Бывший глава МИД Азербайджана Тофик Зульфугаров опубликовал на своей странице в социальной сети «Фейсбук» статус, в котором порассуждал о реакции общества на состоявшиеся кадровые изменения в руководстве страны.
«Аналитики в средствах массовой информации, простые граждане в социальных сетях и в общении друг с другом высказывали огромное количество версий того как будут развиваться события в дальнейшем, – пишет Т. Зульфугаров. – Абсолютное большинство мнений касалось именно внутриполитического воздействия этих событий на будущее страны, однако, несомненно, что в происшедшем имеется и серьёзная внешнеполитическая составляющая. Некоторые эксперты отмечали, что главные фигуры «пророссийской» ориентации или уже покинули или покинут в ближайшее время властный Олимп. Так ли это? Не означает ли происшедшее, что Азербайджан в своей внешней и внутренней политике станет более прозападным, чем это было ранее?», — задается вопросом экс-глава МИД.
И отмечает, что прежде всего, следует чётко осознать: когда мы говорим о российской ориентации или любой другой, следует чётче обозначить «понятийный» аппарат, что означает определение точного смыслового содержания того или иного термина. Поэтому пророссийская (или иная) ориентация не всегда означает, как многие думают, что тот или иной человек является, как это бывает в шпионских романах, агентом Лубянки или Лэнгли. Люди, являющиеся представителями банальной агентуры зарубежных разведок представляют интерес, в первую очередь, для органов спецслужб того или иного государства, а это совершенно другая сфера. В той же, о которой мы говорим, нет места таким устойчивым литературным штампам, таким как «рыцари плаща и кинжала», шифры, пароли, явки и т.д. В современной политической практике используются по большей части другие вариации воздействия на политику другой страны. Это, например, создание и использование сети контактеров, доверительных контактеров, лиц и агентов влияния на политические структуры или общественность той или иной страны. Все вышеперечисленные, как я говорил, не являются агентами и шпионами и в традиционной форме. Однако, от наличия этой сети, её активного функционирования зависит успех внешней политики того или иного государства в данном конкретном случае — в Азербайджане. Как правило, у нас наибольшую активность проявляют соседние региональные «игроки» — Россия, Турция, Иран, а также такие страны как США и страны ЕС, которые действуют, как правило, объединив свои усилия в этом направлении. После данного отступления и возвращаясь к теме последних кадровых изменений, следует отметить, что наша ситуация была уникальной. На постсоветском пространстве, после передачи власти Нурсултаном Назарбаевым своему приемнику, только в Азербайджане оставалась и сохраняла свои властные полномочия так называемая партийно-хозяйственная номенклатура КПСС. Во всех других странах постсоветского пространства на ключевых позициях не было никого, кто бы пришёл во власть из бывшей «КПСС- советской элиты». И хотя сегодня многие критикуют — и часто справедливо — деятельность этих лиц, я все же хотел бы отметить в качестве их заслуги, что именно они, основываясь на своём опыте, создали государственную систему управления, стабилизировавшую ситуацию после «бурного начала 90-х». Однако вышеперечисленное является темой для отдельной дискуссии, в которой я могу оказаться в меньшинстве.
Совершенно естественно, что эта группа людей, традиционно ориентированная на подчинение «центру», являлась ядром, вокруг которого концентрировалось пророссийски ориентированная часть общества, и их уход с политической сцены отмечу, крайне запоздалый, был предопределен не только тем, что в самом Азербайджане изменилась модель самоидентификации политически активных членов общества, но и в том, что сама Россия все меньше и меньше — и политически, и экономически, и, конечно же, внешнеполитически напоминает Советский Союз.
Несомненно, что перед частью общества, подверженной российской ориентации, стоит совершенно новая задача: как сделать притягательным идею дистанциирования Азербайджана от западных ценностей и направить ее на выстраивание нового качества отношений с Россией. Успех этой деятельности, на мой взгляд, пока представляется малоперспективным в первую очередь потому, что Россия до сих пор не смогла продемонстрировать свою принципиальную позицию, направленную на справедливое урегулирование армяно-азербайджанского конфликта. И если эта ситуация будет продолжаться, то после ухода с политической арены «последних могикан» тенденция прозападной ориентации Азербайджана будет усиливаться во внешней политике многократно.
Т. Зульфугаров уверен, что противодействовать этому не сможет и откровенно пророссийский, а, точнее, пролавровский политический стиль Эльмара Мамедьярова, который уже сегодня практически не в состоянии воздействовать на общественное мнение Азербайджана по проблематике армянской агрессии. Поэтому судьба «мамедьяровской» внешнеполитической тенденции предрешена, потому что «нелавровские» башни Кремля хорошо осознают, что этот устаревший механизм обеспечения пророссийской ориентации внешней политики Азербайджана уже недееспособен.
«В политике нет ничего опаснее того состояния, когда того или иного политика уже серьезно не критикуют, потому что он превратился в банальный объект насмешек», – рассуждает Т. Зульфугаров, и добавляет, что в этой связи ему хотелось бы затронуть и другую, популярную на постсоветском пространстве практику, которая эффективно применялась для усиления у правящей элиты антизападных настроений.
«Речь идет о практике создания «сакральных жертв», когда какого-нибудь оппозиционера демонстративно и незаслуженно подвергают репрессиям и аресту, что приводит к активной критике Запада и заставляет власть имущих усиливать свою пророссийскую политику, т.к. Москва визуально не участвует в этой пропагандистской компании. Кстати этим обстоятельством очень эффективно пользуются в Армении и армянской диаспоре, которые словно по команде начинают говорить о «варварстве правителей Азербайджана» — и конечно невозможности возвращения Карабаха недемократичному Азербайджану. Этот сценарий повторялся так много раз, что откровенно говоря, перестал кого-нибудь волновать в Азербайджане, что показали последняя вариация этой практики в отношении Мехмана Гусейнова. Даже тем, кто инициировал арест этого молодого человека было сложно объяснить, какую угрозу власти могут представлять видеорепортажи о виллах коррумпированных чиновников, которых президент отстранил или готовился отстранить от должности
Уверен, также, что практика создания «сакральных жертв диктаторского режима» перестает быть эффективной еще и потому, что не укладывается в общемировой тренд заданный администрацией Трампа», – резюмирует Т. Зульфугаров.
