В рамках 74-й сессии Генассамблеи ООН ожидается встреча глав МИД Азербайджана и Армении при посредничестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ. Данная встреча проходит на фоне последних заявлений премьер-министра Армении Никола Пашиняна «Карабах — это Армения. И точка». Данное заявление привело к неоднозначной реакции азербайджанского экспертного сообщества, ряд представителей которого заявили, что переговорный процесс после этого потерял всякий смысл. О том, как азербайджанская сторона готовится к предстоящей встрече, какие ожидания в Баку от неё рассказали в интервью российскому изданию EADaily политолог Тофик Аббасов и главный редактор Minval.Az Эмиль Мустафаев:
В рамках Генассамблеи ООН должны встретиться главы МИД Азербайджана и Армении. Как вы оцениваете данную встречу? Что она может дать?
Тофик Аббасов: Ждать особых подвижек или сюрпризов от этой встречи не имеет смысла, потому что переговорный процесс находится в запущенном состоянии, и сопредседатели Минской группы ОБСЕ, прекрасно понимая нерадивый подход Еревана, пытаются подвигнуть армянскую сторону к определенности.
Да, они это не афишируют, но, понимая, что администрация Пашиняна никак не найдет в себе силы, чтобы повернуться лицом к проблеме, выжидают.
Главе армянского правительства ныне очень трудно в условиях внутриполитической неразберихи, которая становится следствием недееспособности правящей команды. Чтобы не усугубить и без того сложное положение и не дразнить своих противников, Пашинян без конца выстреливает банальными лозунгами, дескать, карабахская проблема уже нашла свое решение. Но все в Армении понимают, что в условиях, когда началась череда отставок, и каркас власти дает одну трещину за другой, команде премьера не до переговоров с Азербайджаном.
В Нью-Йорке состоится протокольная встреча, где сопредседатели ограничатся дежурными заявлениями о важности продолжения переговорного процесса. Так что, ждать результатов от предстоящей встречи министров иностранных дел не серьезно.
Эмиль Мустафаев: Важно понимать, что сам факт встречи, переговоры — как бы к ним пессимистично не относились и в Баку, и в Ереване — важны. Особенно в свете последних событий. Мы знаем, что переговоры намеренно затягиваются официальным Ереваном, фактически мы видели попытки сорвать их.
Были не поддающиеся логике действия армянский властей: нагнетание ситуации на линии соприкосновения войск, провокационные заявления. Но мы видим, как в Баку все же надеются, что такие встречи смогут дать толчок для решения многих вопросов.
Заявление Пашиняна о том, что «Карабах — это Армения» — оно было адресовано внутренней аудитории или Баку и посредникам?
Тофик Аббасов: Подобные заявления по количеству бьют рекорды. Конечно же, они больше адресованы внутренней аудитории Армении, где буквально все находится в подвешенном состоянии, и власть не может позволить себе взяться за карабахскую дилемму со всей серьезностью, мобилизацией ресурса и намерением добиться результата. Карабахский клан уже в открытую теснит команду Пашиняна, доказывая, что способен дать бой, если будут предприняты попытки на предстоящих так называемых президентских выборах в Карабахе сдвинуть с места последователей (Робета) Кочаряна, (Аркадия) Гукасяна, (Бако) Саакяна. Ереван, взрастивший сепаратистский режим, сегодня сам превратился в объект травли и угроз со стороны Ханкенди. Это закономерно, и Пашиняну, или другому, кто придет на его место, все равно придется решить главный вопрос — нейтрализовать карабахский клан, как незаконную вооруженную силу.
Пашинян сегодня слаб, и у него нет управы на карабахцев, и чтобы их не дразнить, а заодно заставить рядовых карабахцев поверить в то, что он не намерен пойти на территориальные уступки Баку, вынужден крутить одну и уже приевшуюся пластинку. Для него и его сторонников это тревожный показатель.
Эмиль Мустафаев: Оно, в первую очередь, продемонстрировало полное отсутствие у армянского премьера реального видения карабахской проблемы (хотя поначалу мы видели обратные признаки). И, казалось бы, должна была бы последовать жесткая реакция Баку — не на уровне банального заявления МИД, а, к примеру, официальный выход из переговорного процесса, и начало боевых действий, апеллируя к статье 51 Устава ООН (право государств-членов ООН на самооборону. — Ред.).
Но в политике всё обстоит иначе: в Баку прекрасно понимают, что данное заявление было адресовано внутренней аудитории и продиктовано сильным давлением, оказываемым на власть Пашиняна «карабахским кланом». Потому здесь не стали идти на поводу очередной авантюры Еревана. Первая такая авантюра Еревана провалилась, — они пытались добиться вовлечения сепаратистов Карабаха в переговорный процесс, но последовала жесткая реакция стран-сопредседателей Минской группы ОБСЕ, в том числе Брюсселя. И столь беспрецедентную пощечину новым армянским властям действительно можно считать триумфом азербайджанской дипломатии.
Многие азербайджанские эксперты считают, что встречаться с главой МИД Армении после заявления армянского лидера не имеет смысла. Ваше мнение?
Тофиг Аббасов: Смысл все-таки имеется, и заключается он в том, что надо пройти все этапы и форматы, которые предусмотрены международным протоколом. И потому, на такого рода встречах, нет-нет, да какие-то вопросы все же обсуждаются.
Иногда судьба технических моментов обрастает важностью. Тем более армянские представители все время сетуют, мол, отсутствие прямой связи между сторонами затрудняет, например, решение вопроса обмена пленными. Конечно же, это обычные отмазки, ибо год назад президент Ильхам Алиев предложил Еревану пойти на обмен пленными и пропавшими без вести по принципу «всех на всех». Но Ереван отказался. К слову, обмен военнопленными между Киевом и Донбассом при участии Москвы Никол Пашинян бурно поприветствовал. Не понятно, что ему мешает пойти на такой же шаг с Азербайджаном, тем более Баку уже такую инициативу предпринял.
Эмиль Мустафаев: Такое мнение существует, и оно обосновано сильными аргументами. Однако Баку, идя на переговоры, демонстрирует желание решить вопрос мирным путем. Поскольку здесь прекрасно понимают, что начать боевые действия не так уж и легко, ключ от решения конфликта действительно находится в Кремле. Армения — это российский форпост в регионе. Антитеррористическую операцию по освобождению Карабаха в России могут воспринять в качестве «атаки» на саму Россию. Мы знаем о существовании сильного армянского лобби в российских политических кругах. Одновременно мы видим наличие острых проблем между новыми властями Армении и Москвой.
Полагаю, на предстоящей встрече азербайджанская сторона, глава МИД (Эльмар) Мамедъяров попытается понять логику армянской стороны, он намерен получить ответы на ряд вопросов. А уже после в Баку будут сделаны соответствующие выводы, которые, наверное, будут донесены, в том числе и до российских коллег. Возможно, армянская сторона попросит снова у Баку время для решения внутренних проблем. Можно даже предположить, что встреча в Нью-Йорке в определенном смысле будет решающей, об итогах которой мы узнаем в скором времени…
Может ли провал встречи в Нью-Йорке привести к активизации боевых действий в зоне конфликта?
Тофик Аббасов: Вероятность вспышки новой волны боевых действий всегда высока, потому что срыв дипломатических усилий создает поле для силовых действий. Кстати, события апреля 2016 года как раз это подтвердили. Тогда Серж Саргсян, ударившись в игрища на переговорном поприще, переоценил свои возможности и в результате поплатился за свое бахвальство. Поэтому Ереван не должен дистанцироваться от уроков апреля трехлетней давности и знать, что история может повториться, и тогда никому мало не покажется.
Эмиль Мустафаев: Война может начаться в любой момент. В начале 2016 года никто не мог предсказать, что в апреле произойдет четырехдневная война. Азербайджанцы требуют от властей начала войны, мы считаем, что война не окончена, и только ее путем территориальная целостность страны может быть восстановлена. Но с другой стороны, мы стали свидетелями очень хорошо продуманной политики президента Алиева. Да, в Ереване, в США, в Москве есть свои оценки произошедшей революции в Армении. Но, хорошо знающие регион эксперты понимают, что власть в Армении сменилась благодаря политики изоляции Армении, эта страна превратилась в экономический, транспортный тупик. И президент Алиев уже говорил, что она продолжится, пока азербайджанские территории не будут освобождены от оккупации.
Сегодня в Армении события разворачиваются быстро: премьер государства неожиданно встречается с террористами «Сасна-црер» на фоне серьезных проблем с Москвой, бунт его министров, массовые протесты из-за Амулсарского месторождения. Зачем Баку начинать войну, если Армения в тяжелой кризисной ситуации? Нам казалось, что армянский премьер понимает, что выход из нее — улучшение отношений с Азербайджаном. Но он проявил полную неадекватность.
С другой стороны, любая военная операция Азербайджана приведет к консолидации армянского общества, а власти получат политические бонусы. И еще, возможность начала боевой операции у нас уже была в прошлом году, когда премьер Пашинян готовился к парламентским выборам. Но Азербайджан проявил дальновидность, очевидно, у бакинских стратегов определенно имеется свой план.
