Встреча министров иностранных дел Азербайджана и Армении в Женеве завершена, и теперь по обе стороны линии фронта наступает период анализа, комментариев и «утечек». Одну из которых уже озвучил в Иреване бывший директор Службы нацбезопасности Армении Давид Шахназарян. По его словам, главы МИД обсуждали не только интенсификацию переговоров, но и «вопрос Шуши», а также создание зон совместного проживания армян и азербайджанцев в Нагорном Карабахе. Как уверен Шахназарян, неслучайно, что «посол США в Баку Эрл Литценбергер встретился по собственной инициативе с руководителем азербайджанской общины Нагорного Карабаха Туралом Гянджалиевым». Пресс-секретарь МИД Армении Анна Нагдалян уже поторопилась все опровергнуть: по ее словам, «анализы Давида Шахназаряна могут быть привлекательны для азербайджанской стороны или распространяющих их кругов, но главный недостаток этого анализа в том, что он не имеют ничего общего с сегодняшней действительностью».
Впрочем, насколько убедительно это у нее получилось — вопрос открытый. Давид Шахназарян — человек достаточно информированный. А еще на общем фоне армянского «болтающего класса» он явно выделяется своей пусть относительной, но все же адекватностью. И скорее озвучит неудобную «переговорную правду», чем приятную пашиняновским ушам ложь. А озвученные им подробности женевских дискуссий действительно таят в себе изрядный «взрывной потенциал». По сути дела, экс-глава СНБ Армении подтвердил, что азербайджанские беженцы и вынужденные переселенцы будут возвращаться не только в окружающие бывшую НКАО районы, но и в сам Нагорный Карабах, что на переговорах обсуждается «вопрос Шуши», а с мечтами о продавливании в переговорный процесс Бако Саакяна и компании в статусе более высоком, чем у Гянджалиева, лучше побыстрее распрощаться. Чем дольше иллюзии, тем больнее разочарование.
Но вот в чем дело. По логике вещей, переговоры министров иностранных дел Азербайджана и Армении должны подготовить встречу лидеров стран, то есть президента Азербайджана Ильхама Алиева и премьер-министра Армении Никола Пашиняна. МИД Азербайджана официально заявляет, что прошедшие в Женеве переговоры Мамедъярова и Мнацаканяна были самыми интенсивными за последние годы. Да и сама продолжительность встречи — «7+» — как бы должна свидетельствовать о серьезной дискуссии. Но в итоговом заявлении сопредседателей по итогам этих самых переговоров речь идет о «возможных шагах» по урегулированию, выражается готовность министров провести еще одну встречу, но вот о возможности встречи Ильхама Алиева и Никола Пашиняна не упоминается ни словом, ни даже полунамеком.
Но, если Давид Шахназарян прав, и на переговорах министров произошел серьезный «сдвиг» (а обсуждение «вопроса Шуши» — это именно «сдвиг»), то это значит, что переговоры подошли к тому этапу, когда нужны кардинальные решения и встреча лидеров, которые эти решения примут. Но такая встреча, судя по всему, даже не готовится и не анонсируется. Более того, как уже успели отметить эксперты, серьезно разошлись даже итоговые заявления МИД Азербайджана и Армении. Азербайджанские дипломаты сослались на принципы Хельсинского заключительного акта, а наш МИД отметил, что «министр Мнацканян на переговорах в Женеве заявил о необходимости вовлечения в мирный процесс избранных представителей «Арцаха» (здесь и далее кавычки наши — Minval.az)». И да, еще одна любопытная деталь. Нет ясности, кого именно представляет на переговорах Зограб Грачевич Мнацаканян. Власти Армении? То есть правительство во главе с Пашиняном? Но Никол Воваевич выступает с такой провокационной демагогией, что считать его адекватным и ответственным переговорщиком никак не получается. Особенно на фоне нынешнего иреванского «пиара», что «предыдущие власти вели переговоры о «сдаче земель», но герой-варчапет Никол Пашинян на это не пойдет». Может, Мнацаканян чуть больше осведомлен об иреванском «закулисье» и ведет переговоры уже в расчете на «постпашиняновскую» Армению? Это хороший сценарий для политического детектива, но никак не для серьезной дипломатии.
Но тогда… что же происходило в Женеве?
Если сложить вместе все кусочки «переговорной мозаики», то становится понятным: «картина» на дипломатическом поле меняется, причем стремительно и кардинально. Азербайджан успешно проводит на переговорах собственную «повестку дня» — по крайней мере на уровне посредников, где уже обсуждается вопрос Шуши и возвращения беженцев в Нагорный Карабах. Но, к сожалению, «обсуждали» — это еще не «договорились», и армянские дипломаты достижению осязаемого прорыва всячески противятся. А политики типа Пашиняна просто боятся брать на себя «переговорную» ответственность И в результате под угрозой оказывается уже не успех или неуспех конкретного раунда переговоров, а сама по себе возможность дипломатического урегулирования. И тут уже иреванским дипломатам лучше держать в голове, что, во-первых, альтернативой переговорам с неудобной повесткой дня является не более приятный пакет предложений, а война. Во-вторых, как показали апрельские бои 2016 года, армяно-азербайджанский конфликт может быть решен военным путем. А в-третьих, и «в-главных», времени на размышление у Иревана не так много.
Нурани, политический обозреватель
