Не исключены ни возвращение к идее «территориального обмена», ни попытки «силового срыва» диалога

Переговоры по мирному урегулированию карабахского конфликта продолжаются — по крайней мере, это следует из заявлений МИД Азербайджана. Как сообщают в Баку, в настоящее время прорабатывается встреча глав внешнеполитических ведомств Азербайджана и Армении Эльмара Мамедъярова и Зограба Мнацаканяна, ее время и место встречи пока не определены. Как отметила пресс-секретарь МИД Азербайджана Лейла Абдуллаева, «это обсуждалось и во время недавнего визита сопредседателей Минской группы ОБСЕ в регион». Теоретически такой анонс встречи может и должен означать, что переговорный процесс продолжается. Но это оптимистичный сценарий. К сожалению, нет уверенности, что все пойдет именно так. В Армении мало что указывает на готовность к миру. Министр обороны Давид Тоноян в своем телеинтервью заявил, что Армения, мол, начала приобретать и наступательные вооружения. «Мы не собираемся оставаться в оборонительных позициях. Если речь пойдет о возобновлении боевых действий, то мы медлить не будем», — добавил он. На уточняющий вопрос, означает ли это, что армянская армия нападет, министр ответил: «А почему бы и нет!».

Напомним: это тот самый Давид Тоноян, который накануне апрельских боев, будучи еще заместителем министра обороны, выступал с угрозами в адрес Азербайджана: «Кто говорит, что сформированный вокруг  «НКР» (здесь и далее кавычки наши — Minval.az) пояс безопасности достаточен для нас? Чья это  оценка? По нашей оценке, в нынешних условиях уровня вооруженности Азербайджана его  уже недостаточно». В Армении были опьянены территориальными захватами начала девяностых и открыто грозили Азербайджану оккупацией новых территорий, рассчитывая, что в Баку испугаются и преподнесут на блюдечке Карабах, причем и нагорный, и равнинный. В марте-апреле 2016 года Армения устраивает обстрелы прифронтовых азербайджанских сел — и получает сильнейший ответный удар, в результате чего ее армия вынуждена отступать, неся потери. И что же —   одного «отлупа» господину Тонояну оказалось мало? Он решил повторить опыт, упустив из внимания, что расклад сил теперь еще больше сместился в пользу Азербайджана? Или банально не знает, что сказать, и повторяет старые реплики в новых декорациях?

А если серьезно, то Армения сегодня находится в тупике. Силовой баланс ничем не напоминает ранние девяностые. Азербайджан создал действительно современную и боеспособную армию, входящую в число сильнейших армий мира, и теперь восстановление территориальной целостности военным путем — это уже вполне решаемая задача. В Ереване могут, конечно, надеяться на помощь Москвы, но уже в апреле 2016 года отвоевывать для Еревана высоту Лелетепе РФ не стала. На переговорах ситуация тоже не ахти. С точки зрения международного права, у Азербайджана с самого начала было абсолютное преимущество. Армения могла рассчитывать только на силовой шантаж и на то, что это самое право по сути дела не работает. Но сейчас, когда после «крымнаша» мир вспомнил о территориальной целостности, а Азербайджан добился еще и солидного военного превосходства, на дипломатической арене Армении тоже не приходится рассчитывать на сногсшибательные дивиденды.

И вот на этом фоне «информационный джек-пот» решил сорвать армянский политолог Андриас Гукасян, который на своей пресс-конференции заявил: оказывается, сейчас в рамках МГ ОБСЕ предлагается вариант присоединения Карабаха к Армении взамен на возврат Азербайджану некоторые оккупированные районы!

Честно говоря, в жизнеспособность такого плана не верится. И Минская группа все же не настолько оторвана от реальности, чтобы действительно предложить Азербайджану подарить Армении Карабах. Другое дело, если на переговорах вновь возникла идея «территориального обмена».

Вспомним: она, судя по многим данным, активно обсуждалась в 1999 году. Согласно ей, Армении передавались Нагорный Карабах и Лачинский коридор, а взамен Азербайджан получал земли Мегринского района, что уже позволяло получить «коридор» в Нахчыван и выход к границе с Турцией. Причем предлагался этот план в рамках американского посредничества. Тогда тоже США активно взялись за  урегулирование конфликта. В октябре 1999 года в регион с «челночной» миссией прибыл заместитель госсекретаря США Строуб Тэлбот. Предполагалось, что «прорывные» документы будут подписаны уже в ноябре на саммите ОБСЕ в Стамбуле.

Строго говоря, этот план еще в начале карабахского конфликта обсуждался в прессе под названием «плана Гобла». Но именно Тэлбот из «разговоров в экспертном сообществе» превратил его в тему переговоров.

И теперь тоже не исключено, что к идее «территориального размена» обратилась Минская группа. Тем более имеет право на существование версия, что «план Гобла», или «план Тэлбота», решил «реанимировать» Джон Болтон. А Андриас Гукасян то ли добросовестно заблуждался, что именно предстоит «разменивать», то ли старательно прикрывал Пашиняна, которому и так несладко. Журналисты и эксперты предъявляют Николу Воваевичу солидный список обвинений. Сопредседатели Минской группы ОБСЕ, к вящему ужасу местной политической «тусовки», не появляются в Ханкенди. Сам премьер-министр, вопреки сложившимся традициям, после переговоров не встречается с Бако Саакяном — прежняя, как выражаются по ту сторону линии фронта, «доверительная коммуникация» между Ереваном и оккупационным режимом в Ханкенди сломана. Наконец, на словах Пашинян заявляет, что он-де не будет вести переговоры с Алиевым от имени Карабаха», но в реальности встречи проходят, а переговоры идут. В Армении обещают провести парламентские слушания и обсудить, как вернуть представителей оккупационного режима в Ханкенди за стол переговоров, но здравомыслящие эксперты понимают: поговорить об этом можно,  а вот изменить формат переговоров — уже вряд ли. Реальный расклад сил, помноженный на «дипломатические таланты», точнее, полное их отсутствие, в команде Пашиняна, не позволяет надеяться, что переговоры идут по сценарию «армянской мечты». Тем более что в Азербайджане четко заявляют свою позицию: освобождение оккупированных территорий, восстановление территориальной целостности, широкое самоуправление для Нагорного Карабаха в составе Азербайджана. И если на переговорах, делают выводы в Армении, обсуждается действительно это…

А вот тут уже нелишне вспомнить, как именно был сорван в регионе «план Тэлбота». Утром 27 октября 1999 года Строуб Тэлбот после переговоров в Баку прибыл в Ереван. Как утверждают, здесь идею территориального размена встретили далеко не благожелательно. Категорически против выступили премьер-министр Армении Вазген Саркисян и спикер парламента Карен Демирчян, лидеры оппозиционного тогдашнему президенту блока «Единство».

А уже через несколько часов в парламент Армении, где проходил «правительственный час», врываются террористы во главе с Наири Унаняном. Все происходит в прямом эфире местного телевидения. Убиты премьер-министр Вазген Саркисян, спикер парламента Карен Демирчян, вице-спикеры Юрий Бахшян и Рубен Мироян, министр по оперативным вопросам Леонард Петросян, депутат Армен Арменакян и академик депутат Микаел Котанян. Ещё один депутат — председатель редакционного совета газеты «Айастан» («Армения») Генрик Абрамян, находившийся в здании парламента в момент теракта, умер от сердечного приступа. В конце концов террористов уговорят сдаться. На ереванских кухнях уверенно шептались: Саркисяна и Демирчяна убили за то, что они выступили против «обмена территорий». Но возобновить посредничество США уже не удалось.

И теперь, на фоне существующих в Армении традиций политического террора и насилия, уже не получится полностью исключать столь же драматичных способов срыва переговоров по Карабаху. Во всяком случае, Пашиняну открыто грозят и карабахские «полевые командиры», и террористы «Сасна црер». И в случае реализации такого сценария уже не суть важно, о чем действительно шла речь на переговорах.

Только вот вслед за этим стрелять начнут уже на линии фронта. Просто потому, очередной срыв переговоров — это демонстрация недоговороспособности армянского политического класса и весомый аргумент в пользу военного решения. С точки зрения Азербайджана, где хотели бы добиться урегулирования конфликта без новой большой крови, это вызывает сожаление, но не критично. А вот для Армении силовой вариант — верный путь к катастрофе. Просто потому, что в регионе закончилось время, пока «боевыми действиями» назывались операции регулярных войск России против батальонов самообороны и расправы армянских боевиков над мирным населением, и изменился сам характер войны. Вне зависимости от того, понимает ли это и «форпост», и его хозяева. Понимают ли это в Ереване? Даже если да, то у Армении еще должно хватить самостоятельности на кардинальные решения в Карабахе. А с этим у «форпоста», как известно, та еще «напряжёнка».

Нурани, политический обозреватель

Minval.az