека лопнула заявка армян по делу Манукяна и его подельника, а до того «Дело Чирагова и других» стало выигрышным для истцов, можно говорить о торжестве долгожданного тренда, когда международные институты возводят в ранг нормы принцип справедливости.

Без него разрешение этно-территориальных кризисов немыслимо, и это более чем показательный прецедент.

Тофик Аббасов, аналитик

Minval.az